Илья Модус – Гранд-адмирал. Том 8. Доминация (страница 256)
— Как вы вообще догадались спрятаться здесь? — поинтересовался Хан, вцепившись руками в штурвал корабля. «Сокол» заметно трясло и швыряло из стороны в сторону, словно он находился на спине взбесившегося таун-тауна.
— Темная Сторона, — объяснил Толм. Его голос звучал отстраненно, как если бы он был мыслями не здесь. — Эта планета, Зигула, преисполнена ею…
В памяти Лейи шевельнулись обрывочные воспоминания. Что-то знакомое. Очень знакомое.
— Вот же ж манит джедаев к Темной Стороне, будто там кореллианский виски бесплатно наливают, — проворчал Соло. — Толм, вы не боитесь, что ваши джедаи селят с катушек и последуют путем Дарта Вейдера…
— У нас едва ли найдутся юнлинги, — так же задумчиво произнес Толм.
Лейя с недоумением посмотрела на джедая. Разумеется, она уже знала о том, как ее отец пал на Темную Сторону. И про резню в Храме джедаев, которую учинил новоявленный Дарт Вейдер, тоже. Нет, разумеется, она бы не стала оправдывать его — никогда и ни при каких обстоятельствах она бы не стала убивать детей…
«Даже, если это путь к спасению твоих собственных?»
Ядовитый голос Темной Стороны воспользовался ее секундной утратой контроля и проник под все духовные скрепы и броню, которую Лейя смогла нарастить и воздвигнуть в своем разуме за все это время. Страх, самый известный искуситель Темной Стороны, тот, что сотни и тысячи джедаев привел в объятья учения ситов, пронзил ее. Уколов за самое большое и важное для матери — судьбу ее детей.
Лейе потребовалось несколько томительных минут, чтобы успокоить свое сознание и взять под контроль эмоции. Темная Сторона способна играть с эмоциями и использует мельчайшие трещинки самосознания и самодисциплины, чтобы посеять внутри семена. Они будут зреть в душе, практически не осязаемые, изменяя само поведение и суть человека, прежде чем прорастут и превратят разумного в чудовище.
Лейя уже не раз и не два была близка к Темной Стороне. Но всегда, поддаваясь гневу, находила путь обратно. Делала работу над своими ошибками и все дальше уходила от порочного пути своего отца.
Всего-то и нужно, что воспринимать все эти шепотки Темной Стороны с точки зрения холодной логики. Каждое обещание, каждое заманчивое предложение Темной Стороны может быть принято только тем, кто не в силах контролировать свои эмоции. Тот, кто обучен этому, сразу поймет, что Темная Сторона — лишь обман.
Казалось бы — какая хорошая мать не переживает о своем ребенке? Любая. А, если детей трое, то переживания вырастают в такой прогрессии, что им сложно подобрать подходящее название. Не существует в науке такого вида прогрессии.
Но конкретно что предложила ей Темная Сторона сейчас? Заронила мысль, что путь Дарта Вейдера — это возможный путь к спасению ее детей? Что ж, смелое выражение. И абсурдное.
Лейя в достаточной мере знала о деяниях Дарта Вейдера. И в последнее время немало узнала и об Энакине Скайуокере. Конечно, многое еще сокрыто, но уже одно то, что она знала…
Ее отец был рабом, которого джедаи выиграли в гонках на Татуине, будто какой-то трофей. Он помог снять блокаду Торговой Федерации с Набу. Он совершил немало подвигов во имя Республики, мира и демократии. Он был сильнейшим джедаем своего времени. Героем без страха и упрека.
И он был лжецом. Тайно влюбленным в ее мать, сперва королеву, а, затем, и сенатора, Падме Амидалу. Он спас ее от казни на Арене Петранаки во время Первой Битвы за Джеонозис. И…
Как политик, искушенный в дипломатии, Лейя восхищалась своей матерью. Еще до того, как узнала кто она на самом деле, юная принцесса Альдераана изучала архивы работ многих видных политиков прошлого. В том числе и сенатора Амидалы.
Можно сказать, что та была для нее образцом женщины-политика.
И сейчас Лейя могла с грустью сказать, что ее мать была той еще авантюристкой, которую частенько захватывали эмоции. Что ж, дочь пошла в нее.
Когда она поняла, что Бел Иблис играет ее в темную, то с горечью подумала о том, что на ее месте Падме Амидала разыграла бы собственный авантюрный гамбит. И рядом были бы верные друзья — Энакин Скайуокер и Оби-Ван Кеноби. Да, у нее тоже есть друзья-джедаи… А ее муж может дать фору многим из джедаев. Не Люку, конечно… Эх, Люк… Вот кто-кто, а ты с твоей философией меньше всех должен был быть такой авантюрной натурой.
Так или иначе, но Лейя уже знала о том, что ее отец боялся потерять ее мать. И его «друг» Палпатин методично обрабатывал юного джедая, роняя в его импульсивную душу так много зерен сомнения, так много соблазна, что, однажды, тот просто не выдержал и поддался. Действуя из лучших, как он считал, побуждений, отец предал джедаев, Республику, все, во что верил, чтобы получить обещанный Дартом Сидиусом секрет победы над смертью. Секрет, с помощью которого он планировал спасти ее мать.
А дальше… дальше все стало грустно. И трагично. Энакин Скайуокер превратился в Дарта Вейдера. Он перебил джедаев, сотни и тысячи юнлингов, падаванов, мастеров. Прямо в Храме Джедаев, или же охотился на них как на диких зверей по всей галактике. Затравливал их и убивал.
И ради чего все это?
Ради спасения жены? Или потому, что он поступил необдуманно, импульсивно, эгоистично? Решил взять в свои руки судьбу галактики, предал, убивал, стал марионеткой в руках Императора… И стал причиной, по которой его любимая умерла.
Энакин Скайуокер собственными руками уничтожил то, за что боролся. Он отвернул от себя всех, кто был его другом. Он убил своих бывших друзей. Он предал свою клятву джедая. Он взорвал свой гиперпространственный путь, по которому двигался став джедаем. И все, что у него осталось — это последствия его деяний.
Единственный, кто у него остался — это Палпатин. Единственный, кому он был нужен. Да и то, в качестве пугала и мясника, исполнительной пешки, которую Палпатин мог заменить при удобном случае. И, едва не заменил, как только на его пути появился Люк.
Искал ли Дарт Вейдер Люка потому что того требовал Император? Или та его часть, что была Энакином Скайуокером отчаянно пыталась обнаружить остатки того, что свидетельствовало о том, кем он когда-то был? За этим ли он искал сперва сына, а затем, и мог бы начать искать дочь?
Дочь, которую он пытал и на которую устраивал охоту…
Лейя выстроила внутри себя океан умиротворения, Темная Сторона отступила, не в силах сопротивляться ее безжалостной логике. Эмоции — важная часть жизни. Но их нужно контролировать, не поддаваться им, чтобы не стать таким чудовищем, как Дарт Вейдер.
Нет. Она твердо уверена — ничто из того, что сделал Дарт Вейдер ради того, чтобы спасти ее мать, не оправдывало его. Он чудовище, которое просто прятало свою сущность под личиной Энакина Скайуокера. Просто Палпатин высвободил этого зверя и дал команду «фас!».
Нет. Его история — не ее история. Ему нет прощения. Ему нет оправдания. И его путь — это не ее путь.
Темная сторона снова отступила. Неохотно, поэтому ее пришлось выталкивать из своего разума, чтобы освободиться окончательно. Но, зато теперь она могла чувствовать себя комфортно.
— … «… сокол» вызывает министра иностранных дел Альянса, — полушутливым тоном обратился к ней Хан, продолжая вести корабль. Пусть его голос звучал весело, но все же он был встревожен. И только она могла это увидеть. — Лейя, с тобой все хорошо?
— Да, — она даже улыбнулась. — Небольшая борьба с Темной Стороной.
— Чего⁈ — Хан обернулся. Чуть дернув штурвал, он едва не свалил корабль в штопор, но вой и усилия вуки исправили положение. — Толм, это что за новости⁈ Моя жена прямо на моем корабле чуть новым Императором не стала⁈
— Нет, — джедай выглядел чуть более расслабленным. — Лейя прошла еще одно испытание, отвергнув очередные посылы Темной Стороны. Она будет великолепным джедаем. Темной Стороне на Зигуле не сломить ее.
— О, спасибо, что предупредили! — возмутился Хан. — Ах да… ВЫ НЕ ПРЕДУПРЕДИЛИ!!!
— Все в порядке, Хан, — заверила Лейя. — Это часть жизни джедая — постоянно противостоять тьме. В том или ином обличье. Спасибо, что верите в меня, мастер Толм, — она улыбнулась старому джедаю. — Не знаю, чтобы я делала без ваших тренировок.
Тот рассеянно улыбнулся.
— Я вспомнила, — охнула Лейя. — Зигула! Я уже слышала это название раньше!
— В самом деле? — Хан посмотрел на нее с недоверием. — Я-то его впервые услышал… Ну, примерно тогда, когда мы подобрали мастера Толма.
Спасение Толма — это буквально провидение Силы.
Возрождающийся Орден джедаев сейчас столь малочисленен, что не было никакого смысла подыскивать им резиденцию где-то за пределами Дака. Правительство выделило им территорию в одном из плавучих городов, любезно предоставленную мон-каламари. И, с учетом того, как долго отсутствовала Лейя, она не знала что и как происходит с Орденом.
Об этом, как и о многом другом, рассказал Толм.
— Мой отец был на Зигуле, — пояснила Лейя.
— Энакин никогда не был на этой планете, — возразил Толм. — Да и Дарт Вейдер…
— Бейл Органа, — уточнила принцесса. — Он и Бен Кеноби прилетели сюда с миссией по наводке осведомителей моего отца. Они попали в ловушку и противостояли огромному количеству опасностей. Собственно, с этого и начались их дружеские отношения. Отец никогда не рассказывал подробностей. Лишь как-то обмолвился, что Зигула была ловушкой, из которой он и Кеноби спасли друг друга.