Илья Модус – Гранд-адмирал. Том 8. Доминация (страница 181)

Потому как сила взволновалась не просто так. Что-то, или кто-то неосознанно поколебал ее. Но при этом, это точно был не Кип Дюррон.

Кто-то находился рядом с ними и очень умело скрывал это. Подобными фокусами обладали дженсаарай, леди Тано неоднократно демонстрировала и Сокрытие Силы, и Маскировку, она же камуфляж… Вот только… Для чего учителю все это время оставаться рядом и быть незамеченной?

— Гляди, — когда Люк приблизился, Кип указал ему на боковую часть доспеха клона. — Видишь?

— Не совсем понимаю о чем ты, — признался Люк. — Броня, как броня и… Эй, что ты делаешь⁈

Дюррон бесцеремонно схватил его за левую, настоящую руку и приложил ее к боковой части кирасы.

— Глазами не увидеть, но наощупь…

— Дефект? — выдал Люк первую пришедшую ему на ум мысль. — Наплавление материала… Только какое-то странное.

— Думаю я знаю что это. Помоги мне расстегнуть крепления.

Вдвоем они потратили всего несколько секунд для того, чтобы открыть себе доступ к поддоспешному костюму мертвого солдата. И Дюррон, ни слова не говоря, ткнул пальцем в то место, где над костюмом только что была броня. Пошевелив фалангой, он продемонстрировал Люку ровный, аккураный разрез, толщиной не более с половину ширины ладони. А так же ровную рану на теле клона. Ровную и со следами прижигания.

Люк почувствовал как заныла его правая рука чуть выше того места, где протез соединялся с настоящей частью предплечья.

— Это не несчастный случай, — прошептал Кип. — Я видел тоже самое на других солдатах. Их убили, а потом свернули шеи, чтобы имитировать несчастный случай.

— Убили световым мечом, — помрачнел Люк. — Здесь есть кто-то, владеющий таким же оружием, что и мы с тобой.

— И он не любит клонов, — заключил Кип, поднимаясь на ноги. — Скайуокер, нам нужно сообщить об этом в штаб. Похоже, что тут есть живые ситхи. И это про…

Кип замолчал в тот же самый момент, как Сила рядом с обоими учениками взвилась ураганом Темной Стороны. Люк ощутил это на мгновение до того, как рядом с молодыми адептами Силы, буквально из воздуха, появилась массивная, с ног до головы закованная в черную броню, фигура.

— Беги! — рявкнул Кип, толкнув Люка ногой в плечо. Татуинец, не ожидав подобного, кувыркнулся через голову несколько раз, кубарем откатившись на несколько метров. Вскочив на ногри, Люк запалил свой световой клинок, заняв стойку готовности к сражению.

Сжимая в руках световой меч, фигура одним ударом обрушила сопротивление попытавшегося защититься Кипа Дюррона. Он заблокировал сильнейший дуар светового клинка, но тут же получил удар бронированным кулаком в лицо. Мальчишка безвольной куклой отлетел к валунам, ударился об одного из них головой и отрубился.

Люк чувствовал, что Дюррон жив, но без сознания. Одним прыжком он сократил расстояние между собой и неизвестным, вступил с ним в поединок. Клинки — к его удивлению, у противника так же имелся не алый, не бардовый, а зеленый цвет светового меча — с треском и гудением столкнулись. Люк, переводя оружие в клинч, почувствовал как его руки задрожали от невероятной физической силы противника. Так что, понимая, что тот его сейчас банально пересилит, юный Скайуокер разорвал связку и отступил, рубанув перед собой оружием джедая, словно старался отогнать неприятеля.

На неопытном бойце этот выпад мог сработать, поразив его брюшину. И, скорее всего, был бы фатальным.

Но гигант в черных доспехах сделал ровно то, что и должен был опытный дуэлянт на световых клинках. Он плавно, но быстро, сместился назад, не оставив Люку и шанса поразить себя.

Впрочем, он и сам не воспользовался возможностью ударить молодого мужчину в корпус, когда тот на мгновение открылся в своем рискованном финте. Что довольно странно для того, кто намерен убить противника.

Но самым важным для Люка сейчас было занять позицию между противником и беззащитным Кипом, да не допустить беспрепятственной расправы. Несмотря ни на что, этот парнишка не заслужил подобной смерти.

— Ты не пройдешь, — пообещал Люк, занимая надежную позицию для защиты. — И не убьешь моего друга.

Из-под шлема противника прозвучал приглушенный смешок.

— Ты глупец, Скайуокер, если думаешь, что мне нужен этот молокосос, — неизвестный воин, выше Люка на голову-полторы, вальяжно сделал шаг вперед. — Я долго ждал возможности поквитаться с Дартом Вейдером… Но, как узнал от этих клонов, — он презрительно отбросил лежащий на его пути труп солдата в сторону, — твой папаша умер. Что ж… Я могу передать ему прощальное приветствие, отправив в Силу тебя. Ты в моей ловушке, Скайуокер.

— Если думаешь меня запугать, то не получилось, — признался Люк. — Я тебя не боюсь.

— Это ты так думаешь, — противник демонстративно исполнил одну из сложнейших фехтовальных связок, какие только знал Люк. И сделал это с такой легкостью и проворством, что сомнений не оставалось — перед Скайуокером находился опытнейший дуэлянт. — Я расставил ловушку. И ты попался в нее раньше, чем я даже мог предположить.

— Пусть так, — равнодушно произнес Люк, пропуская через себя волны Силы. — Но я выстоял против Императора Палпатина. Дважды. И тебе меня не сломить, не победить и не уничтожить.

— Такой же самонадеянный, как и твой папаша, — прорычал гигант. — Надо было прикончить его тогда, когда была возможность. Что ж, теперь я избавлю галактику от его отпрыска.

— Ну, — пожал плечами Люк. — Ты можешь попробовать.

Не говоря больше ни слова, неизвестный бросился в атаку.

Контр-адмирал Дорья — формалист. Кроме того консерватор и умный карьерный служака. Именно по этой причине неприятель решил было, что избавиться от него и его флота будет простым дело.

Ведь Дорья умеет предельно четко следовать инструкциям, шаблонам. На это и строился расчет неприятеля.

Проблема была лишь в том, что эту особенность Дорьи знал и я. Подготовить для него несколько четких, минимально вариативных планов, не являлось большой проблемой. Как и то, чтобы другие соединения пробили для Дорьи коридор.

План прост, а потому изящен.

Полномасштабное вторжение в корпоративный Сектор — не более чем отвлекающий маневр. Да, разумеется, КорпСек имеет для Доминиона ценность. И преогромную, тут нечего скрывать.

Но приоритеты совершенно иные. Мне не нужно богатство, ресурсы, производственные мощности КорпСека в той мере, о которой думают многие. Доминион располагает собственными аналогами, и многие не уступают, а то и лучше «корпоратовских». В природных ископаемых так и вовсе недостатка нет — тот же Чилунский Разлом дает столько нужных нам минералов, сколько необходимо Доминиону с учетом всех строек, ремонтов, включая срочные и незапланированные. И при этом мы успеваем накапливать запасы на складах. И это еще Разлом исследован только на пять процентов, задели самый краешек. А ведь кроме Чилунского Разлома в нашем распоряжении тысячи и тысячи миров, астероидов, лун, комет, таящих в себе ценные ресурсы.

Корпоративный Сектор — это раковая опухоль коррупции, корпоративных правил, подкупов, шпионажа и своеволия. Иметь такого соседа, готового продаться любому, лишь бы продолжать жить так, как они привыкли, стратегически опасно. Учитывая, что они под контролем Кронала — смертельно опасно.

Змее нужно отрубать голову, но даже тогда она в конвульсиях может еще наделать дел. Поэтому Корпоративный Сектор — это не более чем тело змеи. А мне нужна ее голова. Кронал.

— Стратегия покорения Пространства Триании полностью себя оправдывает, адмирал, — продолжал свой доклад Дорья. — Ваш план эффективен. Как и всегда.

— План не может быть эффективен, если он исполняется непрофессионально, — философски возразил я. Нет, ни в коем случае это не лесть талантам Дорьи. Всего лишь мысль без подтекста. — Вы успешно завершили первую фазу, контр-адмирал. С чем я вас и поздравляю.

— Без вашего вмешательства, неприятель смог бы увести часть своих подкреплений в Мореллию или к Фаране, — поморщился Дорья. — Или в Пространство Кобули. Куда угодно, где мог бы использовать их для затруднения дальнейшей кампании.

— Превосходно, что вы понимаете это, контр-адмирал, — заключил я, сделав еще один глоток кафа. — В будущем вы этой ошибки не сделаете. Надеюсь.

— Не сделаю, сэр, — сухо, но твердо ответил Дорья. — Адмирал, наш трианий вызывает у меня некоторое недовольство.

— Тем, что осознает последствия своих действий? — уточнил я. — Да, это было учтено. Сейчас он переживает катарсис, шокирующее состояние осознания открывшейся ему истины. Пространство Триании невозможно захватить, не уничтожив его защитников. А без его захвата, мы не выйдем на нужные нам для дальнейшего продвижения рубежи.

— Согласен, сэр, — Дорья покосился на кружку с остывающим кафом. Интересно, как долго он еще будет скрывать, что у него непереносимость кофейных зерен? Не то, чтобы это было критически важным в его психологическом портрете. Но это значимый штрих.

Контр-адмирал Дорья больше не чопорен, не уперт, не принципиален в тех вопросах, которые требуют от него уступить ради достижения целей. В настоящий момент его цель — понять причину, по которой я прибыл в расположение его главных сил.

Стратегический план уничтожения Кронала, известный под оперативным названием «Игра», известен строго ограниченному кругу лиц. И, по большей части, все они так или иначе находятся на «Химере». Так же о нем осведомлен Пеллеон, как следующий в командной иерархии Доминиона. Ну, и как каждый кусочек моей стратегии, «Игра» в полном объеме зафиксирована в информационных банках данных штаб-квартиры.