Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том второй (страница 421)

Сам же джедай-тень, поддерживая в себе жизнь одной лишь Силой, упрямо полз по направлению к последнему выжившему в Храме магистру и черноволосой девчонке, насмешливо взирающей на него.

Храм джедаев пал. Кит видел это своими глазами — всюду трупы клонов — каминоанских и арканианских. Множество убитых джедаев и падаванов — они погибли здесь, как только республиканская армия проломила стену и ворвалась внутрь. Потребовались все, кто мог держать меч, чтобы отбросить наступающих. И практически все из них погибли.

Сейчас в живых осталось не больше половины от общего числа тех, что приняли бой. Измотанные, измученные, они стягивались в Вестибюль, подгоняемые клонами Доугана. Некоторые шли сами, некоторых несли все те же клоны или их боевые товарищи.

Кит видел, как многочисленные отряды клонов выносят из недр Храма тысячи реликвий, упакованных в контейнеры. Всех их — и артефакты джедаев, и самих одаренных, под охраной отрядов клонов, грузят на корабли, которые затем взмывают в небо и исчезают в недрах огромного кинжалообразного корабля — флагмана Доугана.

Вывозилось все — обломки древних статуй, бережно складируемые в многочисленные ящики. Рукописи. Стеллажи Архива. Миллионы информационных кристаллов. Тренировочных дроидов. Различную рухлядь со складов — ту грузили в отдельные корабли и захваченный в Ангарах «Аккламатор».

Тысячи убитых и раненных клонов Доугана также отправлялись на борт корабля. Периметр охранения Храма, некогда раскинувшийся на весь округ, сейчас сжался до нескольких сотен метров вокруг самого здания. Кит видел, как многочисленные коридоры, ведущие к давно забытым помещениям, подрывались, как только оттуда выносили все, что представляло ценность. То есть все, что не было переработано в пыль.

И во многом имперским войскам помогли сами джедаи, заботливо упаковав многое из того, что теперь оказалось во власти предателей. От этого становилось грустно вдвойне. Они не только потеряли Храм. Орден повержен, и прибрав к рукам все его реликвии, Доуган лишал джедаев возможности восстановить его.

Даже Великий голокрон — и тот исчез в недрах огромного транспортника, доставившего на поверхность парочку бывших республиканских «Джагернаутов», блестевших свежей эмблемой Империи — той самой, которая красовалась на флагах корпусов клонов, что находились под командованием магистра-предателя.

Круг предателей ширился. Кит с болью взирал на Эйлу Секуру, которая, как и прочие твилеки-перебежчики, блуждала между отрядами юнлингов, подбадривая их и заверяя, что самое худшее уже позади. И самое страшное — те улыбались ей. Ей верили и десятки выживших падаванов и юнлингов с благодарностью принимали предложения присоединиться к Империи.

С того момента, как корабли Доугана вторглись на Корусант, прошло чуть больше суток. За это время убиты сотни джедаев — не клонами Доугана, но, какая теперь разница? Они давали клятву верности Республике, которая предала их.

Они предприняли отчаянный шаг — убить лидеров этого нападения. Но провалились. Еще час назад, решившись самостоятельно вмешаться в противостояние Старстоун с последними защитниками Храма, Кит почувствовал, что Цин Драллиг слился с Силой. А вместе с ним из Храма ушло ощущение безопасности и покоя. Теперь это просто холодные стены, ставшие последним прибежищем для последних джедаев.

Скоро их всех вывезут отсюда и казнят. Все это фарс — никому не нужны бывшие джедаи. Все эти обещания присоединения к Империи — лишь отговорка, чтобы минимизировать потери, которые у корпусов клонов Доугана и без того немаленькие. Наутоланин улыбнулся — хоть какая-то отрада. Армия Доугана здесь, на Корусанте, едва составляет хотя бы треть от того числа бойцов и техники, что высадились на поверхность. Корусантский гарнизон потрепал их как следует.

Даже тот факт, что часть арканианских клонов — судя по шевронам, ранее охранявшая штаб Первой Системной Армии — переметнулись на сторону противника, изрядно пострадав при прорыве окружения Храма, радовала его. А ведь Доуган мог заполучить целый легион новых солдат, превосходящих его собственные. И с помощью Камино мог клонировать их в огромных количествах. Сейчас же у него лишь пять или шесть арканианских клонов, возглавляемых каким-то лейтенантом, стерегущих гранд-моффа Трахту, тоже взятого в плен.

И посреди всего этого — он. Последний из магистров, в центре Вестибюля, сражается с падаваном, чьи силы превосходят его собственные в разы. Но у девчонки слишком мало опыта. Возможно, если он убьет ее — ситуация изменится. Воодушевление вернется к оставшимся джедаям. И они бросятся в последний бой — за Республику, которой клялись в верности. Это был бы прекрасный конец.

Но, чтобы хотя бы надежда на этот финал для Ордена стала явью, ему придется превзойти самого себя. Или погибнуть.

— Никогда, — уверенно заявил наутоланин, призывая Силу. Слишком бледную, тень прошлого великолепия. Он уповал на то, что ему хватит мастерства, чтобы победить девчонку. — Я не предам идеалы джедаев!

— И не нужно, — в поле зрения появилась фигура, в которой Кит с изумлением опознал самого Доугана. Тот выглядел измученным, его одежда представляла из себя лохмотья, поверх которых была наброшена неизменная черная мантия с серыми полосами на рукавах. — Джедаи будут жить. Не нужно приносить себя в жертву Фисто.

— Ты уничтожил Орден, — проскрежетал наутоланин.

— Не я, — бывший магистр мотнул головой. — Палпатин. Я сделал все, чтобы спасти остатки Ордена. Вы не смогли бы эвакуироваться, если б не мое вмешательство. Сейчас же, пусть и не все, но джедаи могут избежать гибели здесь. И реликвии и те, кто не пожелают присоединиться к Империи, будут доставлены на Дантуин.

— С чего мне тебе верить? — наутоланин отметил, что оружие Доугана висело у него на поясе. Его ученица тоже выключила свой меч.

— С того, что Цин Драллиг действием, а не словами доказал мне силу Светлой стороны, — тихо произнес Доуган. — И если раньше я относился к ней лишь как к закостенелому придатку, то сейчас… Светлая сторона Силы велика. Она имеет право жить. Я прибыл сюда, чтобы забрать себе все, что захочу, считая джедаев неумехами, которые проспали угрозу под носом. Это так, но лишь одна сторона медали. Мне сложно сформировать это словами, но… Поверь — от того, что я стану навязывать джедаям и прочим одаренным одну лишь Единую Силу, лучше никому не будет. Во что верить и чему служить — дело каждого. У Империи свои идеалы, у джедаев и ситов свои. Мы можем существовать без разрушительных конфликтов, но для этого должны приложить обоюдные усилия.

— Мы с тобой не сможем жить в мире, — уверенно заявил Кит Фисто. — Ты отнял у меня все!

Доуган посмотрел в сторону Эйлы Секуры, что улыбалась ему и приветливо помахала рукой.

— Если то, о чем ты говоришь, было так просто отнять, — так же тихо продолжил джедай, — задумайся: а действительно ли оно было твоим? Она живое существо и сама делает выбор и мирится с его последствиями. Как я, ты, мои ученики, и все, кто выбрал свои стороны и придерживается их до самого конца. Я не призываю тебя лететь с нами на Дантуин, если не хочешь. Мы оставим тебе корабль с гиперприводом — ты сам хозяин своей судьбы. Империя покидает Корусант.

С этими словами, Доуган повернулся к нему спиной, глядя на разрушенные ворота Храма. За которыми все еще гремел бой.

Республиканские солдаты отчаянно старались прорваться сквозь заслон имперских штурмовиков, которые, планомерно отступали в закатном небе Корусанта под прикрытием многочисленных дроидов и автоматических огневых точек. Помятые, клоны отходили под защиту размещенных вокруг храма боевых машин и авиации, хищными птицами выжигающей все живое, что осмеливалось приблизиться к безопасной зоне.

Кит мгновение решал, не стоит ли ему нанести удар в спину, разом уничтожив голову Империи. Но затем, погасил свой клинок, вернув его на пояс.

— Ты мог бы стать лучшим из джедаев, Доуган, — произнес он. — Ты знаешь это?

— Всегда знал, — произнес тот. — Я стал чем-то большим.

***

Дарт Вейдер шагал сквозь строй республиканских солдат, гулко впечатывая сапоги в поверхность ступеней Храма джедаев, где некогда вырос и возмужал.

Он не чувствовал вообще ничего, кроме ноющего ощущения досады.

Он опоздал. Здесь больше никого нет. Здесь нет ничего, кроме облезлых стен, украшенных бластерными выстрелами и сетью трещин.

Здесь нет ни разумных, ни артефактов, ни даже самой Силы в том ее объеме, что всегда воодушевляла его.

Это место мертво.

Он вновь не справился.

Даже хваленые арканианские штурмовики увязли в обороне дроидов Империи, оставленных здесь, дабы прикрыть отход последних из джедаев. Ублюдочные машины оказались достойными противниками для лучших из солдат Республики.

Глядя на удаляющийся в вершинах стратосферы черный клинок доугановского флагмана, Вейдер почувствовал ярость.

Слишком долго.

Слишком долго его реанимировали. Слишком долго надевали этот проклятый бронекостюм и настраивали его. Слишком медленно летел сюда транспорт.

Доуган ушел. Выскользнул из его рук, сбежав как трус.

Они чуяли друг друга. Абсолютная тьма, которой он стал и могущественная смесь Силы, которая более не скрывалась под маской Света.

Он чувствовал на себе ментальное внимание своего отныне заклятого врага. И отвечал ему тем же.