Илья Мельцов – Сборник "Даррелл" (страница 140)

— Вы ведь мятежники, так? — совершенно неожиданно спросила Оливия.

— Закрой рот, — процедил человек, державший кинжал.

— Мы идем в Идельбург, чтобы помочь истинному королю.

— Закрой рот, сучка! — злобно прорычал мужчина и сильнее прижал лезвие к шее женщины. Потекла кровь.

— Пусть говорит, — усач осадил своего подчиненного.

— Цель моей миссии я могу поведать только вам, — Оливия ни на секунду не изменилась в лице, даже когда кинжал едва не вскрыл ее сонную артерию. — Это очень важно для нашей общей победы.

— Янош, — мужчина обратился к человеку, удерживающему женщину, — отпусти её. Как ваз зовут, милейшая?

— Оливия.

— Подойдите. А вы, — говорящий кивнул на остальных участников действа, — если начнутся проблемы, убейте вторую.

Посыл был предельно понятен. Я старался не шевелиться, чтобы оставшиеся люди не наделали глупостей, и не зря. Когда на поляну ворвался взбешенный, как бык, Маркус, мне на секунду почудилось, что кинжал, прижатый к шее Николь, дернулся, но нет, девушка осталась цела.

— Маркус спокойно, — крикнул я. — Не шевелись.

— Что происходит? — наемник непонимающе крутил головой.

— Понятия не имею, но Оливия сейчас ведет переговоры.

— Стойте там, — нервно произнес один из бандитов. Чувствовалось, что он находится на грани нервного срыва и может совершить любую глупость.

Не знаю, чего Оливия рассказала седому мужчине, однако вскоре они вернулись на поляну, и дворянка уже не выглядела как заложница.

— Произошла ошибка, — громко сказал усач, — отпустите даму. Господа, просим прощение за нападение. Мы не подозревали, кто вы, и с какой целью путешествуете.

— Эрвин, ты уверен? — спросит человек, удерживающий Николь.

— Ты плохо слышишь?

— Нет, нет, — пробормотал Янош, отпуская девушку.

— Очень жаль, что все так вышло, — сказал Эрвин. — Мы потеряли много людей, Оливия, вы выбрали себе в охрану сильных бойцов.

— Зачем напали и кто вы вообще такие? — спросил я.

— Мы — люди, вставшие на сторону Роберта Андаринского. Наше объединенное войско было разбито, мои земли король забрал себе, теперь я и еще несколько почтенных дворян вынуждены скрываться.

— И все же, зачем вы напали?

— Человек, приставленный наблюдать за бродом, заметил вас и подал сигнал. Нам некогда было разбираться, кто именно пришел в эти леса: беженцы или люди короля. Мы не хотели рисковать, поэтому приняли решение уничтожить вас. Видимо я переоценил свои силы. Вы ведь наемники?

— Да, — ответил Маркус.

— Так я и думал.

— Что теперь? Мы можем идти дальше?

— Конечно, однако моя святая обязанность помочь госпоже Оливии в ее миссии. Вы можете переночевать в нашем лагере, после чего мы снабдим вас всем необходимым для дальнейшего путешествия.

— За нами может быть погоня.

— Я выделю людей. Они постараются увести ее по ложному следу. Прошу за мной. Миклош, ты остаешься здесь, людей нужно похоронить и отправь кого-нибудь в лагерь, пусть соберут отряд, нужно запутать королевских псов, если такие появятся.

— Сделаем, — мрачно ответил мужчина. Теплых чувств он к нам явно не испытывал, что, впрочем, неудивительно. Мы только что положили едва ли не десяток человек, которые вполне возможно были его друзьями.

— Нам точно надо идти с этими людьми? — Едва слышно произнес Маркус, подойдя ко мне вплотную.

— Думаю, да, — так же тихо ответил я. — Помощь не помешает. Не знаю, чего там наплела Оливия, но Эрвин ей верит. Ты кстати, не ранен?

— Нормально. Против меня всего трое были и лишь один из них — маг. Основная масса видимо впереди была. Если бы я на твоем месте шел, точно бы не выжил.

— Не прибедняйся. Хотя да, щит они почти пробили, повезло, что действительно сильных магов у них не нашлось.

Пока мы тихо переговаривались с другом, Эрвин закончил раздавать указания и приглашающе махнул рукой. Женщины, взглянув на нас, тут же последовали за седовласым мужчиной. Пришлось и мне ненадолго приглушить паранойю и последовать их примеру.

Лагерь мятежников располагался в часе ходьбы от места, где случилась стычка. Всю дорогу Эрвин не отходил от Оливии, развлекая ее рассказами о своей семье и том, как прошло восстание Роберта. В принципе, я тоже был не против послушать историю конфликта между венценосными особами.

Как мне уже было известно, горячая фаза восстания началась больше месяца назад. Очень многие дворянские роды присоединились к нему. Королевство вспыхнуло, как сухая трава. Многих не устраивала политика короля, направленная на ущемление прав аристократов. Правитель пытался устранить пережитки древности и перевести страну на новые рельсы рыночных отношений. Убирались закладные на крестьян, делавшие их по сути рабами землевладельцев, людям, не имеющим дворянского происхождения, продавались земельные наделы для строительства и ведения бизнеса, менялась структура власти.

Роберт Андарнинский негативные настроения в обществе прекрасно осознавал и решил поставить их себе на службу. Он засиделся в наследниках престола и желал править сам, а политика, проводимая его отцом, позволила реализовать свои планы.

Несколько месяцев подряд Роберт рассылал письма наиболее недовольным дворянским семьям, подбивая их присоединиться к восстанию, и у него даже получилось найти немало сторонников, но кто-то сдал непокорного сына отцу, и Роберту пришлось бежать. Его не смогли поймать, что позволило мятежному принцу собрать под свои знамена множество молодых и не очень аристократов.

Произошло сражение. Армия короля, состоявшая большей частью из профессиональных военных, посвятивших службе всю свою жизнь, с треском разбила, наспех собранное войско Роберта. Многие бежали в том числе и Эрвин. Люди укрылись в лесах, и теперь седовласый дворянин мечтал, чтобы нынешний король почил, а на трон взошел Роберт. Только так родовое поместье Эрвина, что сейчас принадлежит короне, вернется своему истинному владельцу.

Слушая рассказ дворянина, мне все больше нравился король, затеявший реформы в своей стране. Традиционализм изжил себя. Далеко на сельском хозяйстве не уйти, уж в этом я был уверен, зная историю своего мира. Конечно, дела этого королевства меня совершенно не касались, но в данный момент мы, судя по всему, играли на стороне Роберта. Понять бы только каким образом. Не подходит Оливия на секретное оружие, способное перевернуть ход войны. Может быть она несет с собой какой-нибудь могущественный артефакт, но зачем тогда рисковать, нанимая всего двух бойцов? Темная все-таки тут история.

Пока Эрвин вел свой рассказ, мы практически незаметно для себя добрались нужного места. Не скажу, что лагерь мятежников отличался какой-то основательностью и монументальностью, но чувствовалось, что люди живут здесь достаточно давно. Казалось бы, навесы, палатки, временные постройки, но сразу создавалось ощущение — быт здесь вполне налажен.

Наше появление не стало неожиданностью. Людей уже предупредил прибежавший ранее гонец, однако посмотреть на гостей вышли почти все. Были тут и женщины, и дети, и совсем юные девицы. Мужчин я почти не видел.

— Вы с семьей сюда перебрались? — я подошел ближе к Эрвину.

— Нет конечно, — ответил он. — Еще до начала восстания я отослал жену и дочь в другое королевство. Уверенности в победе Роберта у меня не было, поэтому со мной пошел только сын и верные люди.

— А женщины, которые здесь живут?

— Крестьяне и прислуга.

— Все ваши?

— Ну что вы. Моих тут от силы двое или трое, остальные — люди других господ. Многие пришли с верными слугами.

— И долго вы тут планируете сидеть? — подключился к разговору Маркус.

— Думаю, нет. В ближайший месяц все окончательно решится. Либо войска короля возьмут Идельбург, либо Роберт наденет корону. В первом случае нам придется уходить из страны, а во-втором, мы присягнем на верность новому правителю и вернемся в свои владения.

— Идельбург в осаде?

— По тем данным, что у нас имеются — да. Мы конечно стараемся не вылезать из этой глуши, но иногда людям приходится выбираться в города. Оттуда и стало известно, что король одержал очередную победу и загнал Роберта в Идельбург, но пока взять его не получается.

— И что мешает?

— Увы, — развел руками Эрвин, — этого мне неизвестно. Возможно дело в том, что принц привлек в город множество наемных отрядов, может в чем-то другом, однако не думаю, что это поможет Идельбургу продержаться долго.

— Именно по этой причине нам нужно спешить, — сказала Оливия. — Сергей, мы уходим сегодня же.

— Как скажете, — кивнул я. — Вопрос только: как мы проберемся в осажденный город? Прорываться с боем сквозь армию короля я не буду.

— Нам и не придется, — ответила женщина, — Ваша задача — проводить меня в окрестности Идельбурга, не больше.

— Отлично, тогда предлагаю не тратить время.

— Подождите хотя бы, пока наши люди соберут вам провизию, — возмутился Эрвин, — к тому же, здешние леса очень коварны. Рядом располагаются болота, которые могут сильно замедлить вас. Я выделю проводника, это меньшее, что я могу сделать для нашей общей победы.

— Спасибо, господин Эрвин, — сказала Оливия, — буду вам очень благодарна.

— Надеюсь, король Роберт услышит про нас?

— Непременно.

Ну вот и стало понятно, чего же этот седовласый мужчина так рьяно бросился помогать Оливии. Ничего предосудительного в подобном поведении не было, но мне хотя бы стала понятна мотивация Эрвина. От идеалиста можно ждать чего угодно, а если человек печется о своем благосостоянии, то и поступки его вполне можно просчитать.