Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том второй (страница 45)
— А если б я убила тебя? — Ошалело спросила Асока.
— Такое случается, — пожал плечами юноша. — Зейсон Ша понимают необходимость смертельной битвы. Только так можно достичь большего. Посвятить свою жизнь учению, которое спасет твою жизнь. Каждый умирает здесь для того, чтобы дать дорогу тем, кто сильнее.
«Что-то… знакомое». Асока почувствовала, что слабеет. Похоже, жить ей осталось не так много. И от этого становилось страшно. Впервые, отбросив догмы Ордена, она поняла, насколько обычные разумные боятся умереть.
— Я победил, — заключил он. — Не сопротивляйся — я отрежу твою голову и повешу в своем доме. Доказательство того, что была слаба.
Но, она не собирается умирать. Не сейчас. Не так.
В глубине ее сознания колыхнулось нечто холодное. Словно ледяная глыба отломилась от кометы, и стала входить в верхние слои неимоверно плотной атмосферы планеты. Лед испарялся прямо на глазах, высвобождая… нечто новое.
Животный страх, который пронзил ее словно молния. И этот страх придал ей силы.
— Я не стану ничьим трофеем, — четко и громко произнесла она, чувствуя небывалую прежде Силу, струящуюся по ее венам.
Мальчишка не успел защититься.
Потоки бело-синий ветвистых молний, сорвавшиеся с пальцев тогруты хлынули в его сторону. Он попытался было отбиться с помощью телекинеза, но мощь Темной стороны сломила его жалкие попытки. Десятки искрящихся снарядов Силы впились в его тело, породив нечеловеческий крик боли, вырвавшийся из его груди. Отражаясь от стен пустующего поселения, сводов каньона, крик распространялся вокруг, превращаясь в инфернальный вой.
«Не чужды ни гнев…»
Поток молний растаял, стоило ей только вспомнить слова наставницы.
«… ни сострадание».
Обожженный, но вполне себе живой мальчишка лежал перед ее ногами. Жалкий, сломленный, униженный.
Он… боялся ее. Теперь, он не опасен. Теперь для нее нет преград.
Как-то само собой в памяти всплыли наставления, которые она, еще будучи юнлингом получала на занятиях в Залах Исцеления.
Сконцентрировавшись, девочка глубоко вздохнула, направляя бурлящие в ней потоки Силы на регенерацию поврежденных тканей. Глупышка, как же она могла забыть об этом.
Медленно, но верно, ткани распоротой артерии зарастали. Поток крови с каждой секундой становился все тише. Страх и гнев отступали, стоило ей воспользоваться Светлой стороной. Вернулось ощущение дискомфорта и головокружения. Похоже, она потеряла слишком много крови.
Концентрация терялась, а вместе с ней пропал и регенеративный эффект. Артерия оказалась восстановлена, но вот мягкие ткани все еще отдавались ноющей и режущей болью.
— Я… я убью тебя, — сквозь всхлипывания она услышала угрозу, исходящую от поверженного врага. — Меня… вылечат. И, клянусь, я не успокоюсь, пока ты не сдохнешь, мерзкая сука…
«Я — таинство Тьмы».
В голове вспыхнула еще одна строчка древнего кодекса.
— Ты будешь страдать, мразь инопланетная, — кажется, мальчишка стал приходить в себя. — Я обязательно тебя убью, но сперва — как следует развлекусь. Я и мои друзья…
Он — угроза. Простая мысль, что появилась в голове девочки, заставила ее покрепче сжать в здоровой руке световой меч.
Оставить его в живых — милосердие.
Убить — безжалостность.
Пощадить того, кто клянется преследовать ее, чтобы убить, а перед этим — воплотить свои самые низменные желания.
— Я убью тебя, — произнесла она, активируя белоснежный клинок.
В эмоциях мальчишки она почувствовал страх. Тот самый, что она испытывала за мгновение до этого.
Страх смерти.
Небытия.
Конца своего существования.
— Нет, — залепетал он, силясь отползти от нее подальше. Ноги плохо слушались его, скользя по каменистой поверхности улицы. Но, он компенсировал недостаток сцепления энергичностью. — Не надо… Я пошутил…
Асока чувствовала, что он лжет. Самым наглым образом.
Старается задобрить ее, чтобы выжить. Восстановить силы. И сотворить то, что он пообещал ей с самого начала.
Убожество.
Презренный слизняк.
Тогрута почувствовала себя грязной. Все эти низкие мысли, которые она уловила, все эти угрозы, что слышала. Она будто окунулась с яму с дерьмом, из которой пыталась выгрести, в то время как отбросы впитывались в ее кожу, а запах раздражал ноздри.
— Смешно, — произнесла она. — Но, я не оценила.
Перехватив рукоять клинка своим излюбленным обратным хватом, она отвела руку назад.
— Н-Е-Е-Е-Е-Т!!!! — Словно подстреленный гаморреанец, заверещал сын Рэда, выставив перед собой руки в защитном и одновременно молящем жесте. — Джедаи так не поступают. Пощади.
— Я больше не джедай, — уверенно заявила она, окончательно приняв решение. Те, кто просят пощаду лишь потому что не могут сейчас убить тебя, не заслуживают ее.
Быстрый росчерк белоснежной энергии без какого-либо сопротивления впился в его предплечья и ключицу, с каждой долей секунды прожигая себе путь вперед. Асока наблюдала это как в замедленной съемке.
Вот, клинок преодолел его левую руку, которая, словно опавший лист медленно стала падать на землю. Кончик меча пропахал путь от ключицы до легких, выжигая на внутренностях каверну, мгновенно выпускающую из себя скопленный воздух.
Тогрута ощущала, как энергия сжигала альвеолы, ткани, забирая последние мгновения жизни у ее противника. Мальчика, по сути не виновного ни в чем, кроме того, что он мразь. Зародыш чудовища, которое не должно выжить.
Когда клинок коснулся его сердца, пересекая его наискосок, глаза паренька стали закатываться. Пусть все это и происходило за доли секунд, нервы человеческого тела передавали в его мозг всю боль от смертельной раны.
Замерев в центре сердца, клинок, повинуясь ее легкому нажатию, прожег дыру в груди, испарив кости позвоночника и мягкие ткани.
С губ мальчика сорвался приглушенный вздох. Теперь его тело перестало быть хоть отчасти функционирующим организмом.
Асока, прислушавшись к своим ощущениям, убедилась в том, что у ее ног лежит бездыханное тело. И лишь после этого отключила свое оружие.
Сила вокруг нее была преисполнена страданиями. Боль от смерти разумного била по ее нервам, и без того дезориентируя ее ослабленный организм.
Девочка, рухнула на колени, стараясь интуитивно закрыться от какофонии эмоций, бушующих вокруг. Смерть одаренного всегда бьет больнее, чем гибель даже сотни обычных разумных. И, как жаль, что все эти страдания не могут ее исцелить…
И вновь ее сознание наполнила запоздала мысль. Рассказ Доугана о том, как Дарт Бейн, создатель Правила Двух выжил, пораженный смертельным ядом.
Чтобы продержаться до тех пор, пока ему не будет оказана помощь, сит впитывал чужие страдания, поддерживая свою жизнь в отравленном теле.
Всколыхнув в себе искры не угасшего до сих пор страха собственной смерти, Асока, не без труда, всколыхнула в себе Темную сторону.
Раз ты помогла мне победить, поможешь и выжить.
Раздувая пожар гнева и ярости, девочка почувствовала, что может коснуться поблекших, но еще не развеянных эмоций страданий убитого ей мальчика.
Закрыв глаза, сконцентрировавшись, она принялась поглощать ужас и боль, испытанные перед смертью подростком, за счет этого укрепляя свое собственное тело.
Ореол страданий все еще окружал труп, Его стенания и мольбы, казалось, все еще весели в воздухе. Асока, впервые не испытывая отвращения к Темной стороне, раз за разом заставляла себя вспоминать все то, что наговорил ей покойник, чувствуя, что Темная сторона в ней становится крепче с каждым воспоминанием.
Словно иссушенная губка, она впитывала отголоски его мук, насыщаясь ими, словно гурман в дорогом ресторане. Ее головокружение, слабость отступали.
Вместо них по венам девочки струилась Сила, приносящая энергию и силу, чтобы двигаться дальше.
К несчастью, этого было мало. Катастрофически мало, чтобы выправить ее ситуацию. Если б она вспомнила об этом раньше, то смогла бы воспользоваться эмоциями еще живого мальчика. Тогрута не сомневалась в том, что это дало бы ей куда как больше сил, чтобы вернуться к наставнице.
Хоть она и смогла получить дополнительную энергию, этого все равно не хватит… Нужно еще. Иначе она погибла.
Асока, впитывая в себя последние капли чужих страданий, лишь улыбнулась.
Кто бы мог подумать, что прилежная ученица-джедай будет с такой легкостью пользоваться Темной стороной, чтобы сохранить в себе жизнь. А не смиренно примет свою смерть, как и подобает прилежному джедаю.
Пошатываясь, девочка сделала несколько шагов в сторону, где обостренные Силой чувства указывали ей, что там находятся те, кто дадут ей больше силы, чтобы выжить.