Илья Попов – Крах всего святого (страница 9)
Хижина ведьмы находилась не более чем в лиге от их лагеря. Когда они остановились около большого крепкого дома с дымящейся трубой, что-то хрустнуло под ногой Мелэйны. Опустив глаза, она в спешке прикрыла рот, так как ее нехитрый завтрак чуть не полез наружу. Мелэйна в отвращении разглядывала обломки человеческих костей, слишком маленьких, чтобы принадлежать взрослому человеку, тогда как Джейми и Стефан с интересом склонились над останками.
– Ну и блядище, – покачал головой Стефан.
– Ведьма-то? – спросил Джейми.
– Ага. А селюки еще хуже, – Стефан сплюнул на землю и скривился. – Вы что думаете, карга лично сопляков ворует? Ага, как же, крестьяне ей сами своих выблядков несут. Родился лишний рот – отнеси его к хижине в лесу и оставь у порога. Сын постоянно болеет и не может работать? Отправь его в лес во-о-он по той тропинке, дескать, отнеси-ка сынка корзинку одной милой старушке. Появилась в деревне незнакомая девица? Давай к гадалке прогуляйся, милая.
– Ты… ты сейчас серьезно? – Мелэйну передернуло.
Она даже представить не могла, что кто-то может послать ребенка на верную и мучительную смерть. Но те крестьяне отправили Мелэйну на верную смерть не поведя и глазом. И кто же тут настоящее зло?..
– Ну да. Зато взамен вот тебе настоечка, чтобы член стоял днями и ночами. Или зернышки, которые даже поливать не нужно – в землю кинул, они по весне сами и вырастут. А коли святоши по округе вынюхивать будут – не-а, господин, какая такая ведьма? Ничего не слышали.
Мелэйна невольно сжала кулаки. Кто знает – если бы она прошлой ночью не встретила Джейми и Стефана, может быть и ее кости в скором будущем валялись где-нибудь поблизости… Нет, она обязана положить конец всему этому. Пусть Мелэйна больше не в милости Манессы, но все еще несет ее волю.
– Интересно, зачем тогда тому купцу ее смерть, – задумчиво потер подбородок Джейми.
– А тебе не похер? – зевнул Стефан. – Может у него стручок отпал после ее зелий или у женушки после бальзама дырка заросла.
– Ладно. Надо осмотреть дом, – предложил Джейми.
Все трое обошли жилище ведьмы со всех сторон, но в нем напрочь отсутствовали окна, в которые можно было заглянуть, так что это вряд ли им помогло. Мелэйна невольно отметила, что представляла себе логово колдуньи немного иначе. Может быть, чуть более… зловещим? Домик, находившийся перед ними, легко мог сойти за пристанище лесоруба или простого охотника – крепкие бревна, покатая крыша, вымазанная глиной и соломой, аккуратные ступени, ведущие к большой двери, но… Мелэйна не могла отделаться от мысли, что в домишке этом
– Делать нечего. Идем через главный вход, – произнес Джейми, доставая меч.
– Погоди-ка, у меня есть идея получше, – вдруг ухмыльнулся Стефан.
Сняв с себя плащ, он достал из мешка бурдюк с водой и принялся тщательно как следует смачивать грубую ткань. Мелэйна с немым вопросом взглянула на Джейми, но тот лишь пожал плечами. Закончив, Стефан свернул плащ под мышкой, с легкостью белки вскарабкался на крышу, подполз к трубе, накрыл ее и тотчас кубарем свалился вниз.
– Сейчас карга сама выползет, как миленькая, – пробормотал он, щелкнув клином арбалета.
И вот их троица принялась ждать. Через несколько мгновений из дома донеслись какие-то скребущиеся звуки и глухое ворчание – Стефан приставил арбалет к плечу, и высунул язык, Джейми перехватил рукоять меча двумя руками, а Мелэйна дотронулась рукой до медальона.
«Помоги нам мать небесная, разгони тьму светом и дай надежду детям своим…»
Дверь распахнулась и наружу с диким лаем выскочили две псины. Огромные – каждая едва ли не с теленка – покрытые короткой темно-рыжей шерстью, блестевшей, будто от масла. Лапы их – широкие, точно мотыги – заканчивались острыми когтями, длинные заостренные уши смахивали на рога, из ощеренных пастей с огромные клыками на землю падала слюна вперемешку с пеной, а красные глаза горели ненавистью.
Издав утробный рык, звери кинулись прямо на незваных гостей. Щелчок тетивы – казалось, собака и не заметила болта, вонзившегося в ее грудь. Одним прыжком она взмыла в воздух – однако напоролась на меч Джейми, который прыгнул ей навстречу и поднял лезвие в самый последний момент. Тварь взревела и грохнулась на землю, силясь подняться – но следующий удар перерубил ей шею, лишив жизни.
Вторая же собака понеслась прямо на Мелэйну – на какой-то миг она растерялась, но припомнив детские останки, что, возможно, глодала как раз эта тварь, выдохнула и прикрыла глаза, очищая разум от мыслей. Почувствовав иголки, заигравшие на подушечках пальцев, и тепло, переполнявшее кожу, она вскинула руки перед собой и сделала шаг назад. Вспышка света ударила прямо в пса, что уже тянулся к ней оскаленной пастью – через миг воздух наполнился запахом паленой шерсти и горелого мяса, псина же, визжа и слепо мотая обожженной мордой, бросилась было в сторону, но наткнулась на Джейми, что и закончил дело.
– Недурно, жричка, – с одобрением пропыхтел Стефан, взводя арбалет. – Интересно, чем ведьма этих сволочей кормила… хотя лучше и не знать, – добавил он, заметив как передернуло Мелэйну.
– Ладно, пошлите внутрь, – произнес Джейми, смахнув со лба пот.
Логово ведьмы встретило их гробовой тишиной – казалось, можно было услышать, как пауки по углам плетут свои сети. На первый взгляд, внутри дом выглядел также обычно, как и снаружи: с потолка свисали пучки едко пахнущих трав, в углу лежала груда дров, по левую же руку находилась замызганная лохань с густым месивом, а по правую стояла короткая кровать, заваленная каким-то грязными тряпками.
Джейми указал на чуть приоткрытую дверь, из которой лился тусклый свет. Но не успел Стефан дотронуться до нее, как Джейми с силой дернул друга за воротник. «Что еще?», – одними губами произнес Стефан, но вместо ответа Джейми лишь указал на тонкую нить, натянутую над порогом. Отойдя назад, он поддел бечеву мечом – раздался громкий скрежет, и с потолка упал взведенный капкан на длинной цепи.
Пройдя сквозь дверь, они очутились в просторном зале, провонявшим дымом. Прямо перед ними находился погасший очаг с котлом, вдоль стен висели покосившиеся полки – со ступками, черепками, как человеческими, так и теми, что принадлежали зверям, грызунам и птицам, костями, стеклянными шарами, минералами и прочими малопонятные вещами – и горящие подсвечники, а на полу лежал мягкий разноцветный ковер. Приглядевшись, Мелэйна с шумом сглотнула слюну, когда поняла, что соткан он был из человеческих волос. Богиня, сколько же людей нашли тут свой последний приют…
С верхней полки раздался протяжный скрип, а когда все трое повернули головы, один из вороньих черепов клацнул зубами.
– Так-так-так… Завтрак, обед и ужин. Съем вас, сожру, сварю кишочки…
– Манесса, матерь наша, защити нас детей своих… – начала молиться Мелэйна, как череп разразился визгливым хохотом, от которого у нее по всему телу пробежали мурашки.
– Твоя мать – небесная потаскуха, как и ты.
– Не обращайте внимания, – произнес Джейми, внимательно оглядывая зал. – Ведьма просто пытается нас запугать.
– Запугать, затоптать, а потом сожрать, – каркнул другой череп, человеческий, с аккуратной дырой меж пустыми глазницами. – Интересно, какой ты на вкус? Мягкий или жестковатый?
Стефан вдруг выпучил глаза и открыл рот, а потом дрожащим голосом прошептал, глядя на свою ногу.
– Снимите с меня ЭТО.
– Снять что? – с недоумением спросила Мелэйна, окидывая взглядом его штанину.
– Оно ползет по мне, – Стефан едва не выронил арбалет из дрожащих рук.– Помогите…
Не тратя времени на разговоры, Джейми попросту отвесил ему крепкую затрещину. Как ни странно, видимо, это помогло, так как Стефан вздрогнул, потер ухо и быстро-быстро заморгал, а потом, оглядев себя, со злобой сплюнул на пол:
– А, так это все твои фокусы. Выходи, сука. Мы тебе свои покажем.
– Как скажешь, – согласился череп.
После этих слов все свечи вмиг погасли, и комнату захватила тьма, точно кто-то надел Мелэйне на голову плотный мешок, а откуда-то издалека раздались быстрые шаркающие шаги.
– Свет! – закричал Джейми, чей голос звучал глухо, как из закрытой бочки.
Собрав всю волю в кулак, Мелэйна закрыла глаза, почувствовав, как ее тело наполняется теплом, и через миг яркая вспышка осветила все вокруг – и весьма вовремя. Джейми еле-еле успел уклониться от топора горбатой низкой старухи, рассекшего воздух прямо над его головой; Стефан же, не мешкая, вскинул арбалет, резкий щелчок – и болт пронзил плечо ведьмы, заставив ее зашипеть от боли и выронить топор.
В тот же миг мрак исчез, и Мелэйна смогла разглядеть колдунью. Пергаментная кожа обтягивала череп старухи, на плечи спускались спутанные пряди белых волосы, напоминающие паутину; одета ведьма была в покрытые бурыми пятнами лохмотья, а ее лицо искажала перекошенная гримаса.
Карга на удивление резво прыгнула к очагу, хоть до него и было не меньше семи футов, схватила котел и кинула его в сторону незваных гостей. Джейми оттолкнул Стефана, спешно заряжающего арбалет, и рухнул на пол, увлекая за собой Мелэйну. Котел пролетел прямо над ними – и через миг едкое варево попало на стену и начало с шипением разъедать древесину.