Илья Модус – Гранд-адмирал. Том 8. Доминация (страница 175)

— Все верно, капитан.

— Но… Ведь согласно плану кампании нападение на территории Кронала планировалось с двух сторон, чтобы раздергать его силы, — смутился командир «Химеры». — А Корпоративный Сектор не захвачен…

— Вы достаточно наблюдательны, капитан, — подчеркнул я. — Потому, перечитайте текущую фазу операции «Игра». Даю слово, если обнаружите там хоть слово относительно предварительного захвата Корпоративного Сектора, на следующий день вы возглавите флот.

— Эм… — Тшель явно смутился, сбитый с толку откровенностью. — Я… не готов процитировать, но в общем смысле ведь было указано именно это… Мы ведь никогда не подставляли спину тем, кто могут ударить по ней.

— В том и суть операции «Игра», капитан, — пояснил я, вздохнув. Объяснял же. — Мы раз за разом демонстрировали противнику одну и ту же тактику, приучили его к определенному алгоритму наших действий, — впрочем, судя по тому, что Тшель, слышавший это же, но другими словами, совсем недавно, не принял слова в глобальном, стратегическом поле, то что говорить о противниках? — И теперь они могут наблюдать за тем, как филигранно мы можем отказываться от хрестоматийных правил войны на любом уровне. Будь то локальный конфликт, тактическая операция или глобальная война. Мы перекроим всю картину представления противника о Доминионе. И ввергнем их в хаос, сломив стратегическое планирование банальным непониманием как и каким образом мы будем действовать дальше. Расщепить внимание Кронала можно не только на поле боя. Достаточно выбить у него из-под ног почву, и он сам уничтожит свое детище неразумными приказами. И мой оппонент окажется не в силах его остановить.

Тшель молчал несколько секунд, переваривая информацию. Понимаю, что он в первый раз не воспринял ее всерьез, думая, что изменение тактики касается только тактики. Очередная классика, преподнесенная под новым соусом.

Но теперь он понял, что изменилась не только тактика, но и стратегия Доминиона.

Мы больше не боимся подставлять свою спину. И пусть Тшель не понимал по какой причине мы этого больше не боимся, но противник знал и того меньше. А потому он, непременно воспользуется нашим «просчетом».

Этот необдуманный шаг и будет означать конец нашего противостояния.

А дальше… Все будет проще. Дальше погибнет Темная Империя.

Глава 52

Похоже на то, что даже без чувствительности к Силе, этот разумный прекрасно видел ее тревогу. Собственно надо быть глухим, слепым и немного не умным, чтобы проигнорировать тот факт, как она реагирует на пытающуюся броситься на нее зверюгу.

И все это — на глазах сотен разумных, столпившихся вблизи контрольно-пропускного пункта в этом уголке таможенного поста. Она буквально ощущала, как ее сотни пар глаз разъяренных задержкой сотрудников и пассажиров.

— Мэм, — забрак, преграждающий ей выход, был одет в форму таможенной службы недвусмысленно положил руку на табельное оружие. Девушка отметила, что кобура бластера расстегнута, а сама модель, особенно ее калибр и скорострельность, на оставляли бы ей и шанса на сопротивление. — Я повторю второй раз. Следуйте моим указаниям! Оставьте свои вещи и выйдите из очереди.

Хотелось заплакать от отчаяния и досады. Ведь почти все удалось! Ну почему, почему именно в самом финале все пошло под откос?

— Да в чем, собственно, дело⁈ — возмутилась девушка. — Я прилетела на Макем-Те совершенно легально, мои документы в порядке, я прошла все оформления… Вы не имеет права задерживать…

Четвероногий клыкастый и когтистый зверь, прежде которого она никогда не видела, агрессивно дернулся. Но поводок, что держал в руках рослый товарищ забрака, натянулся, не позволяя зверю кинуться на нее. Поводок натянулся, животное встало на задние лапы, отчаянно вырываясь вперед. Девушка почувствовала приступ страха, увидев как тварь щелкает пастью, явно указывая на то, что не прочь полакомиться приезжей. Передние лапы, словно болты из арбалета вуки выстрелили вперед, острые как бритва когти полоснули воздух в паре метров от нее. Пусть это было достаточно далеко, чтобы причинить физический вред, однако, моральное давление она все же испытала. Да еще какое.

— В пределах своей юрисдикции я могу делать все то, что прописано в моей должностной инструкции, — холодно произнес забрак. Его пальцы сомкнулись на рукояти бластера. Толпа позади нее разом примолкла и начала рассасываться по сторонам. Большого желания оказаться на возможной линии стрельбы ни у кого не было, это точно. — Я не буду просить, мэм. Подчиняйтесь моим требованиям, иначе я применю силу.

«Ну хоть не Силу», — подумала она, с сокрушительным выдохом. Похоже, что все-таки вляпалась.

— Хорошо, но я так просто это не оставлю! — предупредила она, бросая сумку на пол. Мраморный пол послужил источником звонкого металлического звяканья, когда соприкоснулся с содержимым сумки. Краем глаза она увидела, что некоторые пассажиры за ее спиной ничком бросились вниз. Закрывая голову руками. Похоже, решили, что у нее в сумке бомба. — За подобные действия ваше начальство вас не похвалит. А я уж постараюсь, чтобы моя жалоба была очень и очень весомой! Ваши требования возмутительны…

— Да иди ты уже! — крикнул кто-то из толпы.

— Устроила тут сцену!

— Столько времени потрачено!

— Да я тебя по судам затаскаю! Я на рейс до Лианны опаздываю!

— Форменное безобразие! Куда смотрят правоохранительные органы!

Эти и другие возгласы схожего содержания, вкупе с огромным потоком негативных эмоций, обрушились на Алиссию словно массив воды из прорванной плотины. Девушка буквально ощутила на себе вес негодования разумных, что едва не сбило ее с ног. Если бы владелец страшного четвероного животного не одернул со всей силы тварь назад, то Алиссия непременно познакомилась с острыми как бритва когтями и кинжало-подобными зубами.

— Пройдемте, — к девушке подошел все тот же офицер таможни, что уговаривал ее до этого. Вежливо, можно даже, с учетом всего произошедшего, сказать что корректно, он взял ее под локоть и настойчиво повел в сторону.

Они прошли внутрь небольшого тамбура с надписью на базовом языке «Служебный проход». И уже внутри небольшой каморки таможенник указал на неприметный боковой коридор. Последний открылся ее взору, стоило только подойти к тому, что она никогда бы не приняла за потайную дверь. Просто часть стены, совершено гладкая и не похожая на проход, ушла в сторону при их приближении.

Алиссия напрягла свои чувства, призвала в союзники Силу, чтобы определить степень исходящей угрозы от этого места. Но, к ее удивлению, оказалось, что впереди не ощущается ровным счетом ничего. Ни опасности, ни благоприятности, ни единой живой души. И это пугало ее еще больше.

Ведь кто сказал, что в конце пути ее не может поджидать расстрельная команда дроидов? Машины не источают угрозу, по причине своей неживой природы. Девушка собралась, как сжатая пружина. Нащупав в подкладке одежды то, что любой сканер принял бы за части электронного устройства, не привлекающего никакого внимания, девушка приготовилась при первом же намеке на угрозу соединить две части светового меча.

Потайной проход терялся на фоне обычной серости металлоконструкций таможенной зоны космопорта. Ни указателей направления, ни пояснительных надписей. Его можно было бы принять за простой технический коридор для служебных дроидов. Такие есть везде, где архитекторы запланировали использование технических дроидов для нужд разумных.

Если бы не тот факт, что стоило лишь перешагнуть порог, как оказалось, что внутри нет ровным счетом ничего. Ни зарядных станций, ни ниш для служебных дроидов. Ни даже самих дроидов.

От самого таможенника Алиссия так же не ощущала никакой угрозы, что еще больше сбивало ее с толку. Девушка прокручивала в памяти моменты пересечения границы Доминиона, пытаясь понять чем и как она могла вызвать подозрение. Но, как бы она не старалась, ответ все не приходил.

Покинув алтиссиан, она тщательно замела за собой следы, используя фактически случайные направления, чтобы сбить возможных преследователей со своего следа. Она не знала точно, пойдет ли кто-то за ней, чтобы остановить или устранить. Но полагала, что так просто девушке никто не даст ускользнуть.

Совет продолжал свою политику не нужной, по ее мнению, изоляции. И это приводило к стагнации, хоть и позволяло алтиссианам выжить все это темное для джедаев время. Но теперь, когда есть шанс…

Совет был уверен в том, что Траун пускает им пыль в глаза, чтобы выманить алтиссиан из их убежища. Алиссия, хоть и была молода, но в радужные перспективы будущего так же не верила. Ни в то, что алтиссиане когда-либо прекратят свою гонку от потенциальных угроз, ни в то, что в Доминионе их встречать будут как великих героев и остаток жизни они проведут, почивая на лаврах.

Девушка верила в то, что ей было сказано: алтиссианам предлагают прекратить свой побег от галактики, но в замен даже не просят, а требуют работать на благо Доминиона. Не так, как могут алтиссиане, а так, как им скажут.

Лично для нее, разумного, для которого большая часть сознательной жизни проведена в бегах от преследования Империи, возможность просто осесть где-либо, не бояться за свою жизнь, и, наконец-то применить для благого дела то, чему она училась все это время, являлось благом. Потому как, иначе, зачем все это?