Илья Романов – Красный Корпус V (страница 20)

Могу понять, почему он пришёл к таким выводам. С его точки зрения наследие навроде Толика многое объяснило бы в моём случае. Вот только он ошибся…

— Обойдемся без реплик о смерти? — хищно усмехнулся я.

Кровь до сих пор пылала в венах, раскаленным металлом. Вспышку мне удалось задавить, но эмоции скакали, как бешенные. Уже в какой раз я сам себе мысленный поучительный подзатыльник отвесил, должен же был этот момент вспомнить. Но нет, упустил. И теперь вот, вместо того, чтобы промолчать в беседе с этим человеком и просто заниматься своими делами тихо, сорвался и пожинаю плоды. Какое ребячество… как это… по-человечески.

— Обойдемся, — кивнул государь, разминая кулаки с хрустом. — Я увидел то, что хотел, хотя и не пойму, чем подкреплена твоя решимость. Намерение ты показал, это я тоже уважаю. Осталось понять тот самый мотив.

Я моргнул, даже гнев как-то улетучился на краткий миг. Император не сказал ничего такого, но тон и его лицо были такими… Как бы это… Вот у отца было такое, когда матушка заводила речь о Варе и возможных женихах. Неприятие, неизбежность, желание защитить и много чего другого, свойственное родителям.

— Кто она вам? — глухо спросил я.

— М-м? — улыбнулся Михаил Петрович, в очередной раз касаясь браслета. — Понял, значит. Это хорошо, очень хорошо.

— Вы не ответили на вопрос, — сделал я шаг вперёд, разгоняя энергию по телу ещё сильнее.

— На то я и император, могу и не отвечать, — искренне засмеялся этот… нехороший человек.

Раздражает.

Мы сорвались с места одновременно. Михаил Петрович повёл рукой и всё вокруг потонуло в Тени, но я собрал в ноге поток энергии и выпустил его разом, в одном импульсе, ударив в пол.

Тени разметало вспышкой синего света, стены тренировочного зала — явно усиление арканами и специальным металлом — содрогнулись. С грохотом попадали тренажёры, а лампы на потолке замигали.

— Ма-а… Силён! — широко оскалился государь, оказавшийся возле меня. — А если так?

Вновь волна Тени, но уже с его кулака. Инстинкты, усиленные Путём Тела и кровью дракона взвыли набатом. Мне в лицо летел не кулак, а самая натуральная смерть.

Глаза императора немного расширились, когда я вместо того, чтобы уклонится или принять в блок этот удар, плавно сделал шаг к нему и немного влево. И занёс уже свой кулак на противоходе. Смерть прошла буквально в считанных сантиметрах от лица, Тени склизким ощущением лизнули кожу на скуле, а мой вспыхнувший синим пламенем кулак встретила раскрытая ладонь свободной руки императора.

— Племянница, — слегка отвёл мою руку государь, смотря прямо в глаза. — Она — моя племянница. Самая близкая и любимая из всех. Я могу тебя понять, Костя, более того, мне приятно слышать и видеть твои чувства к малютке Розали, но… К сожалению, того, что случилось — не исправить.

В его словах слышалась застарелая боль, которую старательно старались задавить. Время лечит — так говорили ещё в моей прошлой жизни. Вот только человеческая жизнь слишком коротка, чтобы этого времени хватило.

Но ещё я слышал второе дно. Недосказанность. И император это заметил в моих глазах, со вздохом отпустил руки и продолжил говорить, когда мы отошли друг от друга на пару шагов:

— Она погибла на задании Ордена. О нём я собирался с тобой поговорить изначально, пока мы не оказались здесь, — с усмешкой обвёл он рукой зал. — Ты становишься сильнее, уже закончил учёбу в Корпусе, а значит пора тебе узнать кое-что нужное.

— Что за Орден?

— Структура на защите человечества, вроде того же Красного Корпуса, — взмахнул он рукой, чуть скривившись. Всё-таки пусть он удар и принял на ладонь, но приятного мало. — Только более изолированная и скрытая от глаз. Их задача — отслеживать и бороться с Хаосом во всех его проявлениях. Корпус делает тоже самое, да, но задачи совсем иные. Как и опасности. Тобой ещё в детстве заинтересовались, я дал добро на разработку твоей вербовки. А чтобы ты не думал, будто особенный, хотя в некотором роде на сегодняшний день это так, подобные планы строились и на других детей. Молодое поколение, новая кровь для Ордена.

— Спицын и его команда, — прищурился я. — Они из Ордена?

— Верно, — хмыкнул государь. — Их приставили к тебе, когда выяснилась информация о твоём даре и прочее.

— Понял, — кивнул я, стараясь дышать размеренно. Гнев постепенно затухал, но тело не ныло, а наоборот ощущалось даже легче.

— Ты не сильно удивлён, да и вопросов не задаешь особо, — внимательно рассматривал он моё лицо.

— Всё, что нужно, вы мне и так скажете, раз начали эту тему. В остальном же: «На то я и император, могу и не отвечать», — процитировал я сказанное им ранее.

Государь выразительно хмыкнул, оглядел зал и вновь посмотрел мне в глаза.

— Успокоился?

— Немного.

— В таком случае — пошли, ты мой чай разлил, а я его недопил. Ещё и кабинет теперь восстанавливать, — махнул он рукой и двинулся к одной единственной двери. Но сделав два шага, остановился и посмотрел на меня через плечо. — То, что ты сказал… Ты не врал, я бы это почувствовал. Человек может солгать, но его тень — никогда. Я хочу, чтобы ты рассказал мне, как ты намеревался вернуть мою племянницу, Костя. И очень советую тебе ничего не скрывать. А теперь пошли.

Я двинулся вслед за императором, пытаясь в очередной раз уложить в голове бредовость происходящего. Выходило со скрипом, а первое знакомство с этим человеком вышло до безобразного странным. Но одно ясно точно — первый этап «переговоров» прошёл, пусть и странно. Теперь начнётся второй. И, готов поспорить, легким он не будет…

Наверное, даже хорошо, что я оставил меч в приёмной до нашего разговора. Розали мне многое высказала за попытку сварится в крови дракона и развития Пути Тела на грани смерти. Что уж тогда говорить по поводу того, что я дал её родственнику в морду? Особенно, если этот родственник император.

— Как же тяжело быть человеком… — тихо прошептал я себе под нос. — Но зато точно не скучно…

Глава 14

Чай мы больше не пили. Михаил Петрович решил, что к текущей ситуации лучше подойдёт алкоголь. Место второго этапа «переговоров» тоже изменилось, правда пришлось немного попетлять по Кремлю, следуя за мощной фигурой государя.

И теперь мы сидели на веранде с видом на внутренний двор, у каждого в руке стакан с тяжёлым дном. Аромат британского виски, какой-то очередной дорогущей марки, приятно щекотал моё острое обоняние. Первый глоток частично остудил голову, эмоции больше не скакали галопом, но чтобы полностью подавить свою новую, частично драконью природу, пришлось опустошить один за одним четыре стакана.

Статс-секретарь государя, обновляющий напиток, только бровь приподнял, а сам государь тихо хмыкнул. Вообще после случившегося помощник императора не слишком одобрительно на меня поглядывал, но убивать больше не спешил.

— Не ошибусь в своих предположениях, если скажу — дело в твоих изменениях? — спросил Михаил Петрович, причмокнул губами после глотка виски. — Понимаю, что мои слова о малютке Розали могли разозлить, но ознакомившись с твоим досье… ты бы не напал. Не твой профиль.

Лгать после того, как он прямо заявил, что способен почувствовать обман было бы максимально глупо. Нет, я вполне мог бы попытаться провернуть нечто такое, но… зачем? Смысл?

— Да, — для виду скривился я, будто испытывая некоторый стыд. — Целители провели много исследований, но не на всё смогли найти ответы. У меня уже случались вспышки после того случая, — и это была правда, вот только там всё прошло гораздо легче. Поэтому и не придал значение, списав всё на некоторую моральную усталость после войны с Хаосом в Японии. — Приношу свои извинения за это, Михаил Петрович.

— Пустое, — усмехнулся государь и, скосив на меня взгляд, спокойно, будто рассуждая о погоде, добавил: — Будь сегодня приемный день, мне бы пришлось тебя наказать, Костя. Слуги Кремля будут молчать о случившемся, в их верности нет сомнений, других тут не держат, да и гвардия тоже. Но увидь подобное кто-то из аристократов, то поползли бы слухи, а следом…

— Я понимаю, — кивнул я, верно истолковав недосказанность. — Что позволено юпитеру не позволено быку.

— Верно. Власть — это не только способ диктовать кому-то свою волю, но и необходимость иметь право на неё. При власти нет места слабости, малодушию, есть лишь необходимость держать её в руке всеми способами. И как бы я не хотел избежать в твоём случае наказания, оно бы непременно последовало, будь у нас болтливые свидетели. И это наказание было бы суровым, Костя.

— Казнь?

— Ну почему же столь категорично, — пожал он плечами. — Отправил бы тебя в Сибирь лес валить лет на… много. Но и у этого решения тоже были бы последствия. И не только касающиеся тебя. Они у всего есть, Костя. Ты ещё молод, хоть умён и силён, но тебе предстоит многому научится. Начал ты неплохо, твои успехи мне нравятся, но ты должен понимать… одна ошибка. Один случай. И всё это может исчезнуть.

Тут не поспоришь.

— Благодарю, что объяснили, Михаил Петрович, — признательно кивнул я, хотя нового он ничего лично мне не сказал.

— Раз с этим закончили, — приподнял он пустой стакан и статс-секретарь тут же его обновил на два пальца. — Поговорим теперь о другом. Про Орден я тебе частично рассказал, но без подробностей. Но об этом позже, сейчас я хочу услышать, как ты собираешься вернуть мою племянницу.