Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том первый (страница 82)

Разглядывая построение, я отметил, что корабли в центре выстроились «стрелой». Сперва «Уравнитель», следом за ним грузовики. И замыкал построение медицинский фрегат Терадока. Последний, так и не смог придумать название для своего корабля, потому, с моей легкой руки, «Пельта» получила название «Обитель коновалов». Благо, моих реальных соотечественников рядом не находилось. И опровергнуть мою версию о том, что коновалы — это благородные санитары общества на моей родной планете, которые чтут свой долг и ставят здоровье больных во главу своих интересов. Думаю, россияне, слышав это, оценили б мой сарказм.

На момент окончания нашего прыжка, я и Мара Кросс находились в командном отсеке. Девушка, все еще смущенная своим назначением, щебетала мне что-то о расчетном времени для прокладки нового прыжка — на этот раз до самой планеты хаттов. Я же был мыслями с экипажем совсем другого корабля.

Дверная панель запустила внутрь капитана «Странника».

— Прыжок завершен, сэр, — отрапортовал Терен. — Весь флот на месте, отставших нет.

— Чудесно, лейтенант, — улыбнулся я. На тактическом голографическом проекторе отображался наш походный строй. Благодаря которому, наши цели не могли вырваться из ловушки, в которую попали.

— Рогрисс, — обратился я к юноше. — Вы знаете план. Сейчас вам решать — останетесь вы с нами до конца — и это может стоить вам карьеры и жизни. Или поступите по совести, как и подобает офицеру. Время сейчас такое, что честь — уже не ходовой товар.

— Не для меня, сэр, — покачал головой молодой капитан. Сверившись с отчетами на капитанской деке, он произнес. — Все готово, генерал.

— Сэр? — Недоуменно произнесла Мара. Девушку и весь другой молодняк я в курс происходящего не ставил. Подробности операции «Попинай хатта» знали лишь верные мне люди — командование легиона, Пеллеон, подчиненные моего флота. Для остальных же происходящее — проверка на вшивость. И, кто не пройдет ее — проверит, насколько холодно в вакууме. Кампания против моффа как-никогда подходила для отсеивания неблагонадежных.

— Объявите по кораблю и флоту боевую тревогу, — распорядился я. В ту же секунду в воздухе взвыли баззеры. Лейтенант исполнителен как никогда. — И распорядитесь выслать досмотровые партии.

Не обращая внимания на недоумевающую девушку, я открыл канал связи.

— Внимание по флоту. Говорит генерал Доуган. Мне стало известно, что сопровождаемый нами груз — контрабанда, предназначенная для хаттов. Приказываю взять транспорты на прицел.

— Капитан, свяжите меня с транспортами, — распорядился я. Недоуменный Роглисс отдал приказ.

— Внимание торговому каравану, — произнес я. — Заглушите двигатели и приготовьтесь принять на борт досмотровые партии.

План хорош тогда, пока ты не начал его реализацию.

После моего заявления, естественно, транспорты попытались сбежать. Брызнув врассыпную, они пытались прорваться сквозь строй «Молотоглавов». Огонь из турболазеров перед носом торгашей их не вразумил.

Скрипя зубами, я отдал приказ истребителям разбомбить дюзы удирающих кораблей.

АИР-170 словно стая коршунов накинулись на неповоротливых торговцев, отстреливая им куски ходовых движителей.

Спустя несколько минут, все было кончено. Изрыгая в космос потоки излучения, беспомощные транспортники застыли на месте, заполняя эфир беспорядочной руганью. Отрядив по одному кораблю к каждому транспорту, я распорядился подать штурмовой шаттл.

— Глушите их сигналы, Терен, — приказал я. — Ни одна душа не должна узнать, что здесь происходит.

Для инспекции я выбрал флагман каравана — тот, что шел сразу за «Уравнителем». Пеллеон, связавшись со мной, также присоединился к досмотровой партии. Десятки шаттлов типа «Ню» устремились к своим жертвам, чтобы под угрозой оружия проверить трюмы.

Признаюсь, я не задумывался над тем, что могу сесть в лужу с этой атакой. Оснований считать этот конвой очередным проплаченным вояжем было, конечно, маловато. Но, и другой возможности не было. Предположения о нелегальном грузе лишь подтвердились попытками торговцев смыться.

Влетев на небольшую ангарную палубу, наш шаттл занял место с аналогичным — с «Аккламатора». Из недр нашего кораблика высыпали отделения клонов, которые под руководством Альфы, Балды и Никса должны будут провести инспекцию.

— Генерал, — встретивший меня Пеллеон кивнул в сторону пары встречающих нас человек. — Друзья моффа хотят с вами поболтать.

— Ага, заметил уже, — парочка, завидев меня, быстрым шагом пошла к нам на встречу.

— Джедай! — Низким возгласом встретил меня один из них. — Я протестую против этого акта пиратства! Мы честные торговцы, вы должны нас охранять, а не грабить!

— Покажите мне того, кто вас ограбил, — невозмутимо попросил я. Видя замешательство обоих, кивнул на Пеллеона. — Предоставьте капитану таможенную декларацию и грузовой манифест.

— Это произвол! — Заикнулся второй.

— Произвол — проводить контрабанду, пользуясь охраной флота, — отрезал я. — У вас пять минут для предоставления нам документов. Потом — мы разберем ваши корабли по винтикам.

Результаты не заставили себя ждать. Не знаю кому как, но экипаж — три деваронца, два родианца, трандошанин и никто — это уже сама по себе банда. Я бы их в шлюз выставил только из-за их рож. Но, приходилось мириться.

Согласно документам, на транспорте находился груз строительных дроидов, свежей замороженной мясной продукции, какие-то зерновые, да целый отсек металлолома.

— Ну и зачем вам все это добро? — Кивнув на один из трюмов, заполненный многочисленными раскуроченными металлическими конструкциями. Строительные балки, фермы.

— Мы выгодно продадим его на территории хаттов, — заявил один из людей. Судя по всему, главный.

— Ну да, — усмехнулся в усы Пеллеон. — Хатты известные ценители металлов.

Человек предпочел проигнорировать реплику. Как старший каравана, он сопровождал нас по всему кораблю, пока проводился досмотр. На других судах этим занимались их капитаны. Но, везде и всюду — одна и та же картина.

Корабли представляли из себя большие овалы. В верхней и нижней части располагались малые трюмы, составляющие суммарно половину объема от основного, имеющие стандартные створки ворот. В средней части корпуса, в левой половине, находился основной грузовой трюм, в котором находился пандус для разгрузки. В передней части корабля — единственная посадочная палуба. А в правой части корабля — всевозможные механизмы, системы и тд., переходящие в кормовые двигатели.

Строительная техника в главном трюме, а продукты и металлолом — в двух верхних. И так — на каждом корабле. Моя чуйка прямо указывала на то что нас пытаются добросовестно нае. ть. Ну, спрашивается, для чего грузить 10 кораблей одинаковым грузом с одинаковым грузовым манифестом? Источником всего груза являлась планетка Доум-Брадден во Внешнем Кольце — зона ответственности 14-ой секторальной. Но что-то мне не давало покоя. Ну, нелепица какая-то! В чем смысл столь странной компоновки каждого из кораблей?

Еще больше вопросов вызывало наличие на кораблях остаточных следов радиации в реакторной зоне. При установленных-то новейших корабельных реакторов. Капитаны кораблей поясняли, что покупка таких агрегатов значительно выгодное вложение — корабли уже не первой молодости, а предусмотренные конструкцией реакторы давно выработали свое. Потому и заменили на новые. Все десять. На всех десяти транспортниках. А остаточная радиация — так это от предыдущих реакторов и осталось. Учитывая, что по всей галактике торговцы стремились минимизировать свои потери и транспортные расходы, эксплуатируя суда до последнего, пока от них уже обшивка отлетать не станет, столь огромные затраты казались сущим идиотизмом. И только подкрепляло подозрения.

Имея немалый опыт службы, Пеллеон, услышав подобное, лишь усмехнулся. Как только прибыли техники со сканирующей аппаратурой, обман раскрылся.

Мало кому из чиновников хотелось бы при досмотре получить дозу облучения, копаясь в активной зоне реактора. Да и зачем? Что опасного можно спрятать в реакторной зоне, где еще и радиация фонит? Поэтому, этот фокус всегда срабатывал.

Как оказалось, все проще простого. В двух из десяти корпусах — первом и последнем, действительно находились заявленные устройства. Причем, гораздо более мощные, чем тем те, которым принадлежали корпуса. Небольшие ловушки с радиоактивными элементами на каждом корпусе реактора создавали поле, слепящее любые сканеры. И заставляющее сидеть на месте тех, кого не должны были видеть таможенники и случайные пассажиры.

Рабы. Восемь реакторных корпусов (каждый из которых — как двухэтажный дом), вмещали в себя почти тысячу «законтрактованных» работников. Преимущественно твилеки с Рилота. Несколько полукровок арконианцев. С десяток молодых вуки. На каждом из них — электроошейник, готовый в любую секунду оборвать их жизнь или заставить мучиться от боли.

— Твою мать, — только и смог сказать я, глядя на то, как обезвредив ловушки и нейтрализовав радиацию, клоны выводят измученных разумных из мест заточения. Их сопровождали на шаттлы, после чего доставляли на корабли флота. Там их накормят, напоят, окажут помощь. Оденут, в конце концов. Глядя на рванину, в которую были одеты эти разумные, комок к горлу подступал.