Илья Романов – Красный Корпус V (страница 35)

Вскоре стеклянные высотки и дома пропали, мы въезжали в отдельный район города. Пышной зелени, правда, сейчас не было — деревья были в большинстве своём без листьев, лишь немногие из их не «полысели». Снега здесь было побольше, но дорога чистая. А затем стали мелькать особняки аристократов самых разных мастей. От более менее простых до очень богатых, и чем дальше — тем сильнее росла эта разница. Здесь же встречались патрули охраны(каждый аристократ района выделял часть гвардии на эту задачу ради общей защиты), точку КПП мы проехали и вовсе без досмотра, нам просто подняли шлагбаум.

И вот, спустя ещё почти десять минут, мы стали подъезжать к поместью. Оно выделялось среди прочих огромной территорией, огороженной высоким кирпичным забором по периметру. При взгляде на сам особняк можно было бы сказать, что это самый настоящий дворец. Он был поистине большим, даже огромным, раньше род Демидовых был более плодовит, в те времена всё было… сложнее, но тех же детей и родни было в разы больше.

— Впечатляет, — уважительно протянула Розали. — Сколько же в нём комнат?

— Честно — не знаю, — удивил я её и, увидев вздернутую бровь, усмехнулся. — Никогда не задавался этим вопросом. Это тебе у Вари надо спросить, она весь этот дом облазила вдоль и поперёк. Лучшего экскурсовода не найдёшь.

— Да? — улыбнулась она и провела пальцем по моему бедру вверх. — А ты, не покажешь мне достопримечательности?

— Обязательно, — поцеловал я её в лоб, отчего она довольно зажмурилась. — Время у нас будет.

Кованые ворота открылись и мы заехали внутрь, а четверо гвардейцев на входе вытянулись в фрунт. Дорога вела в объезд фонтана, который, ничего удивительного, работал в такую погоду. Да и вместо снега на земле, стоило покинуть машину, я увидел свежую, зеленую траву. Деревья тоже цвели и пахли, а вон та дорожка вела в сад с беседками и прудом, где Варя любит кормить уток и лебедей.

На территории поместья царила поздняя весна и начало лета, нарушая все законы природы. Но всё дело в магии. Точнее в мощных артефактах по всей территории поместья, соединенных в единую сеть и формирующих прозрачный купол.

Не успела наша машина остановиться напротив лестницы к крыльцу, как входная дверь особняка распахнулась и оттуда вылетел ураган в синем домашнем платье.

— КОСТЯ! РОЗАЛИ! — с радостным визгом, под улыбки гвардейцев, подбежала к нам Варя и крепко обняла. — Наконец-то приехали! Я уже заждалась! Чего вы так долго?!!

— Всё такая же громкая и шебутная, — взлохматил я её волосы, вызвав недовольный фырк. — Привет, мелкая.

— Сам ты мелкий! Верзила! — как-то не логично ответила она, но да ладно.

— Здравствуй, Варвара, — обаятельно улыбнулась Розали, следуя хоть каким-то правилам приличий. Ещё и на меня зыркнула, мол зачем ребёнка обижаешь. — Прекрасно выглядишь.

— Да я-то чего! Ты вон какая красавица! — живым электровеником не могла устоять на месте Варя. — Я тебя примерно так и представляла! И что ты нашла в моём брате, ума не приложу⁈

— Эй! — шутливо возмутился я, мелкая показала мне язык, а Розали посмеялась в ладошку.

— Он не так плох, поверь мне, — окинула она меня взглядом, а затем подмигнула сестре.

— Да знаю я, — махнула та ручкой. — Ну⁈ Что стоите, как не родные⁈ Пошли в дом!

И, будто этого ожидая, на порог вышла матушка. Всё такая же величественная, гордая. При ней гвардейцы, до этого наблюдавшие за нами, но делающие вид, что их тут вот вообще нет — мигом втянули животы, расправили плечи.

Кристина Алексеевна спокойно ждала нас, а аура властности от неё повлияла и на Розали. Это их первое знакомство, личное, и если с Варей всё проще, то матушка любила вот такой вот официоз, что и показала. Но Розали не растерялась, она сразу преобразилась, манеры вылезли на первое место. А от её следующего хода — она взяла меня под локоть и прямо посмотрела в глаза матушки — уголки губ Кристины Алексеевны едва дрогнули и приподнялись.

— Здравствуй, матушка, — первым поздоровался я с ней, стоило подняться по ступенькам. — Позволь представить тебе прекраснейший цветок рода Осокиных — Розали Александровна. Моя избранница.

Коротко и ясно, без лишнего словоблудия. Познакомил и обозначил позицию, как и нужно.

— Ваше сиятельство, — книксен в исполнении девушки был идеален, на что матушка кивнула. — Рада знакомству с вами.

— Взаимно, дитя, — сделала матушка к нам шаг и остановилась напротив Розали. — Кровь графа Осокина в тебе сильна, но и на свою мать ты очень похожа. Я была знакома с Ксенией и Александром, и мне очень жаль, что так получилось.

— Благодарю, ваше сиятельство, — лицо Розали дрогнуло, но она удержала маску радушия.

— Не будем стоять на пороге, — величественно повела она рукой. — Заходите в дом, отдохните с дороги. Олег и мой муж сейчас заняты, — на этих словах матушка чуть скривилась и пояснила, когда мы снимали верхнюю одежду и передавали её слугам. — У мужчин образовались важные дела, не требующие отлагательств.

В сказанном было столько тщательно скрываемого неодобрения и одновременно ехидства, что я едва не засмеялся. Похоже, брат и отец банально сбежали от подготовки к свадьбе, всё свалив на других. В данном контексте на матушку и Анастасию — будущую жену Олега. Разумеется, в этом им помогают управляющие и специально обученные слуги, но суть не меняется.

— Ваши комнаты уже готовы, — продолжила матушка. — Обед вы пропустили, но я распоряжусь принести его, как отдохнете. Константин, на тебе забота о Розали. Покажи ей тут всё, и да, дитя, не стесняйся, чувствуй себя как дома, — располагающе улыбнулась она девушке.

— Благодарю, ваше сиятельство, — чуть склонила голову Розали.

Матушка поманила за собой Варю, на что та скуксилась и, прошептав: «Увидимся позже!», ушла следом. Мы же с Розали поднялись на второй этаж, где были наши комнаты. Комната Розали была напротив, нас поселили рядом, а слуги принялись затаскивать чемоданы.

— Фух… — выдохнула она, усевшись на мягкий диванчкик перед телевизором. — Всё же прошло хорошо?

— Вполне, — улыбнулся я, встал позади неё и принялся разминать плечи. Девушка спустя несколько секунд благодарно застонала. — Ты хорошо справилась.

— Твоя матушка умеет внушать, — с зажмуренным глазами протянула Розали. Мышцы её были напряжены. — Думала облажаюсь.

— Могла не переживать, — усмехнулся я, надавливая на определенные точки, с её губ сорвался ещё один благодарный стон. — Они знают о моём выборе и что я его не изменю. Да и о тебе раньше тоже знали, вы уже были шапочно знакомы. Всё это лишь формальности.

— Но от этого не легче, — покачала она головой, мягко высвободилась из-под моих рук и встала. Затем осмотрелась, заметила приоткрытую в душевую дверь и в её глазах заплясали озорные черти. — Я бы хотела принять душ после дороги, но так устала…

Намёк более, чем понятен. Я широко улыбнулся, галантно предложил ей руку.

— Как я могу бросить свою даму в такой беде? — наигранно величаво заявил я, на что Розали тихо засмеялась. — Мне ведь нужно показать тебе здесь всё. Ванная комната одна из важнейших достопримечательностей!

— Даже так? — с широкой улыбкой приняла она мою ладонь. — Тогда видите, Константин Викторович. Мне определенно будет интересна эта «экскурсия».

И вслед за словами она закусила нижнюю губу и скинула лямку платья, открыв вид на бархатную кожу плеча.

Что ж… я хотел, конечно, пообедать после дороги, а затем поговорить с отцом, но и бросить даму в беде в такой момент тоже не мог. Думаю, ближайший час весь мир может подождать.

Глава 24

Я сидел в первом ряду стульев рядом с родными и семьей Суворовых. Стояла абсолютная тишина среди гостей, лишь изредка были слышны тихие всхлипы матери невесты и богато одетой старушки в причудливой шапочке рядом с ней.

Все гости заняли свои места, а весь мир будто замер в ожидании. Возле украшенной цветами белоснежной арки стоял приглашенный жрец, что должен провести церемонию. И Олег, мой старший брат. В идеальном костюме темных тонов и белоснежной рубашке с бабочкой. Из нагрудного кармана пиджака торчала бутоньерка. Прилизанные волосы, начисто выбритый, он выделялся бы даже не будь женихом на этой свадьбе. Что-что, а с внешними данными Олегу повезло, от матушки достался полный набор, а вот взгляд отцовский, тяжёлый и внимательный.

Брат старался сохранять самообладание, но то и дело касался ладонями штанов. Он всегда так делал, когда нервничал, хотя лицо держал. То и дело его взгляд падал на нас, проходился по гостям и замирал на родне. Вот он посмотрел на матушку и та ему улыбнулась, отец коротко кивнул. Взгляд брата переместился на нас с Розали и он едва заметно хмыкнул, я ответил ему тем же и показал большой палец.

Прошло несколько минут и двери особняка, ведущие на задний двор, где и будет проходить церемония, распахнулись. Придерживаясь за локоть генерала Суворова, сурового мужчину в военном кителе, к нам вышла невеста. В белоснежном, пышном платье, украшенном уникальными по своей природе камнями, способными будто бы блистать, как маленькие звёзды. Подол стелился по земле, оставляя после себя лёгкое марево подобно туману. Лицо её было скрыто вуалью, не позволяя оценить красоту невесты до того, как пройдёт церемония и жених откинет ткань для поцелуя.