Илья Рэд – Инвестиго, затерянные в песках (страница 28)
— Сильный маг?
— Да, мне говорили в городе живëт инвестиго… Поможет ли он моей дочке?
Лицо стражника перекосило. Крижен не смог считать, что это было: злость, подозрение или сочувствие?
— Он вам не поможет?
— Отчего же?
— Он не целитель. Лучше бы вам к нему совсем не ходить.
— Но… Но у такого уважаемого человека должен же быть свой целитель? Без этого никак.
— А ведь точно, но… — вдруг посерьёзнел чернокожий охранник. — Боюсь, он вам не разрешит.
— Не разрешу что? — раздался из-за спины мужской голос, и к ним вышел желтолицый аристо с волнистыми волосами цвета воронова крыла, явно помятый после вечерней попойки: тëмные круги под глазами, отëкшая кожа, лëгкий запах перегара.
Он щеголял в одних трусах и тапочках, совершенно не стесняясь. Между пальцев дымящаяся сигарета, а в другой руке длинный кувшин с водой.
— Ты там глухой?
— Нет, господин наместник, прошу прощения, — вытянулся по швам чернокожий страж. — Этот чужеземец и его дочь случайно сюда зашли. Девочке стало плохо, и они спросили, где можно найти лекаря…
— И ты решил, что я, такая тварь, откажу ребëнку? — глиняный сосуд полетел в стену и разбился. — Так ты меня выставляешь перед чужестранцами? Что они потом скажут про меня и нашу дорогую империю, что мы варвары?
— Я не это имел в виду…
— Умолкни, а ты иди за мной, — махнул он Крижену и пошëл впереди, указывая дорогу.
Отдав оружие, они прошли под навесом до противоположной стены и ступили в просторную залу с высоким потолком, на котором были выложены мозаикой сцены из мифов Маналеи. Вероятно, тут раньше проводились какие-то собрания, но сейчас было пусто, и шаги отдавались эхом.
— Проходите сюда. Илай, Илай, ты там спишь? — спросил наместник у застывшего на стуле молодого человека лет двадцати.
— А? Ш-то? — разлепив глаза, пробормотал тот и получил пару лёгких пощёчин.
— Вставай, собака, работать пора.
— Работать? — удивлённо уточнил лекарь и поднялся, закатывая рукава. — Где болит?
— Да не у меня, идиот, девочку глянь — ей плохо.
— Извиняюсь, а вы точно лекарь? — переспросил Крижен.
— Не смотри на него, это я виноват, — задымил сигаретой Гильермо. — Точнее, как говорит мой «мудрый» ата: я растлил его своим пагубным влиянием. Не бойся, Илай — отличный врачеватель, лучший из всех, кого я знаю.
Крижен мог бы ему возразить, и даже рука как-то зачесалась от воспоминаний, но вместо этого он положил притворяющуюся Нику на кушетку и отошёл. Целитель пододвинул себе стул и мигом вовлёкся в процесс, делая пассы руками.
«У Гурга выходило быстрее», — отметил про себя Крижен.
— Откуда вы? — спросил его Гильермо, щуря один глаз. — Ахшалла, ммм… потом и меня посмотри, голова раскалывается…
— Из Сорк, держим путь на Собу.
— На Собу? На кой-ляд она вам сдалась, там же война?
— Хочу научить дочку рисовать людей, как настоящих. Я художник, Ваше Превосходительство.
— О как, — кивнул Гильермо и почесал волосатую ногу.
Крижен никогда бы не подумал, что перед ним инвестиго. Аллиец вёл себя как типичный бродяга и общался также непринуждённо. В отличие от других своих соотечественников, любивших произвести впечатление.
— Я пейзажист, но Ника талантливая портретистка, поэтому…
— Не интересует, — остановил его речь Гильермо, помахав ладонью, будто отмахивался от надоедливой мухи. — Я в этом не разбираюсь. Красиво нарисовано, значит, красиво, а вся эта мазня… А, понял! — вдруг оживился он. — Так ты её на расчленëнку везёшь посмотреть, так ведь?
Крижен кивнул.
— Совершенно верно.
— Ну да, вы же все там повёрнутые на анатомии: как-что-куда, связки там, хрящики… Это вон Илай разбирается в таком. Что с девчонкой? — спросил он у целителя.
— Ничего.
— В смысле ничего, ты тупой?
— Она не болеет, возможно, перегрелась на солнце и уснула.
— Да?
— Ты меня знаешь, — пожал плечами целитель и отошёл от кушетки, чтобы привести в порядок голову своего нанимателя.
— Повезло твоей дочурке, — хмыкнул Гильермо, окидывая взглядом белокурую шевелюру гостя и тёмное каре девочки. — Приёмная?
Крижен ощутил на себе тень подозрения, потому решил честно признаться.
— Да. Подобрал её три года назад, мы…
— Хорошо, о да-а-а, — перебив его и зажмурив глаза, протянул наместник, когда его друг-целитель включил своё очищающее заклинание. — Ещё немного да-а-а. Превосходно…
Гильермо завис на какое-то время, заставив Крижена терпеливо ждать, пока тот восхищался эффектом очищающегося организма. Болезненные складки на его лбу расправлялись, появился здоровый румянец, и даже сама кожа, казалось, поменяла текстуру: поры заметно сузились.
— Какая неинтересная история. Я пробовал в этой жизни всё, Крижен: женщин, вино, женщин в вине, вино из женщин, ах-ах-ах! — рассмеялся он своей шутке и посмотрел за поддержкой на Илая, ища в хмуром целителе хоть намёк на смешинку, но тот не проронил ни слова. — Меня ничем не удивишь. Твой помойный рилганский говорок позабавил, но лишь капельку. Достаточно, Илай, — отмахнулся он от целителя и заложил руки за голову, демонстрируя пучки волос на подмышках. — А теперь скажи, что мне с тобой делать, крыса ты крашенная?
Крижен встал, чтобы загородить собой Нику, и внимательно следил за движениями инвестиго. Он бы мог и дальше разыгрывать удивление, но что-то подсказало: — это не устроит капризного Гильермо. Лоб в лоб он сотрёт беглого мага в порошок, даже без всякой охраны.
— Я всё объясню, только выслушай, — выставил руку вперёд Крижен и старался лишний раз не делать резких движений, в воздухе уже осязалась сгустившаяся мана.
— Попробуй, — ответил Гильермо, а его целитель-помощник проследовал к шкафчику, где внутри, прикреплённые к стенке, висели в ряд посохи из магической древесины оккапури, каждый был начинён восемью кристаллами у навершия. — У тебя ровно минута, — наместник, не глядя, протянул руку, в которую тут же вложили оружие массового поражения.
Один такой посох мог использовать сразу все кристаллы, что в нём заключены. А это значит, маг в состоянии выйти за пределы своего и так внушительного лимита.
«Да в одном его дрыне тридцать две тысячи маны! Зря доверился этому Прасту, вот же урод…»
— Меня на самом деле зовут Крижен, но ты прав, я не из Сорк, мы, — он показал на себя и на Нику, — мы беженцы с Рилгана, и у нас большие проблемы с деньгами.
— Да? Что-то непохоже, — скрестив руки на груди, заметил лекарь.
— Это правда! Нам нужен билет на южное побережье, но никто в жизни не возьмёт двух рилганцев…
— Так ты решил подкупить моих людей? — удивлённо спросил Гильермо и похлопал по ладони посохом, как бы проверяя, насколько эффективно он сможет пробить черепушку сидевшего напротив Крижена. — Смелое признание в ещë одном преступлении.
— Вы подловили меня, наместник, но по-другому я бы сюда не попал. Мне нужно участие в Игре.
Гильермо с Илаем переглянулись, а потом первый встал и направил на гостя посох. Ника мигом сползла с кушетки, у неё в руке засиял вытащенный из кармана кристалл. Девочка готова была драться и, как ей казалось, применила свой самый грозный оскал.
— АхХАХАХАха! — аристократ согнулся пополам со смеху. — Нас…насмешила, — вытирая слёзы, выдавил из себя Гильермо, даже невозмутимый Илай улыбнулся краешком рта. — Ты там ей храброй маны залил, а? Фух, ну это не помешает мне вас прикончить, не люблю вшивых рилганцев, прости.
Кристаллы собрали вокруг себя потоки энергии, и посох выплюнул веретеновидный снаряд магмы. Его температура с лёгкостью могла расплавить камень или металл.
Крижен понимал, что даже если увернётся от первой атаки, то за ней последует вторая, третья и так пока его с Никой не прикончат. Поэтому он разлил перед собой куб воды и заморозил её. Как нападение, так и защита действовали быстро, но у Крижена было больше боевого опыта, поэтому он знал — в замкнутом помещении лучше никогда не использовать стихию огня.
Пар мгновенно окутал ту часть комнаты, где стоял Гильермо со своим дружком. Крижен же проложил ветряную дорожку к Нике, чтобы образовавшиеся облака тут же поднимало к потолку.
Он прижал девочку к груди и материализованным металлическим цилиндром с грохотом пробил стену, чтобы поскорее покинуть это гиблое место. Их раскусили, надо убираться как угодно: морем, сушей, хоть воздухом! Когда твой враг инвестиго, всё, что ты можешь — это делать ноги.
Они вылетели наружу, оставив враждебных собеседников глотать пыль, но на пути у них тут же встал тот самый сердобольный страж. Он держал свой меч наперевес, вокруг его силуэта качнулась дымка защитного эф-слоя. Увы, оружие у Крижена отобрали на входе, но кто ему запретит создать своё? В запасе у него три кристалла — может себе позволить.
В руке появился самый обыкновенный металлический стержень.