Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга седьмая (страница 11)

Ливий чувствовал Волю. И понимал, что может пробудить ее в любой момент. Чувство было просто потрясающим, оно даже немного пугало Ливия. Ведь Воля — это не какое-то обычное усиление. Воля способна творить чудеса. Даже не хотелось испытывать новую силу, ведь Ливий чувствовал ее так хорошо, будто она всегда была с ним.

— Теперь я стал еще сильнее. Что ж, это радует, но с телом я еще не закончил. Сколько я ни занимаюсь, все равно чувствую, что не достиг предела.

Обычному человеку требуется несколько месяцев, чтобы привести себя в хорошую форму. Несколько лет постоянных занятий, чтобы довести свое тело до идеального вида. Идущие восстанавливаются гораздо быстрее. Идущие с пиковым Телом Виверны — уж тем более. Это и было главным преимуществом идущего. Повышенные нагрузки не играют роли: там, где обычный человек поднимал бы пятьдесят килограмм, идущий поднимает двести. А эффект тот же, ведь идущий уже далеко продвинулся вперед в развитии тела.

Может, для Тела Дракона Ливий смог бы развиться всего за месяц-полтора, но на развитие своего тела Волк всегда делал ставку. Поэтому хотел выжать из себя все, что только можно. Тогда он понял, что потребуются целых три месяца.

Конечно, у Ливия не было столько времени. Приходилось компенсировать время упорством.

«Всегда есть плато. Сначала твое тело стремительно меняется, но рано или поздно ты дойдешь до такого периода, где изменения будут идти очень медленно. Я должен добраться до плато с помощью тренажеров Павильона Гидры», — думал Ливий.

Час в Зале Стали, час в Зале Облаков, один заплыв в Зале Моллюска — такие возможности Волк тоже не мог игнорировать. Остальное время уходило на обычные тренировки, потрясающие тренажеры позволяли развивать тело очень быстро.

О набивке Ливий тоже не забывал.

Доску меняли каждый день. А Ливий избивал ее, стесывая руки и ноги в кровь. Тело быстро преображалось. Спустя две недели кулаки и ступни Ливия стали намного прочнее.

Две недели в Павильоне Гидры пронеслись незаметно. И сейчас тело почти вышло на свое плато.

Лидер одного из отрядов «Совы» может получить в свои руки немалые ресурсы. Оружие, алхимия, наконец, выдача литературы по запросу — Ливий получил много возможностей. Никакого рейтинга среди отрядов не существовало, но в чем Волк быстро убедился, так это в том, что от свершений на поле рати зависит то, что ты получишь. А отряд «Ива» не успел еще себя показать.

И даже так выдача была доступна. Ливий решил брать только книги — для себя, конечно, потому что оставалось белое пятно в боевых возможностях. Магия.

Руны, глифы, символы. До погружения в кристалл драконьей крови Ливий вполне мог использовать символы. Глифы — штуки посерьезнее. И все же Ливий ощущал, что может владеть и ими. И вот уже две недели он заказывал выдачу книг как раз по глифам — кто знает, когда какой глиф может пригодиться?

Например, глифом можно упрочнить клинок. Или сделать стену ветхой. Можно установить ловушку, экстренно затянуть серьезную рану, сделать грязную воду — питьевой. Глифы несут в себе огромную пользу, и, в отличие от символов, их чаще всего используют поодиночке, а не вязью.

Впрочем, как и руны. Руны — это вершина магии. И вершина необъятная. Сравнить ее можно разве что с Телом Дракона — оно идет сразу после Тела Драконида, но следующей стадии не существует. Идущий продолжает накапливать ярь, делая свое тело все более насыщенным и пропитанным внутренней энергией. Но тот, кто делал это год, и тот, кто делал это целых десять лет — разные люди.

Так и с рунами. Начинающий, который только-только научился использовать руны, сможет это делать исключительно с помощью долгого подготовительного заклинания. Если ты уже опытен — сможешь обойтись заклинанием покороче. В конце концов идущий придет к тому, что сможет применить руны одним лишь словом активации и росчерком руки. Потом уйдет и росчерк, за ним — и слово активации. Но применять руны безмолвно — уровень мастеров из мастеров.

Распыляться на несколько рун Ливий не собирался. Да ему бы и не дали этого сделать — библиотекарь предложил всего одну книгу с полным описанием одной руны на выбор. Ливий сделал ставку на Эйфьо.

Руны обладают огромной мощью. Они могут влиять на стихийные силы и даже подчинять живых существ. Руна Эйфьо управляет воздухом. Для нападения она подходит гораздо хуже, чем Хон или Грирро. Для защиты — тоже уступает нескольким рунам. И все же Ливий выбрал Эйфьо.

Многие считают, что самая многогранная руна — это Бохэм. Она позволяет создавать конструкты. Хочешь, копье невиданной силы, хочешь, прочный щит. В некоторых школах маги начинают свое обучение именно с руны Бохэм.

А Ливий считал, что Эйфьо куда гибче.

Ветер может помочь твоей атаке — как ближней, так и дальней. Потоки ветра могут скрыть следы и запахи, порывы позволят тебе бежать быстрее. Ливий слышал, что настоящие мастера этой руны способны даже летать.

Поэтому Волк сделал свой выбор без особых раздумий.

Повторить руну было просто. Зачитав долгое заклинание и сделав несколько пассов руками, Ливий завершил колдовство движением кисти по кругу и словом активации:

— Эйхьо.

Воздушный порыв поднял мелкий мусор и пыль и очертил дугу в десяти метрах от Ливия. Для колдовства Волк решил выйти на открытое место. Но, как он и ожидал, магия оказалась слабой — не хватало практики.

— А тот Аврелиус был настоящим гением.

На чемпионате Централа Ливий увидел бой, где один из участников применил руну Бохэм. Тогда Волк здорово удивился, и только сейчас он полностью смог осознать то, насколько Аврелиус был талантлив в магии. Он не просто применил руну, будучи на уровне Зарницы, но еще и сделал заклинание быстрым и смертоносным.

— Это тебе не пыль по двору гонять, — усмехнулся Ливий.

Копирование не поможет в изучении магии. Ливий хорошо понимал принципы колдовства, вот только от долгой практики он никуда сбежать не мог. Магия не была для Волка в приоритете, но стоило подтянуть и ее.

— Как можно не заглянуть к старине Герману? — спросил сам себя Ливий, когда в очередной раз пришел в Отдел Пера. Стоило наведаться к сварливому старику.

Кузнец работал в одиночестве, что в какой-то мере даже радовало Ливия: ему не нашли замену. Когда Волк вошел в кузню, Герман отвлекся от ковки и сказал:

— Пришел, наконец.

— Здравствуйте, Герман, — улыбнулся Ливий.

— Ты не ковать пришел, — тут же добавил Герман, понимая, что Волк зашел сюда не для того, чтобы продолжить работать с металлом. — Ну и какого хрена ты приперся?

— Поздороваться. Да и как можно было не зайти? Я на войну уезжаю, Герман. Поэтому с вами пока работать не смогу.

— Понятно. Что еще?

Старый кузнец зрел в корень.

— Хочу сделать подарок своей девушке. Самый лучший подарок.

— Ты куда пришел, паскуда? — сказал Герман, но даже не замахнулся молотом.

— Подскажете?

— Это твоя девушка. Или на двоих делить собрался, а, паскуда? — спросил Герман, оглядывая свои полки. Ливий только усмехнулся — сегодня старый кузнец был в настроении.

— Держи.

В руки Ливию лег целый ворох рецептов и чертежей. Их Волк никогда не видел — вся эта писанина касалась исключительно ковки украшений.

На изучение Ливий потратил минут десять. И не нашел того, что бы ему подошло.

— Не то… — пробормотал Ливий.

— Тебе голова на что? — спросил Герман недовольно.

«Это все только примеры. По ним я должен создать что-то свое. Пора сравнивать», — подумал Ливий.

Разум заработал с утроенной силой, создавая лучшее украшение. Оно не должно было быть просто красивым — украшение должно было стать чем-то особенным, связующим звеном между Ливием и Ялум.

— Заколка. Две серебряных иглы, на конце — голова волка.

Ничего сверхъестественного в этом украшении не было. Такое мог сделать и не самый опытный ювелир, но Ливий не зря подержал в руках ворох чертежей. Теперь он знал, как сделать, казалось бы, простое украшение настоящим произведением искусства.

— Бери, что надо.

В закромах Германа можно было найти все, что угодно. Ливий взял слиток Нейского серебра и маленький, втрое меньше ногтя изумруд.

Дальше все зависело исключительно от умений Волка. Молот здесь был не нужен — хватало Меркурия. После двух лет в Божественной медитации Ливий стал гораздо лучше понимать планеты энергетического парада, в том числе и Меркурий. Хватило бы и одного открытия планеты, конечно…Но у Волка были другие планы.

Стоило открыть Меркурий, как Ливий тут же пробудил Волю Тела. Нет, она не могла помочь планете алхимиков и кузнецов, зато Воля, отвечающая за усиление тела, может повысить зрение и точность рук до почти что невозможных величин. Герман даже перестал стучать молотом — все для того, чтобы Ливий не утратил и крупицу концентрации.

Слиток аккуратно раскололся на две части. Используя только ярь, Ливий медленно менял заготовку, придавая ей форму будущей заколки. Сначала Волк решил выточить иглы — это была самая легкая часть работы, на ней Ливий решил разгореться. Но нельзя было слишком расслабляться. Ненужные части Волк не отрезал — вместо этого он спрессовывал иглы, делая их и тонкими, и прочными.

«Дальше».

Настал черед самой заколки. Сам механизм делился на две части, и заднюю сделать было проще всего. И все же Ливий не доделал ее до конца.

Голова волка, передняя часть. Пусть Ливий и создавал настоящее сокровище, сильно в детали он вдаваться не стал. Но при этом Волк сделал их такими выразительными и четкими, насколько вообще мог. Каждый изгиб, каждый миллиметр заготовки был идеально обработан. Даже ювелир с лучшим оборудованием не смог бы такого сделать — обычный человек и не увидел бы всю прелесть заколки. А вот идущий — вполне.