Илья Романов – Карты, деньги, два клинка. Том 1 (страница 40)

Тело восстановилось удивительно быстро. Ожоги рассосались за несколько дней, склеры обожженных глаз вновь побелели, растрескавшиеся губы затянулись свежей кожей. Будто бы противостояние с сильнейшим магом света мне только приснилось. Но осадок остался.

— Как вы себя чувствуете? — уже в который раз после событий, произошедших в самой высокой келье собора Святой Троицы, поинтересовался Саймон.

— Паршиво, — коротко отозвался я, втыкая в телефон и перечитывая один и тот же абзац в статье уже в десятый раз. — Но сойдет, — добавил как бы между прочим.

У каждого человека есть слабости. Я понимал это. Дорогой сердцу человек, например. Деньги, власть, сокровенная тайна… Их множество, этих слабостей, которые заставляют нас позабыть о принципах. Двигаться на автопилоте. В какой-то момент вычленять из сумбура окружающих звуков лишь бешеный стук собственного сердца.

Однако у меня, человека, который поставил службу справедливости на первое место, слабостей быть не должно. Терзать себя сомнениями, всё ли я сделал так, как должно, или же знатно напортачил? Не могу я позволить себе думать о таком в момент, когда клинок занесен. Ведь если он уже занесен, то, без всяких сомнений, поразит верную цель.

— Зато представь, как же обломались эти святоши! Считай, жилу золотую потеряли.

— Это лишь капля в море, — решил я всё же отвлечься от пресловутого абзаца и воззрился на приятеля с лицом, не выражающим ровным счетом ничего. — Все люди по природе своей эгоисты. Стремятся к разрушению, а не к созиданию. Разрушению себя и других. Мир наш развивается лишь благодаря тому малому проценту созидающих, что отринули собственную природу во имя прогресса. Вот и вся истина.

— И к кому же причисляете себя вы? — задал парень резонный вопрос. — К разрушающим или созидающим?

— Разумеется, к первым. Как и многие другие. Но если направлять энергию разрушения в нужное русло, она не причинит особого вреда тем, кто предпочитает созидать.

— А я вот считаю, что эгоист никогда не назовет себя эгоистом.

— Ты волен считать, как пожелаешь, Саймон. Я слышал, что свободные люди так делают.

На этом дискуссия наша была окончена. Еще некоторое время надувшийся отчего-то беглый маг размышлял о своем, периодически хмыкая. Зато хотя бы вопросов больше не задавал. И это я мог назвать прогрессом.

Через несколько часов на весьма долгое время мне придется расстаться с укачивающими звуками поезда и пересесть на лайнер. Но, по правде говоря, пусть мне по душе были морские прогулки, к железной дороге я уже привык.

Даже достигнув конечной станции и покинув вагон, неторопливо шагал по перрону, наслаждаясь видом суетливых пассажиров и грохотом грузовых поездов вдалеке.

Билеты на лайнер я уже заказал, и когда мы подъехали к пристани, до отправления оставалось около двух часов. С запасом брал, на случай встречи с одной из беглых душ.

К сожалению или к счастью, ни по пути на пристань, ни во время завтрака в кафе на набережной, ничью ауру я не почувствовал. Почему к счастью? Настроение было максимально расслабленное, какое-то одухотворенное, что ли. Виной ли тому хорошая погода или же отходняк после поимки Демуры — не знаю, но факт оставался фактом. Хотя бы один день хотелось провести вне бесконечной борьбы с другими и самим собой.

И, разумеется, планам моим сбыться не удалось…

Полчаса до отправления. Теплые солнечные лучи щекочут кожу, морской бриз ерошит волосы. Саймон уже поднялся на борт, желая ознакомиться как следует с местом нашего пребывания на ближайшие пару дней. Короче говоря, я наконец-то остался наедине с собой и потрясающим видом с набережной на море, которому конца и края видно не было. И продлилась вся эта благодать каких-то несколько минут.

Чья-то рука легла на мое плечо.

— Задержался же ты на суше! Учитывая, как сильно торопился к аравийцам.

Голос я узнал, и принадлежал он тому, на кого я никак не ожидал наткнуться в этом месте.

Обернулся, встретился с веселыми глазами Луки, и осознал, что покой мне в этом мире мог только сниться. Да и в любых иных мирах тоже.

— Ладно я задержался, — ответил ему, сдвинув брови, — но ты-то что здесь делаешь?

— Кажется, говорил уже, что бизнес — это не совсем мое, — издалека начал тот, переведя взгляд на соленые волны, бьющиеся о береговую полосу. — Заниматься им я не люблю, но ты вот — совсем другое дело, камикадзе. Так что решил немного подсобить тебе с поиском мастера.

— Каким же образом?

— Смещение, знаешь ли, едино для всех материков, так что вдвоем мы достигнем цели быстрее. А ты целым и невредимым вернешься в штаб.

Я молчал, ожидая более весомых аргументов. И Лука, тяжело вздохнув, продолжил:

— Люди нуждаются в тебе, Марк. Нам куча сообщений поступает о том, куда же ты запропастился и когда собираешься возвращаться из этого своего «отпуска», — соорудил парень кавычки пальцами. — Они верят в того, кто завалил дракона, а не в тех, кто прошел у тебя курс «молодого охотника», но всё еще не завалил ни одного дракона. Ну, переживут они одно Смещение, так и не увидев твою физиономию по телеку. Переживут второе. На третье уже сильно разочаруются, а на четвертое… Понимаешь, о чем я?

— Диана…

— Диана знает, что я здесь, — опередил он меня. — Назовем это нашим общим с ней сюрпризом для тебя. А еще я обещал связываться с ней куда чаще, чем это позволяешь себе ты.

— Вот это уже аргумент, — не смог не согласиться я.

— Тогда пойдем, — еще раз хлопнул он меня по плечу и прямой наводкой зашагал к лайнеру. — Диана передала мне, какую каюту ты занял, так что будем соседями.

— Ни капли в ней не сомневался… — пробурчал под нос, следуя за вторым навязавшимся мне спутником.

Да, мне еще только предстояло познакомить их с Саймоном, и путешествие намечалось увлекательным. Пожалуй, для всех, кроме меня самого.

Выглядел лайнер внушительно. Чего еще можно было ожидать от махины, вмещающей на своем борту пару сотен людей, включая и аристократов, и простолюдинов? Я бы запросто слился со вторыми, дабы не обращать на себя особого внимания первых, однако Диана безустанно твердила мне о налаживании связей. Твердила настолько усердно, что мертвеца бы убедила выкарабкаться из могилы и приобрести билет в каюту первого класса.

Это я, собственно, и сделал. Еще не подозревая, что мне даже пожрать элементарно за обедом не дадут. Ненавязчиво, казалось им, расспрашивая о том, насколько сложно было одолеть целого дракона в одиночку.

— А половину дракона, по-вашему, одолеть в разы проще? — отвечал я. Или же…

— На самом деле, этот дракон был вторым на моем счету. А сколько усилий приложили вы во время Смещения, дабы облегчить участь народа? Почему же вы молчите? Нечего сказать?

Саймон с Лукой сидели напротив меня, молча наблюдая за тем, как я отшиваю одного надушенного аристо за другим, попутно раскалывая крабов и высасывая мясо из клешней.

А всё потому, что я терпеть не мог аристократов, вот и все дела. И если «налаживание связей» в понимании Дианы — это тратить свое личное время на тупые вопросы, чесание языком и похвальбу собеседника, которого я видел первый и последний раз в жизни, то такие связи мне были без надобности. И пусть я хоть трижды потомственный граф до пятидесятого колена.

Дома, чтобы не выдать свое прошлое, следовало вести себя соответствующе, но здесь, вдалеке от Москвы я не желаю быть никем иным кроме Георга «Даггера» Дагвиса. Под личиной Марка Делецкого, и всё же самим собой.

Хотя кормят здесь сносно. Крабам я готов был поставить твердую пятерку. Они хотя бы молчат.

— Прошу прощения, но я вас узнала, — подсела к нам за столик очаровательная барышня в белоснежном, как корпус лайнера, корсете и развевающейся по ветру полупрозрачной юбке.

— Сочувствую, — ответил ей.

— Вы ведь Марк Делецкий? — успешно проигнорировала она отсутствие у меня манер. — Тот бравый охотник, что в одиночку расправился с драконом на окраине Москвы?

— Это было в Шимках, — с нотками недовольства буркнул Лука. Патриот.

Однако Луку она тоже предпочла проигнорировать.

— Вероятно, вы не имели чести встречаться со мною ранее, — вновь обратилась девушка ко мне в ожидании, пока я высосу мясо из клешни. — Я — Анна-Мария Арнаутова.

— А я — Марк Делецкий, — немного погодя представился я, забавляясь тем, как высокородная девчуля надувает губки.

— Маркиза Арнаутова, — зачем-то уточнила она.

— Граф Делецкий, — не уступил я.

Саймон, не удержавшись, прыснул от смеха, и та зыркнула на него с нескрываемой обидой в глазах.

— Вы столь же сильны и бесстрашны, сколь невежественны, Марк? — сделала мне дама комплимент и попыталась опустить одновременно. — Вообще-то при знакомстве с девушкой благопристойные мужчины целуют ей руку.

— Целовать руку краба не менее приятно. Хотя бы потому, что она вкусная, — пожав плечами, парировал ее выпендреж.

— Знаете, вы абсолютно бестактны…

— Знаю.

— Но отчего-то мне это даже нравится.

— Знаю, — повторил с ухмылкой.

Она встала из-за стола. Очередной бессмысленный треп ради бессмысленного трепа. Ах, да… налаживание связей! Это вот оно.

— Возможно, мы как-нибудь пересечемся с вами на верхней палубе. Скажем… около восьми часов вечера, сегодня.

— Угрожаете убийце драконов, маркиза Арнаутова? — вскинул бровь.

— Могу позволить себе опуститься до угроз, если мы останемся с вами наедине, граф Делецкий, — кокетливо похлопала она ресницами и ушла.