Илья Губанов – Бредовый сон (страница 54)

Хоть есть на что жгут накладывать. — мелькнула в голове чересчур спокойная мысль, — и что наложить.

Хотя кровь почти остановилась, я всё равно перетянул. Что ещё предстояло пережить, неясно. С минуту я лежал на полу без движений, тупо мониторя происходящее. Кто-то, кого я почти не ощущал, сражался в напавшими буквально в метрах пятидесяти от меня. Совсем рядом началась какая-то нездоровая суета. Нужно было действовать и мне. Спек «догнал» и я смог нормально подняться.

Сознание более-менее работало четко, ощущения обострились. Именно из-за обострения ощущений народ принимающий спек начинает неадекватно себя вести. Нужен некоторый опыт и, можно сказать, тренировки, чтобы не поплыть и не начать творить черт знает что даже под легкой дозой, служащей противошоковым и стимулятором. Я успел в своё время так плотно «посидеть» на спеке, что даже «цеплять» перестало. Просто обострение стало таким же привычным состоянием. Тогда это вылилось в весьма тяжелый процесс завязки, который я без Змея бы возможно и не осилил. А сейчас это позволяло более-менее трезво мыслить и оценивать ситуацию.

Я подобрал автомат и осмотрел его, повреждений не было. Из разгрузки достал и выкинул магазины, в которых застряли пули. Теперь предстояло перезарядить автомат. Варианты того, как это можно сделать, я отрабатывал и проблем возникнуть не должно было.

Отправил оружие за спину, параллельно присев. Цевьё зажал под коленом, между бедром и икрой, магазином вверх. Дальше предстояло сменить магазин и заново взвести оружие. Но когда ты здоров и делаешь это просто с заблокированной рукой, всё дается вполне нормально. А вот когда остался без руки, дело пошло не так хорошо. Выщелкнул полупустой магазин я без проблем, а вот новый уткнулся в пол. Хорошо хоть под ногами была не земля, иначе пришлось бы чистить его или доставать новый. В приемник я попал только с третьего раза. Осталось схватить за рукоять и рвануть вверх, обратно в боевое положение. Проще выходит с «буллпапом», обычный автомат поднимать одной рукой трудновато — передняя часть сильно перетягивает, не давая нормально навести оружие на цель. Вместе с рывком вверх, я пнул ногой цевьё, чтобы ускорить подъем оружия. Вышло нормально, к бою я был готов.

Сосредоточившись на ощущениях, я увидел всех находившихся в здании людей. На шум устроенный мной они не обратили внимания. В коридоре не было никого, но я на всякий случай сперва аккуратно выглянул. Убедившись в правильности ощущений я вышел из комнаты залитой моей же кровью.

Всего на этаже было семь человек, а в ближайшей ко мне комнате засели сразу трое. Что надоумило муров поступать именно так, я не понял. Уже зная кто и где находится я ворвался в помещение и двумя очередями срезал муров. Одной длинной убил сидевшего на кровати гада, снаряжавшего магазины, и стоявшего у окна стрелка. Второй очередью снял второго стрелка устроившегося у другого края окна. Совсем дурными оказались, в окно чуть ли не высовывались и на вход в комнату ноль внимания. Даже знать не хотелось, что у них в голове творилось.

Опасаясь вновь поймать очередь от своих, я в полуприсяде пробрался к телам и обыскал их. Добыл пару полных магазинов и четыре гранаты. Благо на трофейной разгрузке был крючок предназначенный как раз для того, чтобы чеку вырывать.

В соседних помещениях услышали стрельбу и забеспокоились. Теперь кто-то смотрел в коридор и ждал моего появления. Снаружи к мурам шло подкрепление. Я перезарядил автомат и думал о том, как выбраться из здания и желательно забиться куда-нибудь поглубже. Но пока что это было несбыточной мечтой. Неплохо было бы зачистить этаж и просто контролировать вход. Я допил живец из фляги и переместился ближе к выходу из комнаты, ожидая действий противников.

Граната была наготове, и как только кто-то высунулся в коридор, я дернул чеку и подождав немного, кинул её. Чуть-чуть тряхнуло и ударило по ушам, которые итак ничего не слышали. Но я точно знал, в коридоре лежал кто-то раненый. Я выглянул и и приготовился к стрельбе, как только кто-нибудь появится. Но вместо этого из комнаты где, судя по ощущениям, сидел только один боец, полетела граната. Пнув кинетикой, я отправил снаряд обратно. Снова ощутил взрыв кожей, кинувший гранату боец ей же и поперхнулся.

Кто-то чересчур занервничал и, не глядя, выпалил в коридор длинную очередь. На этом оборвалась жизнь лежащего там раненого. А я рванул вперед по коридору надеясь успеть до того, как паникёр решит повторить свои действия. Удалось. Я оказался в комнате, из которой мур пытался кинуть гранату. Труп его лежал рядом с входом в ванную комнату.

Я что в гостинице? — мелькнуло в голове.

Мур не добежал до спасительной двери совсем немного. Я перевернул тело, снял с него ещё три гранаты и столько же полных магазинов. Это не могло не радовать. Поогрызаться напоследок можно было весьма и весьма серьёзно.

Оставшиеся на этаже двое уродов решил рвануть к лестнице. Видимо хотели спуститься пониже, к своим. Длинной очередью я прервал их бег. Одного наповал, второй вроде бы остался жив. Целиться не поддерживая автомат за цевьё было крайне трудно. Но я смог дать ещё одну очередь, которой и успокоил раненого. Снова перезарядился и перевел дух. Из занявших первый этаж муров идти наверх никто не хотел, хотя и там уже понимали, что к чему.

Что-то серьёзно рвануло неподалёку, после чего вновь заработал крупнокалиберный пулемёт. Я увидел попадания в стены и мне стало не по себе. Очень уж не хотелось получить очередной подобный привет. Одного хватило. Порадовало только одно, муры на первом этаже запаниковали, когда огонь крупняка сосредоточился на них и соваться ко мне не планировали.

По всей округе началась какая-то непонятная мне движуха. Несколько групп людей появились практически из ниоткуда и начали работать по мурам с внешниками. Вскоре здание опустело. Я решил больше никуда не соваться, да и слабость накатывала, действие спека заканчивалось. Видимо совсем слабый. Через некоторое время там вновь появились иммунные. И похоже, что нормальные. Я вздохнул с облегчением. Мысленно был готов к тому, чтобы вколоть себе вторую дозу и биться до последнего.

Кто-то вошел в комнату и увидев меня, навел оружие и что-то сказал. Я только указал на уши. Он понял и, не отводя от меня ни глаз, ни ствола, прокричал что-то. Через минуту ко мне подошли двое. Один наклонился и заговорил. Слова его я не слышал, но они так же раздавались прямо в сознании. Отвечал я ему просто словами.

— Ты мур?

— Нет.

— С внешниками дела имел?

— Нет.

— Ща поможем. Это ты в танк зарядил?

— Я.

— Молодец. Когда всё утихнет, не забудем. А пока отдыхай, отвоевался.

Мне вкололи ещё одну дозу спека и я благополучно отключился.

Более-менее в себя я пришел дня через три. То, что осталось от руки перестало ныть, голова очистилась от наркоты и я начал задумываться о том, что делать дальше. Быстро восстановить руку не получалось — местный знахарь после осмотра отказался работать со мной. Просто сказал, что с моими Дарами, пытаться меня принудительно восстанавливать для него опасно.

Я узнал подробнее, что произошло в ту ночь. Как оказалось, ещё во время артподготовки, народ стал собираться в здании администрации, и выживших было довольно много. Вот почему огрызались они на атаки внешников и муров так серьёзно. Тем временем, отряд из двух десятков бойцов возвращался в стаб. Двое были довольно серьёзными ребятами. Один с помощью своего Дара смог незаметно провести отряд почти к самому зданию администрации в то время, когда я пальнул из шмеля по танку. А когда внимание всех, кто не учавствовал в штурме, сосредоточилось на мне, эти ребята и нанесли довольно серьёзный удар и заставили внешников с мурами отступить. На наше счастье артиллерию внешников накрыла стая тварей и им стало не до стаба. Так и закончился этот бой.

Стронг, обещавший мне не забыть про подбитый танк, сдержал слово. Я стал обладателем красной жемчужины. Помимо неё мне пообещали бесплатно переправить на другую сторону Залива, как только это станет возможным.

Приятной мелочью был затрофееный автомат внешников. «Калаш» сделанный по схеме «буллпап», и видимо почти новый. С подствольным трехзарядным дробовиком двенадцатого калибра. Правда подствольник я снял, с ним автомат был бы слишком тяжелым для работы одной рукой. Интересным дополнением были и трехрядные магазины на сорок пять патронов. В моём случае чем реже нужно перезаряжаться, тем лучше.

Насмешкой судьбы было то, что уцелели все мои вещи, оставленные у перевозчиков. Смысла в них не было никакого, и радовало, что в ставшем почти безлюдным стабе, мне удалось продать всё, включая байк. Себе оставил только винтовку и боеприпасы к ней. В случае чего можно было поработать одной рукой с сошек.

Через два дня плавучая база внешников покинула Залив. Вот так снялась с якоря и ушла ближе к черноте, а потом вообще отошла к одной из наземных баз. Так никто и не понял для чего они в эти места приплыли и выполнили ли поставленную задачу. Разговоров и теорий по этому поводу было немало, и весь стаб вздохнул с облегчением, разве что некоторые стронги были разочарованы. Они копили силы для возможного штурма, строили планы действия, искали людей с полезными Дарами, и всё это оказалось ненужно. А те ребята, с которыми я попал на эту сторону Залива, стали готовиться к возвращению.