Илья Модус – Катарсис Империи (страница 56)
- Просто поразительно, - Кондратенко похлопал в ладони. - Вы время зря даром не теряете!
- Благодарю за похвалу, господин генерал, - Илья улыбнулся.
Некоторые аспекты его плана Вервольф бы конечно оспорил. Например, батарея 75 мм орудий на Мурисоне - это как мертвому припарка - только миноносцы погонять. А будет что крупнее - мигом подавят и батарею, и наблюдательный пункт. И, никакие клипера тут не помогут. Да и еще их архаичный рангоут... Что позориться то? Срубить к чертовой матери эти мачты для постановки паруса и заменить их парой металлических мачт, более легких и прагматичных!
Надо будет обо всем этом поговорить с Ильей...
До самого возвращения в Артур генералы и адмиралы беседовали, обсуждая взаимодействие армии и флота. Илья с готовностью поддержал идею Вервольфа об оборудовании наблюдательных постов на восточном побережье полуострова между Артуром и Дальним.
- Нужно связать их телефонами со штабом где-нибудь на Золотой горе, - решил Кондратенко. - Там, в скалах, можно будет сделать прекрасно защищенный главный НП, на который будут стекаться все сведения о передвижении кораблей противника.
- Это позволит нам заранее готовиться к появлению противника, поддержал начальника Григоренко.
- Согласен, - кивнул Илья. - Однако, не сочтите за дерзость, но я буду настаивать на нахождении на всех НП морских сигнальщиков.
- Зачем это? - Удивился Кондратенко.
- Дело в том, что в море будут не только вражеские, но и наши суда, - пояснил Вервольф.
- Я ни сколько не сомневаюсь в отваге и способностях наших солдат, - заверил Илья. - Но, разобраться в силуэтах наших и японских кораблей, думаю, им будет сложней, чем матросам. Мы же не хотим, чтобы наши же корабли потопила наша же артиллерия?
- Конечно, нет, - заверили адмирала армейцы.
- Вот и хорошо.
За бортом в лучах заката проплывала Голубиная бухта.
Вервольф с удивлением отметил, что на ее берегу кипит работа.
Под охраной нескольких миноносцев, рабочие возводили на берегу небольшие домики, искусно пряча их в тени, которую давали окресные скалы и мысы.
- Очередной наблюдательный пунк? - Тихо спросил Вервольф.
- База подскока для четверки 'шихаутских' миноносцев, - ответил Илья. - У них осадка поменьше, чем у остальных. А иметь маневренную группу миноносцев за пределами порта необходимо.
- А прикрытие для них какое делать? Где ты орудия возьмешь? Их же без этого в клочки порвут первые же легкие крейсера.
- Не волнуйся, будет артиллерия, - заверил его Илья. - Снимем с сухопутного фронта несколько, да и Малкольму я еще утром отстучал запрос о пушках и боеприпасах.
- Ну, добро. Только, ты же понимаешь, что все это за месяц не прибудет?
- Понимаю, Серег, - Илья горестно вздохнул. - Но, ничего не поделаешь.
Спустя два часа, 'Аскольд' показался на внешнем рейде.
Проходя мимо 'Ретвизана', Вервольф с удовлетворением отметил, что часть носовых бронеплит уже демонтирована. Так же исчезли малокалиберные орудия.
'Работают, черти полосатые!', - улыбнулся он.
На рейде, подобно часовым, маячили канонерки 'Отважный' и 'Гремящий'. В паре с ними патрулировали оба минных крейсера. Причем, на каждом Вервольф отчетливо различил не менее четырех орудий калибром 75-мм.
Заметив его удивленный взгляд, Илья коротко пояснил.
- Их первыми переоборудовали. Вооружили орудиями из резерва. Завтра будут готовы орудия для монтажа на 'шихаутские'. По умолчанию - в день сможем переоборудовать до 5-7 миноносцев. Капер обещал повспоминать, как выглядит система 'салазок' для постановки мин с миноносцев.
- Это хорошо, - кивнул Вервольф. - Очень хорошо. Я в общих чертах ее знаю, если что, скооперируемся.
Едва 'Аскольд' отдал швартовы, на крейсер прибыл лейтенант Дукельский с запечатанным конвертом. Поблагодарив лейтенанта, Илья разорвал конверт и принялся за изучение его содержимого.
- Новый адмирал не чета предыдущему, - Поскольку Илья отошел в мир больших чинов и секретных донесений, Вервольф за него попрощался с сухопутным начальством, попутно приняв приглашение поучаствовать в детальном рассмотрении его предложения по строительству укреплений на перешейке, совместно с начальником крепостной артиллерии. Проводив генерала и его помощников, он столкнулся у трапа с командиром крейсера, капитаном 1-ого ранга Грамматчиковым.
- Вы так считаете? - Улыбнулся Сергей. - А многие недовольны его молодостью.
- Быть может, - Константин Алексеевич вздохнул. - Именно в его юности и сокрыта кипучая инициатива. Вы знаете, что он распорядился полностью демонтировать деревянные элементы, а так же - сдать в порт все плавсредства кроме паровых катеров и нескольких яликов?
- В этом вопросе я его всецело поддерживаю. Модель 'На боевом корабле ни грамма лишнего дерева', которую используют на немецком флоте, адмиралом принята в качестве ключевой. Японцы же используют фугасные снаряды, у которых высокие бризантные свойства.
- Мы уже имели возможность изучить последствия от попаданий японских снарядов, - поведал Грамматчиков. - Днем 27 января перестреливались с двумя японскими бронепалубными крейсерами, 'Такасаго' и 'Читосе'. Надо заметить, скорострельность у них была значительно выше, чем наша. Итог перестрелки - один убитый матрос, с полдесятка раненых. И это только от попадания одного снаряда в дымовую трубу - вон видите, на второй трубе заплатка свежая.
- Малой кровью вы отделались, Константин Алексеевич! Японские фугасы даже при ударе о воду взрываются, не то что наши. В мастерских уже думают над разработкой противоосколочной защиты для орудий, что стоят вне башен и казематов. Нужно только немного повременить.
- Да уж... Нашли себе врага. Но, зато сегодня мы их знатно погоняли! Ни одного попадания в 'Аскольд'! 'Баян' получил два или три снаряда в бронепояс, без пробития, слава богу. Маневрировали отвратно, конечно, но, зато научились противодействовать их разведке.
- Что верно, то верно. Не готовы мы еще воевать. Теперь, придется учиться, что называется 'по ходу пьесы'.
- Интересное выражение, ваше превосходительство!
- Давайте без чинов. Сегодня мы, возможно, сделали самый первый шаг на пути к победе над японцами.
- Вы о нашем выходе в море? Ведь, надо признать, застоялись без дела. Старк и наместник больше от обороны исходили.
- Командующий сейчас так же не стремится к бою с японским флотом, - тщательно взвешивая слова, прокомментировал Сергей. Точных планов Ильи он не знал, но, справедливо было считать, что до вступления в строй лучших броненосцев, он будет придерживаться той же тактики действий, что и Макаров. - Японский флот превосходит нас численно, да и качественно. Поэтому, лучше всего, сейчас выполнять рейды, направленные на изучение морского театра. Преобладание японцев в первоклассных броненосцах, крейсерах и истребителях для нас может оказаться губительным, если мы решимся с ними на эскадренный бой.
- Это будет разгром, - согласился Грамматчиков.
- Вот поэтому, - Вервольф указал рукой на миноносный эллинг, где в настоящий момент собирался один из истребителей. - Мы и предпринимаем меры по усилению и оптимизации уже имеющихся сил.
- Да, я уже слышал от капитана 'Паллады' его мнение о снятии с его корабля большей части 75-мм орудий. Он опасается, что после предложенной вашим товарищем переделки, его крейсер не сможет противостоять японским визави. Примерно те же мысли выражали и с 'Дианы'...
- Ну, а я пока никаких возражений не слышал, - Илья появился из-за спины Грамматчикова. И по выражению его лица было видно, что содержимое конверта его не особо порадовало. - Константин Алексеевич, позвольте выразить вам благодарность за оперативное выдвижение крейсера в соответствии с поставленной задачей. Не обессудьте, возьмите на себя смелость - представьте списки наиболее способных офицеров и нижних чинов. Будем поощрять.
- Как вам будет угодно, ваше превосходительство! - Капитан козырнул.
- Впредь, предоставляйте подобные документы по результатам каждого боевого выхода, - От этих слов даже у Вервольфа глаза полезли на лоб.
Нет, конечно, поощрять выдающихся личностей необходимо. Но, за каждый боевой выход... Не разорится ли казна?
Тепло распрощавшись с капитаном, Илья и Сергей спустились на причал и не спеша двинулись в сторону стоянки броненосцев.
- Что произошло, Илья? - Не вытерпел Вельвольф. - Ты после этого конверта сам не свой.
- Нет, Серег, все нормально, - Марномакс натянуто улыбнулся. - Старк, отбыл в Петербург. И, естественно, никаких бумаг для меня не оставил. Зато на три листа расписал, какие замечательные люди служат на эскадре. После таких 'восхвалений' я готов большую часть через застенки КГБ пропустить!
- Н-да, адмирале, - протянул Вервольф. - Зря вы чай без рома пьете.
Глава 3. Марномакс
17.02.1904. Порт-Артур.
Утро выдалось на редкость паршивым.
Нет, не подумайте, в адмиральском салоне, оставленном для меня Старком, мне более чем понравилось. Гостеприимством командира 'Победы' Зацарённого злоупотреблять не хотелось, тем более, что сам Василий Максимович выглядел нездорово. Я уж было хотел в приказном порядке направить его к лекарю на осмотр, но, он заверил меня, что это простуда и через пару дней он будет в полном порядке. Однако, несмотря ни на что - 'Победа' вела ремонтные работы, исправляя полученные в дневном бое 27 января повреждения - мне, как новому командующему, и моему небольшому штабу, были оказаны все почести и разместили нас с комфортом. Съезжать с 'Победы' было на редкость тоскливо.