Илья Рэд – Андервуд. Том 3 (страница 20)
«Не можешь справиться со мной в одиночку?» — хмыкнул злобно Ник, поняв, что противник в замешательстве, раз взывает о помощи. Это знак, что он на верном пути и победа близка.
Титан постепенно проникал всё глубже и глубже, пока не закончилась длина лезвий. Ник влил ещё пятьдесят душ и мощнейшим усилием дёрнул руку вверх. Да так, что травмировал себе плечевой сустав, но оно того стоило.
Правая мандибула как надломленный сук повисла на мерзкой голове. Функциональность травмированной руки оставалась под вопросом, и,скорее всего, Жнец с каждым движением делал себе всё хуже и хуже, но медлить нельзя было. Потому что скоро в него вопьются сотни других челюстей и если кожу они не поранят, то вполне могут сделать из него мёртвый мешок с раздробленными костями и мясом.
Благодаря амулету боль не чувствовалась и Жнец, уже не опасаясь быть перекушенным пополам, добрался до лобной части.
— Похоже, ты забыл кто тут охотник, да, дружок? — спросил его Ник, когда проползал мимо фасеточного глаза и, походя, рассёк его, чтобы не зыркал.
Внизу уже копошились голодные приятели этого гиганта, но они опоздали. Стоило человеку добраться до относительно тонкой шеи, как голова предводителя полетела вниз.
«Вот и всё», — торжественно раздалось в мозгу, — «Или нет?»
Не похоже было, что что-то изменилось — муравей продолжал себе стоять, а его сородичи, не стесняясь, карабкались по длинным лапам наверх.
«Чёрт! Да можно я уже пойду?»
Он оглянулся по сторонам и увидел те самые грибовидные отростки, пытавшиеся прикинуться, что они тут ни при чём.
«Ага».
Сообразив, что к чему, он прыгнул вперёд и срубил один из них как бамбуковую трубку. С оставшимися тремя проблем тоже не возникло и лишь после этого насекомые остановились и будто впали в бешенство. Они носились по пещере, сбивая друг друга с ног, заново учились ходить, а некоторые бегали вокруг своей оси, словно поломанные игрушки. Смотрелось жутковато.
Поглощать сердце не пришлось.
Вместо этого Жнец почувствовал, как в него разом втекает мощный поток душ.
«Ничего себе», — цифра показателей пополнилась на триста, но никаких новых способностей он не приобрёл.
Раздумья оставил на потом и принялся методично уничтожать сбрендивших муравьёв.
Через час он положил ещё тридцать подземных обитателей и занялся своими ранами. Правда, делать это пришлось на ходу. Потому что в лагере сейчас требовалась его помощь. Опытных воинов там не было, поэтому даже с потерявшими контроль тварями могли возникнуть проблемы.
Емировы камни залечили ему плечевой сустав и убрали трещины. Действие любых исцеляющих артефактов на Жнеце усиливалось родной регенерацией, поэтому ему не требовалось много времени для восстановления. К тому же чем больше запас душ, тем сильнее эта пресловутая регенерация.
В коридорах он встретил ещё пять монстров. Крота и четырёх хищных червей. Добравшись до поляны, где расположился лагерь, он в первую очередь двинулся к людям. В воздухе уже не летали те самые гигантские мошки. Они расположились на потолке, вцепившись лапками в сталактиты, и замерли.
«Будто в гибернацию впали», — заметил про себя Ник.
Жуки-скакуны добавляли больше всего проблем. Неподконтрольные своему хозяину они безостановочно прыгали в разные стороны. На них Жнец решил пока не обращать внимания и убить тех, до кого мог дотянуться.
Кротам ох как не повезло, но парень не был гуманен в этом плане. Всё просто: нападают на него, он в ответ даёт сдачи. К тому же каждая жертва — это плюс в копилку душ. Нужно было отрабатывать потраченный запас на бафы.
Часа через полтора они встретились с Саймоном. На удивление тот даже не замарался и скривил свой чувствительный нос, когда увидел заляпанного во всевозможных выделениях ученика.
— Что морщишься? Обнимемся? — хохотнул Ник, но сенсей лишь выставил вперёд чуть светящуюся Яту, клинок едва не коснулся груди парня.
— Пожалуй, откажусь.
В следующие три часа они отлавливали попрыгунчиков. Видя, что угроза миновала, сенсей разбирался с ними уже магией. Сбивая на лету огнём. Тот хорошенько действовал на насекомых. Ник с удовольствием и сам бы выжег всё тут напалмом, но, увы, способностей к магии ему дочка не выделила.
После нападения он оказался в плюсе на четыреста пятьдесят душ, и сейчас их количество перевалило за тысячу сто. Неплохо.
— Много погибло? — спросил он у подошедшего к нему Дормса.
— Все целы, — после ответа мужчина упал на колени и склонил голову к земле. — Спасибо вам, спасибо, что спасли мою жену, моё поселение… Я в неоплатном долгу перед вами.
Нику стало неудобно от того, что здоровенный мужик валяется у его ног.
Несолидно вождю так вести себя, но остальные по примеру предводителя проделали то же самое. Все понимали, что если бы не удачная встреча с воинами Андервуда, то поселению пришёл бы конец.
— Хватит, встаньте, — Ник взял под руку Дормса и помог подняться.
— Ну, я бы не отказался от вкусного ужина, желательно с мясцом и с вашей чудо-приправой, — не стал расшаркиваться Саймон.
Дормс слабо улыбнулся, до сих пор потрясённый случившимся, и приказал поварихе заняться приготовлением пищи.
Поселение активизировалось, и ещё недавно стоявшие в ужасе женщины деловито кромсали добычу и грузили тележки с варанами. Мужчины занимались тем же, но по указанию Ника отправились разделывать вожака муравьёв, пока его не сожрали слизни.
Это самое хлопотное в пещерной охоте — вовремя разделать добычу. Кислотные слизняки не были частью большой людской семьи, но в подземельях именно они приходят и сжирают всё, что плохо лежит. Так что хлопать забралом времени нет.
Задействовали почти всех варанов, и под этим «почти» имелось в виду одно исключение. Вокруг Принца усердно хлопотали человеческие самки. Они гладили его и нахваливали, кормили с рук и отмывали от грязи.
— Наш спаситель…
— Герой…
— Кушай, красавчик, кушай…
— А какой цвет у него благородный, король варанов…
Этот дамский негодник ещё состроил такую рожу, будто: «Да, так оно и есть — хвалите меня» и довольно жмурился, когда к нему прижимались грудью.
Сенсей неодобрительно покачал головой.
— Мне чуть яйца не оторвали, а ему, значит, можно… — остальные мужчины, пряча улыбки, поглядывали на счастливчика.
У племён равнин были строгие правила относительно отношений. Всё решали родители — если отцу или матери не нравился избранник дочери, то юноша не имел никаких шансов на сближение. Поэтому сватались в основном уже состоятельные женихи с опытом и богатством за плечами.
Руководством самих походов и защитой занимались мужчины, но это не означало их безоговорочного главенства. Ник недавно видел, как одна барышня отчитывала своего безответственного супруга за проигранные в споре дорогие сапоги.
В общем, тут одни не могли выжить без других, и получалось нечто среднее между матриархатом и патриархатом, а сплочало всех постоянное чувство опасности. Люди в этих путешествиях не просто один коллектив — это животные, которые стремятся сохранить собственный вид в необузданных природных условиях.
Спросишь их, почему они не вернутся в город и не перестанут вести кочевую жизнь? В ответ всегда одно и то же — свобода. Без неё они чахнут, любой хомут или ограничения им ненавистны. Однако и цена за неё внушительная.
«Какая же это свобода, если ты постоянно в опасности?»
Наверное, каждый из нас выбирает свою несвободу и тщательно отыскивает в ней собственный клад. Сильному — сила, богатому — деньги, слабому и бедному — утешение. А вот кочевникам, судя по всему — адреналин.
Метрополия не облагала их налогами, не вмешивалась во внутренние дела, и это всех устраивало. Ведь торговля редкими травами и специями была выгодна Андервудцам.
Под вечер запасы каравана пополнились центнерами кротятины, отборными частями насекомых и в отдельную категорию попали грибы, срубленные Ником с туловища гигантского муравья. Оказалось, что для алхимиков это была находка.
Вождь предложил гостям сопровождение из трёх проводников — они обязались пройти с ними до самого конца и вывести обратно. Также предоставил бесплатный провиант и отсыпал емировой руды в общей сложности на сумму в три тысячи экоинов.
— Больше у нас с собой нет, — сокрушался Дормс. — Мы можем отколоть от приманки, но, боюсь, с использованием возникнут сложности…
Он имел в виду тот самый несуразный стеклянный цилиндр. Его обёртывали специальным экранным покрытием, чтобы не пропускать излучение камня жизни. А причудливая форма хранения позволяла оградить руду от случайного использования и попыток воровства.
На рынке такую поделку никто не примет, ведь с ней много мороки. Об этом знали все, потому и соблазна к тёмным делишкам не возникало.
Так как караван собрал критическое количество товара, Дормс принял решение возвратиться в пограничный город. Трофеи надо было продать. Через два дня условились разойтись, а до этого в стане кочевников объявили праздник.
Развели костры, вынесли на улицу приготовленные яства и разложили их на скатертях. Мигом организовалась музыка из духовых и четырёхструнных инструментов. Гуляло всё поселение.
Ника угостили странной настойкой из корней неизвестного магического растения. При этом мужчины подозрительно хитро на него посматривали, и позже он понял почему. Эта дрянь на вкус была как концентрированный ментоловый экстракт. Во рту стало жутко холодно, но это ещё цветочки, после в животе поднялся сущий пожар, а под конец дошло и до головы.