Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том второй (страница 416)

— Это может быть интересно, — заключил Сидиус. — И решит сразу две мои проблемы…

— Все, что угодно для вас, мой повелитель! — Энакин рухнул на колени перед мр… Дартом Сидиусом. — Только не бросайте меня.

— Жалкое существо, — процедил Сидиус. — У тебя будет шанс доказать мне свою преданность и ценность.

— Да-да-да, конечно! — залепетал Энакин, чувствуя, как Сидиус вливает в него свою Силу, заглушая боль. Но, к великому разочарованию, та не ушла. Лишь ненамного приглушилась. — Все, что пожелаете.

— Тебе повезло, что дроидам-реставраторам удалось собрать тебя так быстро, — усмехнулся Сидиус. — Доуган еще здесь, на Корусанте. Вырывает из твоих рук возможность разрушить Храм джедаев. Поторопись, если хочешь успеть.

— Да, мой господин, — Энакин поднялся на ноги. В отражении глаз Палпатина, он заметил, как блестят расплавленным ауродиумом его собственные глаза. Ярость придавала сил. Пусть он потерял себя прежнего, но Энакин Скайуокер погиб в кабинете канцлера. Родился новый повелитель ситов.

— Отправляйся в Храм джедаев, — приказал Сидиус. — Уничтожь всех джедаев, каких встретишь на своем пути. Одного за другим, не щадя никого. Опустись на самое дно Темной стороны, и только тогда ты получишь достаточно сил, чтобы уничтожить Доугана. А затем… Я подумаю, достоин ли ты моих знаний и возможности уничтожить Доугана. Или после встречи с ним тебя вернут мне по кусочкам.

— Как прикажете, Владыка Сидиус, — произнес Энакин, отдавая себе отчет, что отныне и до конца его дней, эта фраза станет для него законом. Он — воплощение воли Дарта Сидиуса. Он — карающий меч и ярость. Неудержимая машина убийства и возмездия…

— Отныне и навсегда, — пророкотал Сидиус, — тебя будут звать… Дарт Вейдер. Выполни мое задание, и получишь награду. Самую ценную из всех тех, что ты можешь себе предположить.

— Учитель? — недоуменно посмотрел на сита Скайуокер. — Что может быть ценнее того, чтобы служить вам?

— Ничего, Владыка Вейдер, кроме моего одобрительного взгляда тому, кто принесет в мои покои головы моих врагов, — оскалился Сидиус. Затем, посмотрев куда-то в темноту, он растянул губы еще больше. — А вот и мой подарок тебе.

Проследив за направлением взгляда Сидиуса, Энакин… Нет, Дарт Вейдер, почувствовал, как по его венам заструилась раскаленная добела ярость.

***

Я мог убить джедая любым способом из своего арсенала, но жаждал удовлетворения от убийства световым мечом.

Во-первых и главных — нам пора раз и навсегда поставить точку в вопросе «Кто из нас лучший». Я ответ знаю. Цин — нет. Что ж… Не можешь — научим, не хочешь — заставим.

Мне откровенно жаль терять такого превосходного мечника — он многому мог научить будущие поколения Имперских рыцарей. Его опыт и знания — бесценны.

И в то же время, не забыть мне того, КАК он обучает.

Издевки и подколки — это неплохо. Но, когда все это в меру.

Перевоспитать взрослого человека… Сложно, но можно. Однако, насколько сильно нужно окунуть в дерьмо этого зарвавшегося джедая, чтобы шоры с глаз упали, и он преклонил колено передо мной? Даже не хочу думать об этом.

С бывшими ситами — все намного проще. Их философия допускает подчинение более сильному. Потому Затерянное племя в массе свой безропотно присоединилось к Империи. По той же причине с Белсависа много желающих интегрироваться в новую государственную систему.

Во-вторых — помещение, в котором находился Великий голокрон не блистало особой площадью, на которой можно было бы развернуться в Силовых атаках, не боясь повредить сам голокрон. Пусть я поглотил Призрак Героя Тайтона, который был связан с устройством тысячу лет, гарантий, что он впитал в себя все знания Великого голокрона и после усвоения они достанутся мне — не имелось. Также, никто не мог поручиться, что даже со временем мне удастся, в случае уничтожения этой джедайской реликвии, создать новый и перенести туда все свои знания для будущих поколений: как-никак, а предстоит поистине бессонное время — раз уж ввязались в борьбу в Небесной Реке в открытую — и мне будет отнюдь не до передачи тысячелетних знаний из своей головы в голокрон.

Так что, пока следует исходить из того, что Великий голокрон мне нужен целым и невредимым.

В-третьих — любая мало-мальски хитрая техника Силы, за исключением физического воплощения, таких как Толчок, Рывок, Молнии и иже с ними — требовала концентрации. Чем сильнее и замысловатее техника — тем больше внимания стоит уделить ее воплощению. Конечно, если не хочешь сравнять с землей половину Храма из-за вышедшего из-под контроля Шторма Силы. Блестящий пример — противостояние Дарт Занны с ее учителем, Дартом Бейном. Ей требовалось пространство для маневра и несколько минут времени, чтобы призвать мощь Темной Стороны и запудрить мозги учителю. У меня с этим чуть получше — но тогда, когда я к этому готов заранее. Как это было на Кеше — пусть и выглядело импровизацией, к большинству своих выпадов я готовился. Не сказать, что так уж не готов и сейчас, но… В конце концов, почему бы просто не помахать световым мечом? Давненько у меня не было достойного противника. Который уж точно не будет против — фехтование его страсть. А сражение займет у него все внимание и не позволит уничтожить Великий голокрон, в котором я нуждался.

Джедай парировал удар за ударом, шипение сталкивающихся клинков отражалось эхом от уцелевших стен. Атака Драллига — шквал рубящих, режущих и колющих ударов — не оставляла шанса для контратаки.

Обычному разумному.

Для меня же…

Фиолетовый клинок, ранее принадлежавший Ревану и обретший в этом тысячелетии нового хозяина и обновленную начинку, порхал, подобно невесомой световой завесе, отражая каждый выпад своего оппонента, не позволяя даже приблизиться к моему телу. Занятно.

Не тот факт, что Драллиг не мог преодолеть мою нимановскую защиту.

А понимание того, что в этом сражении я не использовал Темную сторону. Мои эмоции, прежде дававшие мне силы для преодоления сопротивления противников, сейчас дремали. Абсолютное спокойствие.

Ни малейшего побуждения, ни нотки ярости… Даже оторопь берет — наверное, так себя чувствуют джедаи, ортодоксально придерживающиеся Кодекса.

Словно дроиды.

Кажется, Герой Тайтона прав. Я довольно легко подвержен влиянию со стороны.

Стоило ему только намекнуть на то, что я симпатизирую в сражении Темной Стороне, и вот — разум переключился на Светлую. Хотя, казалось бы — кому и что я должен доказывать? Перед кем оправдываться?

Перед идеализированным мной Героем, который на поверку оказался трусом, смирившимся с тем, что раз попытки убить Вишейта у него не выгорели, то и пытаться больше не стоит? Да с какого хрена?

Учение дже’дайи зиждилось на постулате Равновесия — ярость Темной Стороны должна быть утихомирена спокойствием Светлой. Как именно это делал адепт — его личное дело.

Реван использовал в бою обе стороны, черпая силы из них обеих одновременно.

Так что из предложенных вариантов лучше? Одновременное использование обеих, или применение каждой из них по ситуации?

Зеленый клинок снял стружку с моей лицевой пластины. Левая щека ощутила обжигающее касание энергетического клинка, вспоровшего кожу и заставившего в истерике биться нервы.

Драллиг, уходя в круговую заверть, нанес удар сверху вниз справа, намереваясь рубануть меня в районе правого плеча. Но его оружие встретило блок моего клинка.

— Ты не настолько крут, как считаешь, Доуган, — ощерился джедай, сделав пару шагов назад и встав в характерную стойку Соресу. — Я достал тебя.

— Что верно, то верно, — вздохнул я, с полным спокойствием открываясь Темной стороне.

Выбор и его последствия — только моя ноша.

***

Неподалёку от того места, где вблизи останков одной из статуй, некогда украшавших коридоры, ведущие к Архивам Храма, осторожно двигались вперед республиканские клоны, Альфа, ровно как и все бойцы его отряда, поджидали врага за баррикадой из аналогичного материала.

Солдаты противника буквально втирались в любую складку местности, минимизировали свое время, проведенное вне укрытий. О присутствии имперских штурмовиков они не догадывались — или делали такой вид. Так или иначе, Альфа приказал своим людям не устраивать пальбу напрасно. Перестрелять их все равно шансов мало, а вот демаскировать себя, наоборот, слишком много.

Вооружившись штурмовыми винтовками и скорострельными бластерами, невозбранно экспроприированных из арсенала «Предвестника», клоны довольно скоро изучили устройство и возможности своего нового оружия. И несказанно его полюбили.

Легче республиканских аналогов, и в то же время — точнее, мощнее и с большим боезапасом. Песня, а не бластеры.

— Долго еще будешь любоваться своей игрушкой? — с усмешкой поинтересовался Пятерня у Силача, который едва не высунул язык от усилий, с которыми подключал к тяжелому повторителю дополнительный энергоблок.

— Если есть любовь с первого взгляда, — отозвался любитель тяжелого оружия в команде «Ураган», — то я уже нашел свою вторую половинку.

— Знаешь, можно было и не делиться такими интимными подробностями, — хихикнул Хохмач, получив в ответ рычание от своего товарища.

Эхо, удобно расположившийся на полу, выцеливая сквозь небольшую амбразуру республиканских клонов, лишь скосил взгляд на товарищей.

Альфа, подняв кулак, погрозил шутникам. Не хватало еще, чтобы противник заметил их раньше времени.