Илья Модус – Катарсис Империи (страница 41)

- Если так размышлять, то у нас все не то, - отметил Оскол. - Население - неграмотное, денег - нет, одни кредиты, на пороге - коварные японцы с англичанами за спиной, на Черном море - турки на проливах сидят, а крестьянский вопрос и революционные элементы вообще грозят страну в пучину братоубийственной войны столкнуть. Может, просто сядем и будем ждать?

Наступило гробовое молчание. То, что Александр, пусть и сдержанно, но все же явственно указал на недостатки системы критического мышления советников, показывало, насколько все запущено среди руководства.

Не раз и не два еще во время компьютерных боев, Pacific Squadron 'славился' тем, что любое обсуждение был способен свести к склокам и долговременному спору. Илья неоднократно применял довольно жесткие и репрессивные меры, чтобы внести в характер общения софлотовцев приемлимый градус общения, не переходящий на личности и оскорбления, но, делал это через чур жестко. Как результат - Pacific Squadron не раз терял боевых товарищей, которые не собирались мириться с авторитарной позицией Ильи.

И в от сейчас, в его отсутствие, Малкольм понял, насколько трудно уберечь людей, долгое время не связанных между собой иерархией и дисциплиной, от препирательств. Не позавидуешь 'адмирале', который с этими проблемами сталкивался раз за разом.

- Можете и дальше говорить о том, что реализуемо, а что нет, - Оскол направился к выходу. - Лично я не собираюсь участвовать в дискуссиях. У меня есть задачи, и я, пожалуй, займусь их выполнением. Всего доброго, господа.

* * *

Флеш и Вервольф покинули кабинет через несколько минут после Оскола. Дмитрий распустил совещание заместителей, убедившись в том, что без четкой субординации и распределения полномочий, тяжело будет добиться результатов.

Не в обиду будет сказано, но это очередной провал Ильи. Назначив заместителей - двоих по военной части, двоих - по гражданской, он не удосужился назначить кого-то из них старшим после себя. В следствие чего, получилось - четыре равноправных чиновника, решающих проблемы мирового масштаба. Следует по возвращению, поговорить с Ильей и добиться четкой организации Корпуса.

Малкольм уже собирался отправиться на завтрак, когда в кабинет вошел слуга и известил о том, что некий господин желает видеть вице-адмирала Модуса.

- Пригласите, я сам с ним поговорю, - оставив мысли о скором завтраке, Дмитрий собрал разложенные на столе записки и планы, спрятав их в рабочем столе. Кто бы ни пришел сейчас в гости к Марномаксу, видеть работу Корпуса ему нет никакой надобности.

- Разрешите? - После стука в дверь на пороге появился импозантный мужчина средних лет. Одетый скромно, но со вкусом, он буквально источал ауру уверенности. Небольшой кожаный портфель, который он держал в руках, дополнял картину небедного господина.

- Милости прошу, господин... - Малкольм дал гостю возможность представиться. Которой, он не преминул воспользоваться.

- Лавров, Владимир Николаевич, друг Ильи Сергеевича, - с доброжелательной улыбкой гость проследовал в кабинет и пожал руку Малкольма. - Меня не предупредили, но, позвольте спросить: если меня встречаете вы, значит ли это, что господин Модус отсутствует?

- Именно так, - Малкольм проследил взглядом, чтобы слуга запер дверь кабинета.

- Действительный статский советник Дмитрий Меньшиков, заместитель господина Модуса, - представился Малкольм. - Илья Сергеевич в настоящий момент находится в объезде. Могу ли я вам чем-то помочь?

Лавров на мгновение задумался, после чего вынул из портфеля и положил на стол перед Дмитрием кожаную записную книжку. 'Странно тонкая', - мельком взглянув на предмет, отметил Малкольм. К сожалению, его очки перенос во времени не пережили, поэтому, сейчас приходилось прищуриваться, чтобы навести резкость. Времени искать подходящего окулиста не было. Да и пенсне носить... Интересно, но не практично. И не привычно, самое главное.

- Что это?

- Господин советник, это одно из устройств, которое было при вас и ваших людях, когда вы оказались в Зимнем, - понизив голос пояснил Лавров. - Не пугайтесь, я один из немногих, кто знает истинную тайну вашего Корпуса.

- Меня об этом не предупреждали.

- Вероятно, Илья Сергеевич забыл. Но, так или иначе, о том, кто вы на самом деле знаете только вы, я и государь. По долгу службы, Его Величество обязал меня помимо основной деятельности, так же следить за безопасностью каждого из советников.

- Покорнейше благодарю, Владимир Николаевич, - Малкольм с ходу попытался вспомнить, кто же такой сидит перед ним, но, к сожалению, не преуспел. Либо слишком незначительная фигура, либо весьма секретная. А полной секретностью в это время обладало лишь Разведочное отделение. 'Занятно, - подумал Малкольм. - За нами приглядывают контрразведчики'.

Чтобы как-то смягчить неловкость молчания, Дмитрий раскрыл блокнот, чтобы узнать его содержимое. Но, едва взял в руки принесенный разведчиком предмет, как понял, что ошибся.

- А у кого конкретно вы изъяли электронную книгу? - Поинтересовался он.

- К сожалению, это не было отражено в сопутствующих документах. Да и после общения с господином Модусом, государь вызвал меня на прием и приказал лично уничтожить все записи и показания о задержании вас и ваших коллег.

- Что ж, большое спасибо. Мы отыщем владельца. Но, дело в том, что господин вице-адмирал уже вернул нам все наши вещи некоторое время назад.

- О, я знаю об этом. Илья Сергеевич получил все эти вещи от меня. Но, к сожалению, один из моих подчиненных... недосмотрел и не в полном объеме вернул господину Модусу изъятые вещи. Вот, этот предмет мы отыскали совсем недавно, и я решил его сразу же вернуть.

'Конечно-конечно!' - Малкольм внутренне улыбнулся. Этот самый подчиненный либо хотел прикарманить неизвестный предмет, либо разведчики сами бились над тем, чтобы заставить его работать. И, исходя из многочисленных царапин экрана и корпуса - заместитель командующего Корпусом склонялся ко второму варианту.

- Большое спасибо, что вернули этот предмет, - он убрал его в шкаф стола, подальше от любопытных глаз.

- Ну что вы, не стоит благодарности! Это моя работа! Кстати о ней! - Лавров вновь углубился в свой портфель. - Илья Сергеевич давал мне ознакомиться с его предложениями по реформированию вверенного мне отделения. Где же это? А, вот, нашел! - На стол лег запечатанный конверт. - Вам не составит труда вернуть эти документы господину командующему. Скажите ему, что предложение очень интересное, но, к сожалению, не реализуемое.

- Не извольте беспокоиться, Владимир Николаевич! Все будет в лучшем виде. Но, не сочтите за дерзость, а что вам в плане показалось неосуществимым? - Илья упоминал на ночном совещании, что собирается превратить контрразведку в подобие НКВД, но с более гуманным подходом. Правда, ни для кого из присутствовавших тогда эта новость не стала хорошей.

Аппарат репрессий, в каком бы он обществе ни существовал, это машина террора. Малкольм, несмотря на явные заслуги этой структуры во времена советского государства, не мог не принимать во внимание, сколько людей было убито или сослано в лагеря по ложным доносам. И, если Илья планирует воссоздать 'кровавую гэбню', то стоит заранее знать об этом.

- Дело в том, что Илья Сергеевич предлагает создать единую систему контрразведки. По всей Империи. И наделить ее полномочиями политического сыска, которым ведают жандармы, вкупе с противодействием зарубежным агентам. Даже не принимая во внимание, сколько потребуется на создание такой организации, нужны же еще деньги, оборудование, люди - что самое важное!

- Понимаю ваше замешательство, дорогой Владимир Николаевич. Но, здесь должен заметить, что, хоть и не всегда схожусь во мнениях с Ильей, тут я его поддержу. Не вникая в подробности, скажу, что в России, независимо от века, будь то двадцатый или двадцать первый, всегда существовал чрезмерно раздутый аппарат власти. Вне зависимости от того, какая это была служба. Правоохранительные органы, чиновники или какие еще структуры - все они дублировали друг друга и подменяли полномочия. Это вносило своеобразный хаос в головы народа. А человек не может вечно терпеть, чтобы ему дурачили голову, отсылая из одного ведомства в другое.

- Не уверен, что понимаю вас правильно.

- Позвольте, я проясню. Та структура, которую хочет создать Илья, должна будет вобрать в себя верных патриотов, вне зависимости от их предыдущего рода службы - жандарм, моряк, кавалерист или городовой. Но, вместе с тем, принимая на себя обязательства по политическому сыску, ваша служба отнимет такие полномочия у жандармов. Согласитесь - когда две могущественные организации занимаются одним делом - у них без сомнения возникнут разногласия и взаимные конфликты, что мешает высшей цели. Поэтому могу предположить, что Илья просто не рассказал вам свой план в подробностях. Не волнуйтесь, у него это часто.

- Ежели так, и создание Имперской Контрразведки приведет к упразднению жандармов, то, каким образом будет работать такая структура?

- Полная конфиденциальность, дорогой Владимир Николаевич. Аналогичная той, в которой действует наш Корпус. Из опыта истории, которую мы с коллегами хотим предотвратить, в нашей стране существовали подобные виды специальных служб. Действовали они весьма эффективно, но, зачастую - через чур жестко. Большое количество людей было репрессировано по ложным обвинениям и доносам. Поэтому, в первую очередь такая организация должна ставить во главу угла именно достижение истины, а не количество обнаруженных 'врагов народа'.