Илья Левит – Трумпельдор (страница 50)
Этот бой стал грандиозным успехом Алленби, своего рода шедевром. Напомню первоначальное значение слова «шедевр»: в средние века шедевр — это изделие, которое ученик представлял на суд мастеров, чтобы получить звание цехового мастера. Вот и Алленби за этот бой причислен был к великим полководцам. Он упомянут в книге американца Майкла Ли Леннинга «100 великих полководцев». Собственно говоря, разбить турок, имея большой численный и еще больший технический перевес, было не так уж трудно. Но надо было разбить их так, чтобы они не могли организованно отступить в горный район Галилеи и Ливана, где снова бы закрепились. Турки, после обхода их позиций под Газой, опасались нового подобного маневра. План Алленби и состоял в том, чтобы убедить их, что главный удар будет нанесен в обход, через долину Иордана и еще восточнее. С этой целью он затеял большие ложные работы по строительству дорог и лагерей, даже макеты лошадей были расставлены — их должны были увидеть с воздуха изредка пролетавшие германские аэропланы. Вся эта дезинформация удалась — внимание турок было приковано к Восточному флангу.
Решающие события разыгрались в ночь с 18 на 19 сентября. Сперва был нанесен отвлекающий удар — на восточном фланге в атаку вместе с «АНЗАК» (австралийско-новозеландские части) был брошен и еврейский полк. До того времени 38-й полк участвовал в нескольких мелких стычках и страдал больше от малярии, чем от турок. Малярия в те времена еще оставалась бедой очень серьезной. Да, на палестинском фронте гремело меньше пушек, чем в Европе, газов не применяли, и боевые потери были не столь велики. Но смерть собирала свою жатву с помощью малярийных комаров. Летом 1918 года еврейский полк был направлен на самый тяжелый в это время участок фронта. Есть в долине Иордана такое место, где жара и малярия в июле-августе достигали максимума. Даже бедуины уходили летом оттуда. Ни один «белый» полк не выдерживал там более двух недель. А евреи выдержали семь до начала наступления и даже сохранили боеспособность. Чем и заслужили уважение в тамошней британской армии. Но сотни их тяжело болели малярией, и человек 40 от нее умерли. Теперь был приказ штурмовать переправу через Иордан, укрепленную турками. В бою «уайтчепельские портные» проявили себя хорошо. Впрочем, страшнее турок оказалась жара 19 сентября. Выдержали и ее — продолжали наступление. Жаботинский пишет, что турки прознали о противниках-евреях и охотно сдавались в плен — знали, что отнесутся к пленным хорошо. Так и было.
Но главные события той битвы разыгрались на западном фланге. Когда внимание турок было окончательно отвлечено на восток, после краткой артподготовки британцы, а в их числе и теперь уже минимально обученные индийские новобранцы, прорвали турецкий фронт (недалеко от нынешнего Тель-Авива). По словам Паттерсона, благодаря отвлекающему удару через Иордан, в районе прорыва «силы турок и англичан соотносились как силы домашнего кота и тигра»[48]. (В цифрах это значило 45 тысяч британцев против 10 тысяч турок.) Около полудня 19 сентября там был уже широкий прорыв, куда устремилась кавалерия и бронеавтомобили, чтобы не дать туркам организованно отступить. (Вообще-то для таких операций у англичан уже имелись в 1918 году специальные «кавалерийские» танки, обладавшие достаточной скоростью и соответствующим запасом хода и много навредившие немцам, но до наших мест они еще не дошли.)
Есть у нас в Израиле такое место — Мегиддо. С 1500 года до н. э. там часто происходили большие битвы. Бывало, что и с участием древних евреев. Вот и эта битва вошла в историю как битва при Мегиддо, Бог знает какая по счету[49].
Отступить в порядке турки на сей раз не смогли. Во-первых, главные пути отхода перерезала британская кавалерия. Во-вторых, их беспрерывно атаковала сверху авиация — благо перевес в самолетах у англичан был более чем трехкратный. В-третьих, помогали и арабы Фейсала-Лоуренса. Злосчастное турецкое войско растаяло, не дойдя до гор, где могло бы закрепиться. Более 30 тысяч турок сдалось. Это была ПОБЕДА! Наконец-то после всех неудач и частичных успехов англичане разбили турок наголову! Войска Алленби продолжали наступать, теперь уже беспрепятственно. 1-го октября без боя взяли Дамаск. Тут есть одна неясность. Алленби решил «дать пряник» арабским союзникам и приказал своей кавалерии попридержать наступление — пусть арабы первыми войдут в Дамаск. Этот город был мечтой бедуинской армии со дня ее возникновения. Но австралийские кавалеристы вроде бы приказ этот нарушили. Взяв Дамаск, они продолжили наступление на север Сирии. Это был последний триумф британской конницы, ее «лебединая песня».
Стоит отметить, что в этих событиях участвовал и Армянский легион, сформированный французами из армянских добровольцев со всего мира, в том числе бежавших из Османской империи. Слухи о нем вызвали большую тревогу в Турции. (И опасения подтвердились.) Но в целом участие Франции в ближневосточных событиях было тогда невелико.
За эту битву Алленби получил титул виконта Мегиддо и чин фельдмаршала. Из этой сказки он уходит. Воин он был хороший. Администратор в дальнейшем оказался плохой.
Есть в Иерусалиме на горе Скопус британское военное кладбище. Там похоронены солдаты Британской империи, сложившие головы при отвоевании у турок Земли Израильской. Есть там и еврейский участок.
Глава 85
Конец войны
В то самое время турки получили и другой сильный удар, с другой стороны. В конце 1915 года, когда погибала Сербия, англичане и французы, пытаясь помочь сербам, высадились в Салониках (с греческим нейтралитетом не считались — грекам пришлось соглашаться). Спасти Сербию тогда не удалось, но возник еще один фронт — Салоникский. Против германцев и болгар там стояли войска Антанты. Были англичане, французы. Однажды попали туда и русские. Надеялись, что трудно будет болгарам стрелять в русских — поколение назад Россия освободила Болгарию от турок (1877–1878 годы), но наивный расчет не оправдался[50]. С 1917 года были там и греки — в 1917 году Греция вступила в войну на стороне Антанты. Но душой всего дела там были сербы. Мы оставили их, когда после «Сербской Голгофы» (так называли сербы свой тяжелый переход через Албанию зимой 1915–1916 годов) англичане, французы и итальянцы вывезли их армию на Корфу (начало 1916 года). Там образовалась как бы Сербия в изгнании — с правительством, парламентом, армией. Очень скоро эту армию переправили на Салоникский фронт. Сербы (в 1916 году с Корфу прибыло 100 тысяч солдат) не составляли там большинства — самый крупный контингент был то у французов, то у британцев, но сербы были, безусловно, самыми активными. Всегда рвались вперед — освобождать Родину, всегда несли самые большие потери. Напоминаю, что вступление Болгарии в войну и разгром Сербии в конце 1915 года имели важное значение — установилась прямая связь между центральными державами и Турцией. Это сделало невозможным открытие проливов, даже несмотря на то, что русский флот к концу 1915 года, бесспорно, господствовал в Черном море, а западные союзники изначально господствовали в Средиземном.
Но наступил роковой 1918 год. В августе немцам пришлось оттянуть часть своих сил с Балкан во Францию. И вот в сентябре 1918 года, когда Алленби творил свой «шедевр» при Мегиддо, решительные события произошли и на Салоникском фронте. Соотношение сил было благоприятным для Антанты, а размах военных действий — много больше, чем в наших местах. Сербы, как всегда, были самыми активными. Болгары не выдержали. Их фронт был прорван (битва на Добром поле). И этот удар оказался роковым. Сербы с торжеством вступили в свою Сербию. Болгария капитулировала в конце сентября. Турция снова, как три года назад, была отрезана от своих союзников. А для самих Германии и Австро-Венгрии возникла угроза с юга.
Итак, в октябре положение Турции стало безнадежным. 30 октября Турция капитулировала (причем особо оговаривалась передача союзникам Баку). Мировая война шла к концу. Австро-Венгрия разваливалась. Германию все сильнее теснили на Западном фронте, но она еще держалась. Однако в начале ноября вспыхнуло восстание военных моряков в Киле. Это и был тот «удар в спину», о котором потом много будут говорить в Германии, виня в нём социалистов и, разумеется, евреев. 11 ноября немцы капитулировали. Война закончилась. Ее потом долго называли «Великая война». В СССР и левых кругах на Западе говорили: «Империалистическая война» — ибо сам Ленин сказал: «Её виновники империалисты всех стран».
Нас, читатель, больше всего интересует Ближний восток. Османская империя, владевшая этим регионом 400 лет, рухнула. Пала она, надо признать, не без славы, ибо сопротивлялась упорно. «Даже погибая, отбрасывала эта империя тень величия» говорили тогда.
Главную роль в её разгроме сыграла, бесспорно, Великобритания. На второе место следует поставить Россию, долго сковывавшую турецкие силы на Кавказе (позднее в Малой Азии), а в 1916 году, во время Брусиловского прорыва, бившую турок и в восточной Европе. Участие Франции в разгроме Османской империи было относительно невелико и в первую очередь выразилось в участии французских сил в борьбе за Дарданеллы (1915 год). А самую скромную роль сыграло арабское национально-освободительное восстание (Фейсала-Лоуренса). Как пишет Ллойд Джордж (британский премьер-министр во время войны), большинство арабов остались верны султану (в Палестине практически все).