Илья Романов – Паладин. Свет и Скверна II (страница 9)

Здесь витала атмосфера безысходности, отчаяния и страха. В воздухе царил запах смерти, разложения тел и меди с железом. Он был настолько стойким, что явственно чувствовался на языке.

И все эти зверства сопровождались мелодичной и монотонной, приятной слуху музыкой, играющей с устройств на потолке.

Наше появление не осталось незамеченным. Да и линчеватели удивились количеству бойцов, выбегающих с оружием из двух лифтов в дальнем конце помещения.

Зазвучали крики паники, выродки в халатах стали разбегаться и прятаться.

Архимаг в бою это ужас для врагов. Но разгневанный Архимаг в разы хуже. Кутузов буквально растворился в потоках воды, образовавшихся вокруг него, и начал истреблять всех на своём пути. Пленных он брать не собирался и я был с ним в этом полностью согласен. Такую погань нужно вырезать подчистую, без сомнений и жалости.

Ринувшись вслед за генералом, я сместился и Рывком Света разнёс одну из стеклянных перегородок. Химерологи при моём появлении завопили на незнакомом языке и подняли руки, но это не остановило мой клинок. Ближайшему из них я снёс башку, другого заколол в сердце, а третьему отрубил все конечности. Он был слабеньким одарённым, попытался в конце оказать сопротивление, но тщетно. Зато умирать будет чуть дольше, благодаря своей магии. Твари должны страдать, если это твари в человеческом обличии и этого заслуживают. А эти — точно заслуживали!

Гремели взрывы, Кутузов разносил лабораторию, а Тихий и Сова обеспечивали безопасность людей, на которых ставили опыты. В помещении, где я находился, тоже такие имелись. Двое мужчин и одна женщина. Внешность у каждого не относилась к китайцам, а скорее к обитателям Российской Империи.

Рывок Света и я оказался напротив пленных, косым взглядом заметив ту самую девочку, которую ублюдки тащили ранее. Эта была одна из причин, почему я ворвался именно сюда.

— Дева, ты слышишь меня? — похлопал я по щекам белокурой женщины, приводя её в чувства.

Измождённое, грязное и окровавленное тело висело в цепях. Кисти её уже посинели, а раны подсохли, что примерно намекало о том, сколько она находится в таком состояни. Мужчин даже не пытался разбудить, те уже испустили свой дух.

Медленно, едва-едва, пленница раскрыла веки и посмотрела на меня безжизненным взглядом зелёных глаз.

— Qui êtes-vous? — слабо прошептала она пересохшими, потрескавшимися губами непонятные для меня слова.

Более не задавая вопросов — главное, что жива — я разрубил цепи и подхватил её тело.

— Маленький ангел, хватит прятаться, мы пришли помочь вам, — из-под стола, где сидела испуганная девочка, показались широкораспахнутые в ужасе глазе. — Ты русская? Понимаешь меня?

Она слабо кивнула и не торопясь покинула своё укрытие, вздрагивая каждый раз, когда пол лаборатории химерологов вздрагивал, а лампы на потолке мигали.

— Тут есть ещё дети? Другие пленные? — закинул я обессиленную пленницу на плечо. Малышка вновь кивнула. — Тогда веди и держись за мной.

Сказать проще, чем сделать. Стоило ребёнку увидеть во что превратились её пленители, как она застыла от страха. Если раньше тут всё походило на лавку мясника, то теперь это место превратилось в подобие обители сраных вампиров, устроивших грандиозный пир.

— Тихий! — заорал я, а из-за угла показался китаец с винтовкой. Весь окровавленный, напуганный до усрачки, он закричал и наставил на меня своё оружие. И получил за это бросок меча в голову. — Твою мать, Тихий!

Татуированный здоровяк и Сова нашлись дальше по коридору и тоже освобождали пленных, пока Кутузов громил всё вокруг. Среди людей оказались те, кто вполне мог стоять на ногах и был дееспособен, а потому я передал одному из мужчин свою ношу и девочку в том числе.

— Я за генералом, — звуки битвы звучали всё отдалённей, а значит Кутузов углубился дальше. — На вас пленные.

— Нужно избавиться от ментатов, — бледная Сова без остановки массировала виски. — Мне всё тяжелее их сдерживать и если они подадут сигнал, то сюда слетиться вся ускоглазая мошкара!

Я кивнул, приняв новую вводную. Дева мыслила верно, пока сигнал не дошел, подкрепление к врагу не придёт.

На этой ноте Тихий с Совой отправились освобождать остальных пленных, а я вытащил свой меч из головы китайца и ринулся дальше по коридору. Примерный путь менталистка мне подсказала, чувствовала она своих соперников по дару, как и они её.

Судя по разрушениям, генерал отправился в ставку командования базой, устраивая кровавую баню по пути, но мой лежал иначе. Что-что, а китайцы поступили логично, расположив свою связь в другом месте. Таким образом их разом всех не прихлопнут.

Настроиться на чувствительность к волнам ментальной энергии было несложно, а потому нужное место я нашёл достаточно быстро. Если не считать кучи трупов до него. Китайцев было много. Даже очень много. Пёрли они из всех щелей, как тараканы. И смерть их не останавливала, боролись они до конца, пусть и умирали с криками ужаса на устах.

Окровавленный, словно демон Инферно, я вынес с ноги металлическую дверь. Благодаря печати Усиления сделать это было проще простого. И судя по чавкающему звуку, и тому, что дверь не полностью лежала на плиточном полу, кого-то она раздавила.

На меня уставилась семь пар глаз, обладатели которых являлись воинами в причудливых латных доспехах. Разрисованные усатыми змеями на нагрудниках, пестрящие красными цветами с вкраплениями золотого. Остроконечные рога ветвились на шлемах, шелковые плащи золотых тонов, в руках разнообразное оружие от полуторных мечей, обух которых украшали кольца, до странного вида алебард с изогнутым лезвием.

Двое ментатов нашлись здесь же. Отличались они от причудливых воинов обычной униформой, которую я уже видел на солдатах базы. Подключенные к какой-то металлической сфере, провода от которой уходили в потолок, они лежали на выступающих их пола платформах, словно пребывая во сне.

Один из китайцев в броне что-то шутливо прокричал, другие его поддержали смехом, а я начал действовать. Рывок Света в ближайшему из них, самому слабому. Каждый из этих выродков одарённый, но от этого течение энергии слабее всех.

Нижнюю половину лица этого китайца скрывала маска в виде раскрытой львиной пасти, а в глазах у него отразилось изумление, когда мой меч прошёл сквозь его доспехи. Не напитай я его Светом, то вряд ли бы это получилось. Броня этих воинов добротная, зачарованная, сделанная не из говна и палок. Что и подтвердил мой клинок, отколовшийся в районе гарды.

— Дерьмо, — хмуро произнёс, резко отступая и разрывая дистанцию. В том месте, где я стоял секундой ранее ударила молния и огненный шар, превратив плитку в шрапнель.

Вот теперь разговаривать со мной больше никто не стал. Как и шутить. Китайцы ринулись все разом, а мне пришлось воевать обломком меча, броском которого я убил ещё одного воина. Слишком он открылся, колдуя нечто убойное, хотя его напарники явно сдерживались. Не хотели ненароком задеть своих менталистов.

Рывок Света, удар кулаком в голову мечника, сминая шлем. Ещё один Рывок, Касание Света в грудь копьеносца, опрокидывая его на пол. Рывок, Рывок, Рывок! Вспышка!

Я носился по залу, избегая магических атак и не давая возможность зажать себя. Кем бы ни были эти китайцы, но действовали они грамотно, слаженно и чётко. Усталость накатывала всё сильнее, ран на мне изрядно прибавилось, но я смог убить ещё одного, свернув ему шею. Но поплатился за это копьём в спину и перебитым позвоночником. Печать Света справлялась, кости с хрустом срослись. Работала она в полную мощь, латая моё тело. Вот только заминка всё-таки произошла. Пусть секундная, но этого хватило самому крупному из воинов, чтобы оказаться передо мной — он был магом молнии и двигался быстрее всех — а затем вмазать мне в грудину с такой силой, что меня превратило в пушечный снаряд.

В стремительном полёте я разнёс стену, свалился на пол и ещё какое-то время катился по тёмному помещению, теряя по пути пластины доспеха и рыча от обломка копья, застрявшего в животе.

— Кха… — закашлялся я кровью, уперся руками в пол и начал медленно подниматься. Грудная клетка хрустела, словно дряхлое дерево. Нагрудная броня выручила. Без неё, кулак этого ублюдка пробил бы меня насквозь.

Раздался звон, наконечник копья вывалился на пол, а рана стремительно зарастала. Хорошо, что кишки не вывалились, плотный поддоспешник помог, иначе пришлось бы собирать, а это трата времени. Но было больно, это да…

Энергетические каналы горели, мышцы сводило судорогой, а дышать становилось всё тяжелее, пусть и свободней, когда грудная клетка встала на место. Слишком я выложился, чтобы прикончить менталистов, которых оберегали эти воины. Но одного из них я всё же достал. Надеюсь, Сове стало полегче.

В пролом в стене зашёл маг молнии, а остальные трое вслед за ним. Поигрывая полуторным мечом с длинной рукоятью, отчего кольца на лезвии звенели, он твёрдым шагом направился ко мне. И опять о чём-то заговорил на своей тарабарщине, которую я нихера не понимал.

Ещё и не видно ничего, как в заднице у демона, слишком тут темно. Но очертания каких-то ящиков, поддонов и шкафов я разглядел в проникающем из дыры свете.

Маг остановился передо мной, занёс меч над головой и, что-то прокричав, собирался банально отрубить мне голову. Правильное решение, я бы себя тоже в плен не брал, а то хуже было бы.