Илья Левит – От Андалусии до Нью-Йорка (страница 28)
А также с помощью еврейских колдунов. Тяжелейшую неудачу Карл потерпел в 1542 году, когда необычайной силы шторм сорвал высадку испанского морского десанта около Алжира. Потери испанцев оказались очень велики. В Европе упорно говорили, что ту бурю наслали еврейские чародеи.
Султану корсары исправно отсылали долю своей добычи и считались его вассалами. Европа в то время не смогла ликвидировать берберское пиратство, но смогла создать свой христианский вариант средиземноморского пиратства — Мальтийский орден.
Это наши старые знакомые — иониты или госпитальеры — см. конец главы 29. B начале 1523 года, после отчаянного сопротивления, они вынуждены были эвакуироваться с Родоса. Несколько лет они провели во владениях Папы Римского, а в 1530 году Карл V подарил им Мальту и они возродили свою «маленькую великую державу». С помощью доходов от многочисленных орденских поместий в разных странах западной Европы, мальтийские рыцари-монахи завели солидный флот. Под предлогом священной войны они грабили мусульманские корабли и берега. Часто страдали от них и немусульманские подданные султана — православные греки и евреи. Самые дерзкие свои налеты мальтийцы совершали на охраняемые караваны судов (конвои), курсировавшие между Стамбулом и Александрией. На этих кораблях плавали жители турецкой столицы, направлявшиеся паломниками в Мекку и возвращавшиеся обратно. При удаче случалось захватить видных турецких вельмож и взять за них большой выкуп. Ходили слухи даже о захвате родственников султана. А кто не имел денег на выкуп, становился рабом на Мальте.
Так что на Средиземном море беспрерывно шла малая война под религиозным знаменем. Иногда она перерастала в большую — когда Испания пыталась, например, захватить Алжир. Или когда турки попытались захватить Мальту. И то, и другое не удалось.
Каждое пиратство имеет, однако, свои особенности. Были они и у берберского пиратства. Для начала, укажу, что большинство людей на судах мусульманских пиратов родились вовсе не мусульманами. Это были так называемые «турки по профессии» — то есть христианские ренегаты (перешли в ислам).
Одни попали в плен и так купили себе свободу, другие пришли сами — уроженцы бедных стран, вроде Сардинии, Корсики. Или это были специалисты из морских стран Европы, полагавшие, что тут их лучше оценят. Основатель всего этого бизнеса, Хайреддин Барбаросса, был греческим ренегатом (не единственным в той среде) и адмиралом турецкого флота («Хайреддин» — «защитник веры», почетное звание, которое дал ему султан, «Барбаросса» — «рыжебородый»). Прошу не путать его с прославленным германским императором рыцарских времен. Одному из его сподвижников — Синану — приписывали еврейское происхождение, но не сефардское, а восточно-средиземноморское.
То что Синан был храбрым воином и хорошим мореходом, это для пиратского адмирала обычно. Но молва приписывала ему и необычную в этой среде черту — гуманность. Однажды пираты Барбароссы, в их числе и Синан, были окружены испанцами в Тунисе. И, собираясь идти на прорыв, хотели перебить перед этим 6 тыс. пленных христиан. Но Синан выступил против этого и сумел настоять на своем.
А в переживавших расцвет городах Северной Африки поселилось и немного сефардов, в их числе, и бежавшие в турецкие владения мараны. Здесь они вернулись в иудаизм.
Были они врачами, купцами, ремесленниками. В общем, жили около пиратов. Опасности не было — в пиратских городах Северной Африки царил порядок (в отличие от Запорожской Сечи — тоже пиратского гнезда).
Еще одной особенностью берберского пиратства была добыча — это были, в первую очередь, не драгоценности, а люди — пленные. За них брали выкуп. Люди небогатые (а таких было большинство) нуждались в благотворительности, чтобы собрать выкупные деньги. По всей Европе собирались для пленных эти деньги, часто — в церквях. Все это было хорошо организовано. Но тем не менее, ждать выкупа приходилось нередко годами, так что, чаще всего, после удачного рейса пленных распродавали. А уж их хозяевам предстояло в дальнейшем получить выкуп. И о чем мечтал каждый испанец, стоя на рабском рынке? Попасть к еврею. Во-первых, там они понимали язык — сефарды сохраняли в быту испанский. Но главное то, что все знали — у евреев почти наверняка не будет жестокого обращения. Евреи не мстили. А вот один решил отомстить. И сумел. О нем я расскажу позже.
А жизнь шла своим чередом. В 1555 году Карл отрекся от престола и ушел на покой, в монастырь. Испанские, нидерландские, итальянские владения и Новый Свет он оставил сыну, Филиппу II, а германские земли — брату. Но обе ветви координировали свои действия, супердержава Габсбургов продолжала существовать и бороться за мировое господство. Испанские Габсбурги до конца Средних веков считали германских кузенов бедными родственниками и помогали им войсками и, что важнее, деньгами.
Глава сорок четвертая
Путь на восток
Статистика жертв инквизиции свидетельствует: во второй половине XVI века евреи попадали в лапы испанской инквизиции гораздо реже, чем в первой (я тут имею в виду саму Испанию, а не Новый Свет). Когда в 1561 году Филипп II захотел показать своей молодой жене, французской принцессе, аутодафе (коллективное сожжение), нашли для костра только 24 человека. Это снижение числа жертв произошло потому, что евреев в Испании оставалось все меньше. Хотя законом «новым христианам» запрещалось выезжать из страны, они эти законы умели обходить. А их надежды на перемены к лучшему рассеялись. Какое-то число маранов сумели, несмотря на все запреты, выехать в Латинскую Америку и обосноваться там.
Совершенно изумительна история семьи Карвахал. Луис де Карвахал достиг высшего поста в испанской колониальной администрации в Мексике и Центральной Америке. Но в 1569–1570 годах Филипп II организовал инквизицию в Новом Свете. И кончил Карвахал плохо — после десяти лет правления он был арестован и умер в тюрьме инквизиции, а его родных сожгли.
Большинство маранов в Мексике и Перу (я тут имею в виду не теперешние страны, а тогдашние вице-королевства, которые были гораздо больше), конечно, не были высшими чиновниками. Они были врачами, юристами, торговцами и т. д. Инквизиция их ловила и жгла. В общем, в испанских владениях, даже заокеанских, было опасно. И основная миграция маранов в XVI веке пошла на восток — в турецкие владения. Напоминаю, что это началось еще в конце XV века, во время изгнания евреев из Испании. Волна беженцев докатилась тогда от Пиренейского полуострова до Балканского. А затем туда стали подъезжать мараны. Это была «капельная» эмиграция, но длительная. Для начала, надо было выбраться из Испании и спасти хотя бы часть состояния. Был довольно простой способ — заявить, что всей семьей едут на паломничество в Рим, а деньги берут с собой для благочестивых пожертвований там. Но так можно было вывезти лишь относительно немного денег. В начале, пока еще действовала сеть маранских банков, деньги переправлялись через них. А в дальнейшем приходилось полагаться на контрабандистов. Но так или иначе, выезжали. Далеко не все сразу направлялись в Турцию. Некоторые пытались зацепиться в Италии, в тех районах, где не было испанского господства, в частности в Папской области. Там обычно не трогали. Можно было почти открыто соблюдать еврейские обычаи. Позже, в конце XVI века, значительная группа маранов осела в Ливорно — портовом городе, принадлежавшем тосканским (т. е. флорентийским) герцогам Медичи. Герцоги рассчитывали активизировать коммерческую деятельность в порту. Для этого они пригласили селиться в Ливорно всех купцов, в том числе евреев. И герцоги не пожалели об этом и евреям в Ливорно грех было жаловаться.
Люди европейской культуры, мараны вовсе не тянулись в мир ислама. Но жизнь показала, что это тоже опасно — вспышки религиозного фанатизма и в Италии случались, об одной расскажу в дальнейшем. По всему по этому там, в конечном счете, осело немного маранов. О них — в своем месте.
А сейчас последуем за основной массой в Османскую империю, где мараны возвращались в иудаизм.
Когда в позднесредневековой Европе пытались осмыслить стремительное возвышение Турции, то, чаще всего, объяснение давали такое: это евреи научили турок обращению с огнестрельным оружием, оттуда и обрушились на христианский мир все беды. Это, мягко говоря, было преувеличением. Ибо основную роль тут сыграли христиане-ренегаты — я о них уже писал в главе 43-й. Турки начали создавать передовую для того времени армию (и флот) до массовой эмиграции к ним испанских евреев. Так что роль еврейских оружейников в создании могучей турецкой армии была достаточно скромной, явно меньшей, чем о том говорили. Тем не менее евреи оказались туркам очень полезны во многих отношениях. Например, в создании упорядоченной налоговой системы и таможенной службы, в организации чеканки монеты, в горной промышленности. Всем этим евреи занимались еще в Испании. Теперь с успехом занялись в Турции. А вот в традиционной финансово-кредитной сфере они встретили сильнейших конкурентов в лице армян и греков. Так же и в международной торговле. В общем, турки, проявляя веротерпимость, умели каждого использовать «по способностям».