Илья Павлов – Двойная звезда (страница 27)
Барт отвел женщину в уголок и бросился меня догонять:
— Ваша светлость...
— Да, граф, слушаю вас.
— Я хотел выразить признательность, не за себя... за баронессу.
— Помилуйте, граф, я не такой уж и тиран, чтобы вырезать семьи под корень. Герцоги Поду помнят и плохое, и хорошее. Пусть хорошего будет больше. Да, граф, мы тут немного подчистили ваши запасы, но война требует денег, уж извините. Мой совет вам, перетрясите всех людей в замке, тех, кто был слишком близок к покойному... поганой метлой, то же и с дружиной, и аккуратнее с казначеем. Я бы вам советовал, после всех этих дел с первоначальным наведением порядка, посетить замок Поду, пообщаться с моим камергером, казначеем и еще парой лиц, я подскажу, чтобы вы собрали в голове примерный план работ... до весны и далее.
— Что с телом барона?
— Похороните нормально, он хоть и тварью был редкостной, но у него остались дочери, зачем бросать тень на их репутацию, оскверняя тело отца. Я вообще надеюсь, что замок Сан и его обитатели запомнят, что герцог Поду не перевешал тут всех на воротах и не сжег все дотла, хотя имел на это полное право.
— Да, ваша светлость. Я приеду.
— Жду, граф.
Выдвинулись домой, я решил ехать прямо до реки и сплавиться до Подуха на лодке. Уже недалеко от воды навстречу нам выехали две подводы, люди, увидев нас, бросили телеги и побежали в лес, а один, здоровый косматый мужчина выхватил арбалет и пальнул в нашу сторону, а затем влез на телегу с молотом в руке. Гвардейцы хотели скакать в погоню, но я их остановил.
— Ты зачем стрелял в моих людей, Саид? — спросил я косматого.
— Я не Саид, я Рак.
— Зачем ты стрелял в моих людей, Рак?
Тот по-прежнему стоял на телеге с молотом в руке и озирался на окруживших его бойцов.
— Мы думали, что вы стражники барона Сан.
— А что у вас с людьми барона Сан? И что и куда вы везете?
— Отнимают у нас все, да и самих утащат. А везем шкуры, хотели сменять на зерно и муку, голодно у нас.
— У нас это у кого, Рак? Ты откуда?
— В лесу мы живем.
— Ты не похож на лесного жителя, кузнец что ли? Сбежал от забот?
— Ага, от забот...
— Кто у нас в мехах разбирается? Луц, рухлядь забери, если хорошая и дай кузнецу муки, соли и чего еще надо из баронских запасов.
Молотобоец спрыгнул на землю.
— Послушай, Рак, барона Сана больше нет, и все, кто под его именем хулиганил тоже нет, ну или скоро не будет. Я буду сейчас строить большую кузницу с мехами от водяного колеса, видел такое? Так вот, нужно болотное железо, много, очень много, нужны бревна для строительства, для досок, для угля. Хотя уголь можно прямо здесь делать, легче будет, и на плотах спускать прямо к нам в Подух. Мастера нужны, и кузнецы, и плотники, и шорники, и бондари, все, короче. Платить буду по-честному. Место выделю под дома, под огороды, хочу мастеровую слободу сделать. Если решите, приплывайте. А кто свободным хочет быть, так без проблем, рубите лес, гоните уголь, сплавляйте ко мне, буду покупать.
— Дело, конечно, хорошее...
— Не быстро все, но постараемся это сделать. Захочешь, приезжай, посмотришь, мне человек на кузню нужен, который сможет за всем следить...
— Думаете, я смогу, ваша милость?
— Ну, ты же своих людей бросился защищать, хотя понимал, что тебя порубят тут на куски... мне такие люди и нужны... ответственные. Думай, кузнец. Луц, догоняйте, мы поехали.
Гвардейцы перекладывали мешки на опустевшую от мехов телегу.
— А кто это был-то? — услышал я сзади.
— Новый герцог Поду, дубина, не слышали в своем лесу, что у нас творится что ли...
Дальше уже не слышал. Возле реки встретились с Камом:
— Ваша светлость.
— Что с этими двумя отрядами?
— Как узнали, что барон убит, на той стороне отряд бегом в сторону Лароды побежал, а те, которые на нашем берегу, разбежались просто. Шая не было с ними, и никто не знает где он.
— Утек, гад. Ладно найдем, ух, а лодки- то хорошие, дует только тут у вас на реке.
— Хорошо, что хоть льда еще нет, ваша светлость.
— Да, какой тут лед, я за всю жизнь помню, что река замерзала, раза два не больше, и то на десять дней. Поплыли, во, а шкуры мне, я хоть замотаюсь.
Глава 21
Суета сует.
«Две вещи удивляют меня до сих пор, что это за огоньки в ночном небе, и почему при такой .. жизни, я еще никого не прибил...»
Разговоры на кухне.
Замок порадовал отремонтированными спальней и кабинетом. Спальня была обита светлыми досками, юношескую узкую кровать тоже заменили на огромный «сексодром», надо бы опробовать, вон Зая каждый вечер ненароком мимо проходит, перину сделали пожестче, а одеяло подлиннее, в чистых светлых покрывалах, пол выскоблили и натерли теплым воском, пробили дверь — чтобы не выходить в коридор — прямо в мыльню, где поменяли лоханку на более длинную и менее глубокую, хотелось лежать в ней, а не сидеть. Стены и потолок облицевали липовой доской. Воду грели на печке, стоявшей здесь же, надо все-таки объяснить кузнецу, как сделать водогрей. В окнах заменили цветную мозаику на прозрачную, щели законопатили, все окна в замке «сифонили» ужасно, почему было раньше не заделать щели, не понятно. Я бросил на пол несколько шкур, в углу поставил тумбу с книгами, набором кубков и маленьким чайничком, который можно было погреть на печке. Во втором углу стояла горизонтальная подставка для меча, кинжала и ножа, почему так я захотел, не вспомнил, но «банзай», так «банзай».
Все остальное из спальни вынес, сразу стало уютно и стильно, а вечером, когда зажигали канделябры, стоящие на полу за кроватью, так вообще... «романтИк»... Служанки теперь заходили сюда с благоговением, разуваясь на входе и натирали каждый день все до блеска.
В кабинете тоже были новые стены, но из темного дерева, а посредине стоял огромный стол, с накиданными бумагами. На одной стенке висели все найденные мной карты герцогства, все это в количестве трех штук, и все три врали, а уже начал чиркать на них исправления и подписывать населенные пункты и помечать имена людей, отвечающих за них. Стол Лои стоял сбоку, за ней стеллаж с папками, я научил ее рассортировать все проблемы по темам, сделать папки, вернее, просто подшивки из бечевок с двумя деревянными планками, которые скрепляли все вместе, и с титульным листом, на котором было название или суть дела.
— И дату ставь обязательно и имя человека, который этим занимается. Во, кстати, календарь на стенку надо сделать и повесить. Хотя бы на три месяца.
— Что? Как это, Корт?
— Вот смотри, расписываем вот так даты и месяц. Только написать аккуратными строками и столбцами, листы сшить друг с другом, и, если мы повесим это на стенку, то видим, вот это сегодня, обвели кружочком, эти дни прошли, зачеркиваем. А вот это все впереди, и теперь, когда я скажу: выкопать канаву за три дня отсюда до Лароды, ты пометишь, раз, два, три, в этот день напомнишь мне о ней, и я или всех награжу, или всех...
— За три дня до Лароды не успеют, но я поняла.
— И праздники сразу можно пометить, есть у нас праздники? И приход весны, и начало лета...эх... и Новый год, нет... ладно, время идет, надо по ремесленникам походить.
Спустился вниз с верным Липпом за плечом, одного меня оставляли только в спальне, если выходил в город, то сзади сразу пристраивалась дежурная пятерка гвардейцев. У ворот о чем-то спорили Рут и Липай, увидев меня, поклонились:
— Ваша светлость.
— О чем спич... э-э-э, о чем спорите?
— Капуста хорошо уродилась в этом году, вот, говорю, надо побыстрее съесть, чтобы не испортилась, а повар отнекивается, не любит ее.
— Это он просто не умеет ее готовить, а наквасили капусты-то? Много?
— Что, ваша светлость, это же не ягоды...
— Стоп, не понял, мы что капусту на зиму не квасим? — это я к Руту.
— Нет...
— А щи из квашенной капусты и бигос? — это к Липаю.
— Не знаю, ваша светлость.
— Да, однако... пошли на кухню.
Заставил двух поварят помыть руки, затем нашинковать кочан капусты и пару морковин, перемять, посолить, как помнил, забить в чистую кадушку, накрыть деревянной же плашкой и придавить вымытом камнем.
— Накрыть полотенцем чистым, поставить в теплое место, через пару дней начнет пузырить, брать чистую, чистую, еще раз скажу, палочку или что-то длинное и протыкать, чтобы снизу эти пузыри тоже выходили. Через неделю будем пробовать. Капусты много?
— Хоть суши...