Илья Игнатов – Попаданка с острым языком (страница 2)
— У вас пятнадцать минут, — сообщил он. — Если не приготовите противоядие, помещение заполнит смертельный газ.
— Настоящий?
— Декоративный.
— Жаль. За такие деньги хотелось бы полного погружения.
Через десять минут семейная пара уже спорила. Муж настаивал, что нужно смешать синюю жидкость с красной, жена обвиняла его в том, что он всегда торопится. Девушка с телефоном нашла секретный ящик, но не заметила написанный на крышке код. Парень в очках дрожал и повторял, что мы не успеем. Я взяла две пустые склянки и поставила между супругами.
— Предлагаю семейный компромисс. Вы смешиваете обе версии. Если комната взрывается, никто не докажет, кто был прав.
Они замолчали.
Пока смотрели на меня, парень в очках наконец заметил, что цветные жидкости нужно не смешивать, а поставить перед лампой. На стене проявились цифры. Мы открыли дверь за двадцать секунд до «газа».
— Видите? — сказала я. — Паника была полезной частью рабочего процесса.
После второй комнаты парень перестал дрожать. После третьей семейная пара начала советоваться. Я не решила ни одной загадки целиком, но каждый раз, когда кто-то застревал или срывался, говорила что-нибудь достаточно нелепое, чтобы люди выдохнули и посмотрели на задачу заново. Шутка была моей универсальной отвёрткой. Ею можно поддеть неловкое молчание, ослабить чужую злость, разобрать собственный страх. Если инструмент царапал человека, всегда оставался простой выход:
Тогда я ещё не знала, что существует мир, где эти слова ничего не отменяют.
До финала наша команда успела найти ключ в черепе, поругаться из-за загадки с зеркалами и чуть не потерять человека в комнате, где пол неожиданно наклонился. Для обычного квеста всё было сделано слишком хорошо. Стены дрожали, под ногами ходили каменные плиты, а один нарисованный монстр моргнул мне так убедительно, что я моргнула в ответ. Предпоследняя комната отличалась от остальных.
В ней не было замков, шифров и скрытых рычагов. Только пять стульев перед высоким зеркалом. На раме горела надпись:
ДВЕРЬ ОТКРОЕТСЯ, КОГДА КАЖДЫЙ НАЗОВЁТ ТО, ЧТО СКРЫВАЕТ.
— Психолог входит в стоимость? — спросила я.
Ведущий стоял за решёткой.
— Зеркало распознаёт искренность.
— По лицу?
— По голосу.
Парень в очках сразу заявил, что это обычный анализатор интонации. Девушка с телефоном спросила, можно ли не участвовать. Семейная пара снова начала спорить: муж считал задание личным, жена напомнила, что они подписали согласие. Над дверью шёл обратный отсчёт.
Первой заговорила девушка.
— Я снимаю всё не для блога, — сказала она, не глядя в зеркало. — Мне страшно, когда потом нечего пересмотреть. Кажется, будто события не было.
На раме вспыхнул первый знак. Муж из пары признался, что полгода скрывает увольнение и каждое утро уезжает из дома, будто на работу. Жена молчала долго, потом сказала:
— Я знаю. И делаю вид, что не знаю, потому что боюсь спросить, что будем делать дальше.
Загорелись ещё два знака. Они посмотрели друг на друга. Впервые за весь квест без злости. Парень в очках сел перед зеркалом.
— Я говорю, что люблю головоломки. На самом деле просто ненавижу ситуации, где не знаю правильного ответа.
Четвёртый знак.
Осталась я.
— Ну, слава идёт последней.
Зеркало не отреагировало.
— Я скрываю, что билет достался бесплатно.
Ничего.
— И что украла из первой комнаты конфету.
Надпись на раме стала красной:
НЕДОСТАТОЧНО.
— Очень требовательное зеркало.
Отсчёт показывал минуту.
Все смотрели на меня. Чужие люди уже сказали то, что, возможно, не решались признать близким. А я перебирала шутки, как карты, стараясь найти ту, которая позволит не выкладывать свою. Мама спросила, почему я взяла академический отпуск. Я отвечала про скучные пары, глупые задания и преподавателя, который произносил «перспектива» так часто, будто получал за это деньги.
Правда была проще.
— Я не знаю, чего хочу, — сказала я зеркалу. — Все вокруг делают вид, что к девятнадцати уже выбрали жизнь. А я боюсь выбрать неправильно. Поэтому не выбираю вообще и смеюсь над теми, кто спрашивает.
Пятый знак вспыхнул.
Дверь открылась.
Я сразу поднялась.
— Отлично. Теперь мы знаем друг о друге слишком много и можем никогда больше не встречаться.
Люди рассмеялись, напряжение ушло. Но зеркало не погасло. В глубине отражения на секунду появилось не моё лицо. Женщина с серебряными глазами стояла перед семью светящимися кругами. Она открыла рот, и по стеклу пробежали незнакомые слова.
Я обернулась.
— Вы видели?
— Что? — спросил парень.
Зеркало снова показывало только нас. Ведущий открыл решётку быстрее, чем требовалось по сценарию. Он подошёл к раме, коснулся красной надписи и тихо выругался на незнакомом языке.
— Проблема? — спросила я.
— Сбой проекции.
— А говорили, распознаёт голос.
Он посмотрел на меня слишком внимательно.
— Что именно вы увидели?
— Женщину. Круги. Наверное, рекламу следующего квеста.
Ведущий провёл ладонью по зеркалу. Под пальцами вспыхнула серебряная сетка, но он тут же закрыл её рукавом.
— Финальная комната готова, — сказал он группе. — Следуйте за мной.
Пока остальные выходили, мужчина задержал меня.
— Если в последнем испытании увидите текст, которого нет у других, не читайте его вслух.
— Это часть игры?
— Нет.
— Тогда чего?
Он посмотрел на камеры под потолком.
— Просто не читайте.