Илья Романов – Липовый барон (страница 9)

Предлагаю подвиг для самых отмороженных: попейте в открытую водку в Ленинской библиотеке! Сразу говорю! Я пил водку в Ленинке! Но втихаря и без палева. Как пронёс и как не спалился, трещать не буду: тайны Родины не выдаём даже подшофе.

Перевалка – город, который сам себя определяет из названия. Перевалочная база для товаров и ресурсов, необходимых городу. Здесь есть большой рынок для всего этого. Также базары есть в Скотном дворе, но там в основном торгуют скотиной, рыбой, птицей и прочим, что живёт или жило. Есть свои торговые площадки в Злом и Чистом городах, но эти рынки тоже имеют свою специфику.

Скотный двор только упомяну, про него всё основное уже сказано.

Совсем другое дело – Небесный город или Небеса. Это отдельная песня в ритме города. Какие шутники оказываются местные жители. Вроде бы из названия выходит, что в нем часто молятся, но всё не так на деле.

Небеса – это место, населённое преимущественно мелкими дворянами, у которых спеси столько, как будто они из высшей знати. И оно не случайно стало тем городом, куда стараются особо не ездить. Короче, представьте людей нашей с бродягой категории, только чуть познатнее. Гонору много, кулаки чешутся, в кармане мышь повесилась, а тут кто-то пальцы гнёт тем, что у него в жизни всё путём.

Небеса – это отбросы дворянства, и тут на небо и в самом деле легко можно попасть за кривой взгляд и просто потому, что ты не так дышишь. Если надо найти отморозков с серебряными цепями или даже разорившихся с золотыми, то тебе сюда.

Небеса – это клоака спеси, дешёвого вина и острой стали. Они живут в столице как-то сами по себе. Закон на улицах тут рулит не стража, а местные авторитеты от низшего дворянства. Судьба этих авторитетов, впрочем, не такая и гладкая. Несколько лет что-то решают, потом появляются более молодые, жадные, отмороженные, и опять начинается передел сфер влияния.

Не случайно Антеро не стал заезжать в столицу с юга: он отбитый, но не дурак. Стар уже для таких приключений на пустом месте. Как бы это сказать, приведу пример. Если вы по делу едете в Люберцы, то это одно дело, но если есть возможность их обогнуть, то это не зазорно.

Округ Выселки – тоже не самое интересное место. Состоит всего из двух крупных городов: Вонючего города и Неглинки.

Вонючий лучше даже не вспоминать, до сих пор тошнит от него.

Неглинка – это город, отделённый местной рекой Шакти от Вонючего. Кстати, в честь реки столица и названа. В этом месте живут в основном крестьяне, которые по возможности обеспечивают продовольствием столицу. Врать не буду, что они кормят всю престольную, но самые дешёвые продукты для бедняков они выращивают. Что-то, само собой, в столицу завозится, но то не для бедных. Название Неглинка, наверное, от того, что глины в окрестностях города почти нет. Так, по крайней мере, я понимаю.

В целом по столице стоит упомянуть и ещё некоторые моменты. Чернь, Твердь и Холм имеют свои укрепления. Так вот, касательно стен. Про ров и вал с частоколом между Выселками и Чернью я уже упоминал.

Стена между Чернью и Твердью не очень высокая, всего семь метров, но сложена из камня добротно. Правда башен в ней не очень много, но эта ограда – отголосок более беспокойных времён и рассчитана, наверно, на сдерживание черни, а не против серьёзных сил завоевателей.

Стена между Твердью и Холмом самая высокая, около одиннадцати метров, если переводить в местные единицы измерения. Тут все пользуются тем, что на Руси называли саженями: считают при помощи размаха рук и высоты среднего человека.

Твердь разительно отличается от Черни. Тут проживают преимущественно дворяне, их слуги, вассалы, креатура и прочие вроде дружинников, а это значительно меняет архитектуру. К примеру, в Тверди даже самые бедные дома сложены целиком из камня. Как правило, они из двух или трёх этажей. Окна у зданий не заклеены растянутым и высушенным бычьим пузырём, а полноценно застеклены. Естественно, что не везде дома блестят широкими оконными проёмами, хватает жилищ и попроще, где очень узкие и маленькие окошки, но при этом стекло само по себе удовольствие не из дешёвых.

Зажиточными домами в Тверди считаются те, что имеют свои небольшие придомовые участки с небольшими садиками, беседками, цветочными клумбами, сокрытыми от посторонних взглядов высокими заборами и изгородями, но такие здания располагаются ближе к стене Холма.

Отдельно надо сказать про улицы Тверди. Они не просто намного чище, но на них и меньше толкучки. Возможно, это из-за того, что улицы в Тверди намного шире, чем в Черни.

Для сравнения: по самым узким улочкам Посольского города можно проехать пятерым всадникам в ряд. Хотя тут я приврал! Четыре всадника там ещё поместятся, а пятый, если и влезет, то ехать все будут уже впритирку друг к другу.

Чернь такой шириной улиц далеко не везде может похвастаться. Есть, конечно, в ней и широкие, но, как правило, они расположены в центре, по ним постоянно ползут загруженные телеги с товаром. Скотный двор и Перевалка вроде бы имеют широкие улицы, но из-за постоянного потока ресурсов, товаров с рынков и на рынок там сложно иногда пройтись, а не то чтобы проехать.

Дополнительно стоит учитывать, что округ Чернь, хоть и имеет весьма посредственные укрепления, сам по себе препятствие для захватчиков. Любой средневековый город состоит из узких, извилистых улочек по двум причинам.

Первая: земля застраивается спонтанно, без единого центра по планировке застройки вроде главного архитектора. Каждый норовит охватить себе земли побольше и в ущерб всем остальным, что сказывается на ширине и прямизне улиц.

Вторая причина не настолько прозаическая, как человеческое тщеславие и жадность. Она заключается в том, что узкие, извилистые улочки легче блокировать, пережать баррикадами. Опять-таки коннице на таких улицах не разогнаться, а пехота будет нести дополнительные потери времени, заходя в тупики.

А вот касательно ландшафта Тверди забудьте всё, что я рассказал о Черни. Заметно, что Твердь не раз перестраивали, что сократило узкие места на улицах. Концепция обороны тут тоже другая. Тут ширина проездов компенсируется тем, что каждый крупный район в нём обособлен, как отсек в подводной лодке. Проще говоря, нам с Антеро дважды пришлось миновать посты охраны на воротах.

Первый раз – при въезде из Скотного двора в Посольский город, там пришлось достать рекомендательные письма, опять без бумаг не хотели пропускать. Второй раз нас пропустили без проволочек из Посольского города в Зареку, разделённых пятиметровой стеной и символическими воротами. Тут к нам не придирались: раз нас уже их коллеги пропустили на территорию Тверди, то значит, мы на это право имеем.

Кстати, на мой вполне резонный вопрос бродяге, как он с такими придирками от стражи посещал когда-то столицу, он только усмехнулся и заметил, что коррупцию ещё никто не отменял.

Вот я дурак! Я-то всерьёз думал, что тут стража придирается к нам из-за того, что мы безземельные, и они, так сказать, спасают свой город от отморозков, а на деле всё как проще оказалось. Что при въезде из Выселок в Чернь, что при въезде из неё в Твердь стража из меня пыталась вытянуть взятку за то, что они меня якобы не видели. Я же им все расклады обламывал, доставая письма, запечатанные баронскими печатями, а тут с таким не шутят.

Я ещё могу долго делиться своими впечатлениями по поводу Тверди, только стоит ли? Единственное, наверное, что уместно сказать про этот округ, это то, что тут улицы представляют собой не утоптанную землю, а покрыты брусчаткой. В Тверди канализационные канавы не забиты фекалиями и прочим мусором. Убирают заторы чаще. В остальном это место мало чем отличается от Ферреры, столицы графства Илмар.

Сейчас хотелось бы сбить всех с панталыку: красиво соврать, что я весь в шоколаде от пьяной беседы с местным жрецом Рарнора, но это не так. Если кратко, то хорошо посидели. Я узнал новые для себя вещи, кое-что прояснил о быте города и приобрёл не самое плохое знакомство. В какой-то момент я накушался и задремал. Мой дегенерат, кто бы от него такого ожидал, даже доволок меня до нашего совместного номера. Что тут говорить, вечер удался.

Глава 4. Залёты судьбы, или Как я осознал, что деньги быстро кончаются

Очнулся я на полу. Скотина Антеро, взялся тащить, так дотащи до койки! Вы это ничего лишнего не подумайте, я не в том смысле: номер-то двухместный, да и мы совсем не такие.

Порядком задубев на полу, я стал разминать затёкшее тело. Что тут сказать, спасибо и на том, что в этой гостинице блох, вшей и клопов не оказалось. Сервис, так сказать, уже на уровне.

Мой дегенерат, кирпич ему в задницу, уже встал. Этот кадр, к моему удивлению, скрёб себе по щекам опасной бритвой и, судя по нескольким порезам, далеко не он побеждал в этой неравной борьбе.

– Хорош себе кровь пускать. Я через дорогу видел лавку цирюльника. Не обеднеем от потери нескольких монет, – прокаркал я, поражаясь своему осипшему голосу. Не-е-е, надо лечиться, а то утро совсем не доброе.

– Сам-то как будешь бриться?! – усмехнулся бродяга.

Вот подколол так подколол. Для тех, кто не в курсе: у меня с этим бритьём одни проблемы и насмешки. Несколько раз за полгода я предпринимал попытки сделать лицо гладким, но опасная бритва – это вам не «Джиллетт – лучше для мужчины нет».