Илья Модус – Катарсис Империи (страница 83)

- Передайте на 'Новик': 'Охоту не разрешаю. Команде отдых на берегу'.

В моем подчинении было только два быстроходных бронепалубника второго ранга, способных резвиться среди вражеских миноносцев, как волки в курятнике. Несмотря на то, что они приструнили вражеские дестройеры и показали им, где раки зимуют, не было нужды отправлять их в шторм в море. Ни один флотоводец не выпустит эти стальные скорлупки, называемые миноносцами в такую погоду в море. А уж Того не дурак, чтобы даром бросать свою миноносную флотилию.

- Передайте приказ на берег и брандвахты: 'Внимательно следить за морем!', - миноносцы японский флотоводец может и не пошлет, а вот брандеры - в самый раз.

Глава.

Скиф. Мукден. 17.02.1904.

Однажды Сяо спросил Учителя:

- Почему вы никогда не смеетесь, Учитель?

- Кто в армии служил, тот больше не смеется, - многозначительно ухмыльнулся Учитель и отправил Сяо косить поле саперной лопаткой.

Записка от Линевича настигла Скифа в тот самый момент, когда он собирался отправиться на железнодорожный вокзал. Казак, доставивший письмо, бойко отрапортовал о необходимости явиться в штаб через полчаса, после чего вскочил на коня и был таков.

- Снова этот старикан? - Кацо, утирая пот с лица, прошлепал мимо Сергея.

- Угу.

- Да пошли ты его уже, - Илья пожал плечами в знак того, что считает свою инициативу более разумной, чем игру в молчанку, которую проповедовал Скиф.

Они приехали в город почти неделю назад. Военные советники Скиф, Кацо, Ресвальд. Трое совершенно неизвестных военному миру Маньчжурии фигуры, которые по неизвестной причине обладали широкими полномочиями, дарованными сами императором.

Нынешний командующий маньчжурскими сухопутными силами, генерал Линевич, к которому группа военных советников прибыла представиться пред светлые очи, сперва ошалел и онемел от свалившееся на него радости. Затем, едва не расстрелял всех троих, как японских шпионов. И уж только после телеграммы-подтверждения из Питера об исключительности полномочий советников из свеже сформированного Корпуса особых советников, сменил гнев на милость. Впрочем, какая это милость, стало ясно уже тогда, когда записка Скифа о том, что необходимо усилить оборону наших позиций на реке Ялу, легла под сукно с рецензией в словах генерала: "Вам, конечно, господа-с, виднее, да мы здесь, в лучше знаем, что к чему".

Когда Илья объявил "всеобщую мобилизацию" в Елагинском, Сергей, пусть и не сразу, но, согласился. Еще бы - в том, оставленном времени, он служил простым прапорщиком в "доблестном ОМОНе", а сейчас, мановением руки (хоть Илья и говорил, что своим решением присвоил им звания капразов, но, Сергей, как человек служивый и бывалый, в это не поверил). И судя по выражениям лиц товарищей, Вервольф, Гарик, Ресвальд, Стиг, Корвин, Малкольм да и другие парни, прошедшие службу в армии, не без иронии выслушали это бахвальство Ильи. что поделать, когда твоим начальником становится парнишка, младше тебя на десять лет, да еще никогда не служивший в армии? Правильно! Вспоминать устав, гаркнуть "Есть!" и сделать так, как это надо сделать.

Нет, особых претензий к Илье не было. Ну, разве что, он эгоизма своего ради, взвалил на себя руководство этим самым Корпусом, да еще (ну вот же пацан необразованный!) вознамерился командовать эскадрой! И это при том-то, что он от слова "совсем" даже не представляет, что и как делать с этими "корабликами". Эх, вот Вервольф был бы неплохим командующим флотом - он и матчасть хорошо знает, да и в тактике шарит. А вот Илья...

Ну, что сделано, то сделано. И, теперь, приходится принимать то, что было сделано.

Вот же хорек очкастый! Да хотя бы посоветовался с умными людьми!

Ну, что это, якорем вас в лоб, такое? "Военный советник Скиф Сергей Сергеевич". Какой блин военсоветник? Мы в какой армии советуем? В своей или в зарубежной? Да еще и приписал к Корпусу. Получается - прибыли в Мукден три весьма загадочных, до чертиков секретных военных советника - Скиф, Ресвальд и Кацо, да решили научить армию воевать. Ну и как он себе это представлял? Нельзя щелкнуть пальцами и победить японскую армию. которую, между прочим, муштровали немецкие инструктора. А у нас что? Сотня тысяч обычных русских мужиков, без камуфляжа, без ручных пулеметов (ладно ручных, да хотя бы станковых привезли сотрю-другую!), с минимумом полевой артиллериии, которая - внимание, задержите дыхание! - не умеет стрелять с закрытых позиций! Это что, мать вашу, такое? В каком веке живем?

А Модус - нет, господин-товарищ-барин Скиф, будьте добры, придумайте, как не обоср.ться снова!

Военный гений, блин!

Несмотря на то, что чисто формально Скиф, как старший группы должен был подчиняться Илье, плотно осевшему в Артуре, никаких конкретных приказов от Модуса, кроме "Ну, Серега, надо наших научить япошек бить!", не поступало.

Поэтому, плюнув на все, он пошел напрямик к Линевичу, на которого до прибытия в Маньчжурию Куропаткина было возложено командование армией, и выложил ему все, что он думает о современной организации Маньчжурской армии.

Без должной лести он описал откровенно слабые моменты в обороне отряда Засулича, Штакельберга, да и в целом, в армии, указывая на очевидные проблемные места, начиная от сомкнутого строя атакующих и белой униформыы, до недостаточности пулеметов и артиллерии. Впрочем, уже в начале своей пламенной речи, Сергей понял, что генералу абсолютно не интересно, что ему говорит какой-то там военный советник из Корпуса, который толи выполняет роль Госсовета, толи тайной полиции. И, когда поток "идей" у Сергея выдохся, Линевич пригласил его отобедать, дабы "переварить услышанное". Про себя Сергей долго и протяжно выматерился.

- Николай Петрович! - После протокольных "облобызаний", Сергей завел разговор с несколько иной стороны. - Обед был, без всякого сомнения, великолепен, но, Государь и Корпус особых советников направили меня сюда с единственной целью - сквозь призму имеющегося у меня опыта выявить недостатки армии и принять все необходимые меры для того, чтобы скорейшим образом разгромить нашего противника и вернуться к мирной жизни.

- Сергей Сергеевич, - Линевич благодушно усмехнулся в усы. - Позвольте полюбопытствовать, где же вы в вашем возрасте могли набраться опыта больше, чем я или любой другой генерал в нашей армии? Часом, ваше начальство, - Скиф отметил толику пренебрежения и насмешки, когда генерал произнес последнее слово, - не могло воевать более, чем воевал я. Как я слышал, командиру Корпуса не более двадцати пяти лет. Возможно ли в столь юном возрасте добиться больших результатов, чем смог бы это сделать Оскар Викторович на своем посту?

- Коли вы не забыли, Оскар Викторович проспал нападение японцев, что привело к повреждению двух броненосцев и крейсера, - напомнил Сергей. - Или вам это не кажется значимым моментом?

- Всякое случается на войне, Сергей Сергеевич, - Линевич покровительственно взглянул на него. - Вы, как военный советник, должны это понимать. Меж тем, не поделитесь, в каких войнах вам довелось побывать? Быть может у нас есть общие приятели, а?

- Не сочтите за грубость, Николай Петрович, - порядком затянувшийся разговор, перетекающий в измерение военных гениталий "а военная карьера у тебя короче, чем у меня!" ему начал надоедать. Не на то он рассчитывал, направляясь в Мукден. - Но, раскрыть места моей службы до настоящего назначения я не могу, ибо это тайна.

- Ну что же, - Линевич встал из-за стола, давая понять, что беседа окончена. -

Впрочем, сам же себя осадил Сергей, чего ждать от инертного командования? Он же как и Куропаткин - намерен собрать солдатиков раза в два-три поболее, чем у косоглазых, да навалиться всем миром. А пока не будет полного превосходства, то и не ждать наступления. И отступать будет до самого Байкала, сокращая свои коммуникации и растягивая японские. Вот же, неправильные последователи Кутузова!

- Вы сомневаетесь в его компетенции, как командующего флотом? - Сергей сделал лицо "кирпичом", хотя внутренне произнес "И вы тоже?" - Между прочим, Илья Сергеевич назначен Высочайшим указом самого государя. Не ставите же вы под сомнение решение Его Величества?

- Упаси Господь! - Линевич богобоязнено перекрестил рот, глядя на икону в углу комнаты. - Конечно же нет! Но, нам, офицерам старой закалки, весьма... ново, видеть среди нас столь молодого командира. Посуди сами, без действенных результатов, разве можно говорить о том, что Илья Сергеевич действительно талантлив? Государь пошел против всех традиций и приказов, в одночасье...

- Я не намерен с вами обсуждать политику и действия государя, - как можно холодно произнес Сергей, сделав особое ударение на персоне генерала. - Та инертность и нежелание расшевелить приданные вам вооруженные силы, которые вы демонстрируете, только укрепляет меня в мысли о том, что Его Величество поступил невероятно мудро, направив меня и моих людей. И раз вы всячески противитесь тому, чтобы подготовить армию к скорым военным действиям, то я, пожалуй, покину ваш кабинет, ибо нам с вами более говорить не о чем. Честь имею.

Из резиденции Линевича, Скиф удалялся быстрым шагом. До дома он решил пройтись пешком, чтобы во-первых - остудить голову, во-вторых - обдумать , за коим чертом он полез в бутылку и нахамил высокому военному чину, а в-третьих - оценить перспективу своего дальнейшего пребывания здесь.