Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том первый (страница 47)

— Ты главное не забудь про корабли, — напомнил я бахвалистому типу.

— Не волнуйся, — он подмигнул мне, наполняя опустевший стакан свежим пойлом. — Когда спросят, я скажу все как договаривались.

— Чудно! — Я коснулся стаканом его стакана. — Твои люди заняли свои позиции?

Птар взглянул на хронометр и утвердительно кивнул.

— Два полка уже на позициях в Восточной части города, — кивнул он. — Как только настроим генератор, мои люди первыми ринутся освобождать последние районы столицы, занятые генералом Лоатсомом. Сегодня мы освободим столицу, а завтра — всю планету! — В торжественном салюте вскинул стакан гвардеец. Затем, слегка повеселев добавил. — А сейчас, пусть попируют. Это традиция — перед крупной битвой отметить ее удачное окончание.

— Истинно так, мой друг! — Я пригубил мерзкое пойло. Краем глаза я взглянул на миниатюрную деку, закрепленную у меня на внутренней поверхности броневого наруча. Визла интересовалась, можно ли ей открыть канал связи. Я коснулся клавиш, ответив согласием.

В тот же момент в штаб Лоатсома, от одного из захваченных дроидов разведчиков полетело сообщение о готовящейся активации защитного экрана…

Идея проста как мир.

Подставить под удар ополченцев, нанести им максимально возможные потери, чтобы затем шагая по спинам, павших и выживших, стать героем. Конечно, клоны тоже пострадают, но для победы все средства хороши. Мне нужно выманить Лоатсома из его укрытий, чтобы сработала следующая часть плана…

Тысячи дроидов-бомбардировщиков с кораблей орбитальной блокады выпорхнули из своих металлических норок и ринулись вниз, в беспрецедентной атаке на столицу Кристофсиса.

При разборе полетов никто не смог бы придраться к нам. Сканеры оказались отключены или ослеплены разведкой дроидов. Той самой, что донесла о нашем приобретении противнику.

Слишком поздно отреагировали. Фактически, оборонительные порядки стали формироваться лишь при прямой видимости противника.

Наши силы ПВО понесли тяжелейшие потери. Когда бой за восточную часть города закончился — трое суток спустя, после его начала, из 36 самоходок, лишь 10 остались в строю. Остальные либо потеряли возможность перемещаться, либо канули в лету. К счастью для нас, противник начал бомбардировку с Восточной части города. К несчастью для ополченцев — именно на их головы полетело большинство смертоносного груза. Клоны, лучше подготовленные к тяготам войны, частично смогли спасись сами и сохранить большую часть техники.

Едва корабли КНС избавились от своего смертоносного груза, Восточная часть города, явно неготовая к ковровым бомбардировкам, претерпела критические изменения. Большая часть высокоэтажных зданий гигантскими колоссами некогда украшавших город, оказалась разрушена. Под ударами бомб, здания крошились, рассыпаясь на части и осколки кристаллов, превращаясь в шрапнель, смертельным дождем обрушились на позиции Второго полка и почти трех тысяч ополченцев. За полчаса авианалета, мы потеряли порядка тридцати снайперов, полтысячи человек второго полка, до полутора тысяч ополченцев и до четырех сотен инженеров, медиков и «тяжелых». Противник опустил на нас свой орбитальный «Молот».

Несмотря на возникшее после удара затишье, благодаря которому удалось вытащить из-под завала немногочисленную уцелевшую технику и выживших, реализовать защитные меры мы так и не смогли. Треклятый генератор щита, на который была вся надежда, оказался также поврежден налетом, и группа инженеров в спешном порядке настраивала его, пока наши передовые части приходили в себя.

В дело вступили силы наземной «Наковальни».

Более сотни танков ААТ, полсотни «Октаптарра», не поддающиеся исчислению дроиды-пауки… и бесконечные потоки В-1 и В-2 — все это механическое безобразие ринулось в брешь нашей обороны, добивая уцелевших и сминая робкие попытки обороны со стороны ополчения и дезориентированных клонов второго полка.

И, словно этого было мало, Тренч решил поучаствовать в нашей показательной порке еще раз. Десантные баржи подкинули нам проблем на Северной магистрали, связав боем Первый полк, а небольшой, но до зубов вооруженный танковый кулак, двинувшийся на наши южные позиции со стороны плацдарма противника, сковал на месте Третий. Западное направление, хоть и оставалось условно спокойным, перебросить оттуда слишком много сил я тоже не мог.

Все, что я мог выставить против чудовищного бронированного кулака Лоатсома — десантники, огнеметчики, инженеры, даже медики — все до единого бросились в контрнаступление.

Не обращая внимание на путающегося в ногах Птара, я рывком Силы выбил остекление своего кабинета и виртуозным прыжком оказался в гуще переполошенных клонов резерва.

— Развернуть артиллерию! — Я поймал ближайшего клона-артиллериста и махнул в сторону места прорыва. — Плотный огонь по передовым позициям.

— Сэр, но там ведь наши люди! — Возразил близнец Фетта.

Времени расшаркиваться у меня не было — Визла докладывала о прорыве противника дальше второй линии обороны. Что, мягко говоря — не предполагалось. Не для того мы сливали планы брешей на Восточной части города, чтобы противник захватил весь.

— Сынок, — я схватил клона за нагрудник. — Если ты сейчас не откроешь огонь по передовым позициям — скоро и тут наших не останется. Выполнять! — Придав Силой ускорение клону, я вскочил на ближайший спидербайк и бросился к месту прорыва.

Клоны с реактивными ранцами, снайпера, артиллерия AV-7 перемешивали наступающие части с грунтом, до подхода основных частей, но от этого натиск не ослабевал. Наши минные ограждения смогли замедлить и даже частично остановить танковые подразделения противника, но, сорвать наступление не удавалось. Слишком много было жестянок, желающих попробовать нашей кровушки. Пехотные дроиды, не считаясь с потерями, шли вперед по корпусам своих павших собратьев, повинуясь своему электронному приказу, поддерживаемые огнем тяжелых танковых орудий.

Первыми прибыли на прорванные позиции десантники во главе с коммандос Берсерком. Они же приняли на себя всю мощь удара Лоатсома. Без страха и упрека, клоны Берсерка, как и он сам, шли на смерть, сражаясь до последней обоймы и гранаты. Обезумевшие ополченцы гибли сотнями, разрываемые шрапнелью, расстреливаемые оружием дроидов…

Кромешный ад. Иначе эту вакханалию назвать язык не подымался. Я мчался на передовую, обгоняя удирающие поодиночке или группами силы ополчения. Клоны, завидя фигуру командира, бросающегося в сторону противника, единым порывом рванули в сторону разошедшегося врага.

Над головой пронеслась передовая тройка LAAT/i, поливая огнем силы противника. Я вместе с одним из двух оставшихся батальонов Второго полка, прикрываемые половиной наших оставшихся штурмовиков. Дей и его подчиненные остался держать видимость хлипкой обороны на Западном направлении, а четыре десятка штурмовиков громили противника на севере и юге.

На острие контратаки, увлекая за собой клонов, я с усмешкой вспоминал, как критиковал тех джедаев, что на Джеонозисе двигались перед клонами. Вспомнил свою критику. И примерил на себя их участь. Становилось горько. Легко критиковать других, когда наблюдаешь за всем со стороны.

На полном ходу я увернулся от выстрела «Октаптарры». Взмыв вверх, я отправил спидер в свободный полет, завершившийся взрывом среди коробочки В-1. Рывком я ушел с улицы, прятавшись за углом массивного здания.

— Берсерк! — Крикнул я в комлинк. — Насколько все плохо?

— Больше половины десантников убито или ранено, — отозвался клон. — Мы отрезали от вас основную часть танков. Пока удается сдерживать их тяжелым вооружением.

— Держитесь, мы в паре сотен метров от вас!

Звучало, конечно ободряюще. Но, это двести-триста метров по усеянному пехотой противника пространству.

От угла здания за которым я прятался, отлетел здоровенный кусок. Следом, пермакрит перед моими ногами принялись щипать красные росчерки бластеров. Когда я нырнул в убежище, меня с противником разделяло несколько десятков метров. Теперь, похоже буферная зона закончилась.

Закрыв глаза, я принялся концентрироваться. Стягивая в себя потоки Силы, я поднимал вокруг своей тушки Силовые щиты. Сила шептала мне о том, какова диспозиция противника.

Сперва, несколько десятков рядов дроидов В-1. Затем — дроиды В-2. И следом за пехотой идут «Октаптарры», поливающие наши части, залегшие в складках местности с десяток метров позади меня. В небе становилось тесно от канонерок, изрыгающих пламя на подкрепления противника.

Но, хватит засиживаться.

Меч, некогда принадлежавший самому адекватному сыну Валкориана, сам прыгнул ко мне в руку.

— Ну, погнали наши мусорные ведра, — постарался я приободрить себя.

Выскочив из укрытия, я нанес Силой широкий удар по поравнявшимся со мной шеренгами В-1, выкосив несколько десятков дроидов. Изувеченные корпуса солдат противника превратились в кинетические снаряды, обдав потоком импровизированной шрапнели следующих за погибшими «терминаторов на минималках».

Меч описал дугу, срикошетив в пол несколько бластерных зарядов, предназначавшихся моей тушке. Прыжок, уворот, снова Толчок Силы. Вновь дройды разлетаются как кегли. Но, их слишком много.

Парируя выстрелы своим клинком ослепительно желтого цвета, я старался направить их обратно в противника, но, получалось не всегда. Хвала Силе, удалось избежать парочки выстрелов с ближайшей «Октаптарры». Уже глазами я смог определить, что по сути нам противостоит около тысячи дроидов, при поддержке всего трех осьминогоподобных шагоходов. Отбросив от себя ближайших дроидов, я юркнул под защиту импровизированной баррикады, на противоположном от того места, где я прятался ранее, крае улицы.