Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том второй (страница 411)

Они однозначно не оценят. А специально отобранные для эвакуации голокрона и Архивов гвардейцы болтать не будут. Собственно говоря, сейчас они как раз заняты тем, что выводят из строя системы наблюдения Архивов. Когда джедаи хватятся пропажи, будет уже совсем не важно — кто его спер. Я или клоны из гарнизона. Доказательств все равно не останется.

Так к чему мне продолжать играть в святую невинность, коли можно получить все, чего хочешь. Конечно, если ты готов принести жертвы.

В моем случае жертвы — это репутация Империи. И моя, как Императора.

Заверив галактику, что не вмешаюсь в ее дела, я первым ударил по Корусанту. Это здорово попортит мне имидж, но… Нельзя допустить, чтобы джедаи смогли вывезти или уничтожить Великий голокрон. И тем более — допустить, чтобы он и Архивы попали в руки Сидиуса.

Корусант не взять — я об этом уже говорил.

Как следует его ограбить — тоже не получится.

Значит, берем все самое ценное и присваиваем. Будут джедаи паиньками — так и быть, подарю им целый флот бывших республиканских корабликов. Забесплатно. Так сказать — жест доброй воли и…

Проскользнув мимо гвардейца, охраняющего вход в помещение, где располагался Великий голокрон, я оказался внутри. Приглушенный полумрак резко контрастировал с ярким освещением предыдущих помещений. А в самом центре комнаты…

— Мать твою, двоичный код, — я сглотнул, едва перед глазами появилась массивная структура. Сколько он в высоту? Десять? Двадцать метров?

Огромный додекаэдр, плавающий на репульсорной подушке, переливался голубоватым светом, контрастирующим с его собственным коричневым корпусом.

Он располагался в центре небольшого — человек на сто или даже двести мест — амфитеатра, медленно вращаясь вокруг воображаемой оси справа налево.

И эта неторопливая безмятежность в помещении, куда не проникал ни единый звук, а интерьер оказался неиспорчен ожогами бластеров и пейзажами мертвых тел юнлингов и солдат.

Вот словно нет ничего вокруг.

— Приветствую вас, магистр джедай, — едва я оказался на расстоянии пары метров, из глубин додекаэдра раздался едва различимый гул, а передо мной появилась призрачная бело-синяя фигура смотрителя голокрона.

Смотритель — это виртуальный образ того, кто голокрон создал. Насколько мне известно.

А вот кто такой этот персонаж… Затрудняюсь ответить.

— И тебе не хворать, смотритель, — махнул рукой я, избавляясь от маски. — Как жизнь, семья, дети?

— Остроумная шутка, — проекция смотрителя улыбнулась. — Нечасто ко мне приходят столь… Неординарные джедаи.

— Я не джедай.

— Я уже это знаю, — улыбка сползла с лица смотрителя. Мужчина, которого я никогда не видел, с короткими волосами, обряженный в джедайскую мантию, отрешенно смотрел на меня, словно изучал каждую молекулу моего тела. — Занятно. Адепты Единой Силы никогда не пользовались популярностью в Ордене джедаев. В мое время тем более.

— И когда же оно было — твое время?

— Очень давно.

— Насколько?

— Тебя интересует действительно этот вопрос? — смотритель усмехнулся.

— Вообще наплевать, — признался я, присаживаясь на скамью в амфитеатре так, чтобы смотритель стоял напротив меня. — Ты ведь необычный смотритель, так?

— И что навело тебя на эту мысль? — на губах проекции появилась улыбка.

— Смотритель в обычном голокроне — это лишь проекция. Она не обладает чувствительностью к Силе и не способна отличить кого-либо по его мировоззрению. По внешности — да.

— Наблюдательный какой, — хмыкнул смотритель. — Вновь повторю: моя личность — это тот самый вопрос, узнать ответ на который ты хочешь?

— Нет. Но вопросов у меня много.

— А времени, как всегда, не хватает?

— Именно так, — кивнул я. — Пока мы с тобой беседуем, в Храме гибнут разумные…

— Они всегда гибнут.

— Джедаи.

— И эти тоже.

— Среди них есть падаваны и юнлинги.

— Мне слезу пустить? — поинтересовался смотритель. — Каждый из нас делает свой выбор и отвечает за его последствия. Эта галактика недружелюбна к одаренным — к джедаям в особенности. Когда ты становишься джедаем, то должен понимать, что где-нибудь на Внешнем кольце тебе могут сунуть заточку между ребер, пока будешь разрешать какой-нибудь склочный вопрос между двумя торговцами.

— Как содержательно, — усмехнулся я. — Когда к тебе приводят юнлингов, ты им об этом же говоришь?

— Во всех подробностях, — согласился смотритель. — Думаешь, почему их приводят сюда под надзором мастеров? И всего один раз — пока те сами не станут мастерами? Совет не особо жаждет, чтобы их юные поколения задумывались о том, что джедай — не просто рыцарь в сияющих доспехах, которого с распростертыми объятьями встречают на каждой планете галактики, но и сакральная жертва во имя идей Ордена и Республики.

— А когда они становятся мастерами, то уже поздно что-то объяснять? — понял я.

— По большей части — да, — признался смотритель. — Говоришь, объясняешь… Не понимают… отрастят себе броню в три метра дюрастали… Ничего слышать не хотят…

— Говоришь так, будто тебе не все равно, — заметил я.

— Говоришь так, будто знаешь, что у меня на уме, — парировал смотритель.

— От джедаев ты не в восторге, — подметил я.

— У тебя те же взгляды.

— Кто бы сомневался. Дай угадаю — тебе доступна Сила? — одновременно с этим я обратился к оной и применил технику по сокрытию собственных мыслей, чем вызвал у проекции легкую улыбку. — И ты читаешь мысли — иначе как объяснить тот факт, что ты выдаешь своим собеседникам только ту информацию, которую они могут постичь.

— Смотрю ты был победителем среди юнлингов по логике, — сарказм из уст смотрителя лился подобно сладкой патоке. — Молодец, раскусил. Первый за последние… Лет тридцать-сорок.

— А чего так расплывчато?

— Поживи с мое. Когда один день похож на другой, и все это складывается в калейдоскоп лет и столетий — начинаешь безответственно относиться ко времени.

— Как скажешь, последую твоему совету, — заверил я. — Итак, пойдешь со мной добровольно или тебя насильно вывозить?

— Говоришь так, словно от меня что-то зависит, — развел руками смотритель. — Я привязан к Великому голокрону. Куда он — туда и я.

— Речь не о том, — помотал головой я. — Твои знания нужны мне. Сейчас — как никогда прежде. И надеюсь, что помощь твоя будет бескорыстная и откровенная.

— Высокопарно и малоинформативно, — прокомментировал мою речь смотритель. — На моей памяти Республика и джедаи переживали сотни кризисов, и всегда умудрялись не сгинуть окончательно. Может тебе стоит обратиться к гранд-мастеру Йоде? Этот паренек мне импонирует — умный, талантливый, сообразительный.

— И просрал весь Орден.

— Не он первый, ни он последний, — возразил смотритель. — Это — естественный порядок вещей. Джедаи развиваются, достигают определенного пика своего развития. Затем — упадок, кризис, повальное истребление. Они извлекают новый урок и вновь развиваются. С каждым разом кризисы все глубже, развитие все эффективнее.

— В твоей логике есть критическая ошибка, — поправил я. — После Руусана джедаи не развились, наоборот — приходят в упадок.

— Руусан — не кризис, — возразил смотритель. — Руусан — это начало упадка. Кризис — сейчас. Хотя… Судя по количеству смертей — я бы даже сказал, что началось истребление.

— Ты недалек от истины, — заметил я. — В этом есть что-то ироничное — джедаев спасают те, кого они недолюбливают — адепты Единой Силы.

— Уверен, что спасаете? — прищурился смотритель. — Или предлагаешь альтернативу между плохим и очень плохим вариантом?

— А что плохого в том, чтобы владеть обеими сторонами Силы? — удивился я.

— Всего двумя, — возразил смотритель. — Учений о Силе великое множество — о многих ты даже не слышал. А раз так, то, с чего ты решил, что твоя точка зрения верная? Двухполярное представление о Силе в контексте джедайских и ситских учений просуществовало двадцать пять тысяч семьсот шестьдесят четыре года — если принимать за точку отсчета момент переселения с Тайтона на Оссус и до настоящего времени. Орден дже’дайи просуществовал значительно меньше — десять тысяч шестьсот семьдесят.

— Намекаешь на то, что я не прав?

— Мне-то откуда знать? — рассмеялся смотритель. — Это твоя точка зрения. Твой выбор — и последствия тоже на твоей совести. Конечно, если она у тебя есть.

— Смешно — обоссаться можно, — признал я, но, внутренне все же смутился. С такой точки зрения я на свои действия не смотрел. — Предложения, советы?

— А они тебе нужны? — спросил Великий голокрон. — Или ты как неуверенная в себе гизка — будешь делать то, что посчитаешь нужным в данный момент?

— Знаешь, всегда думал, что Единая Сила — это благо, — признался я. — Познание обеих сторон, во избежание проблем с конфликтом интересов — чья философия сильнее.