Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга двенадцатая (страница 5)

Но время было на стороне дикарей. Не было ни воплей, ни шума. Дикари напали тихо, умело, так, будто пришли на охоту. Их удары были простыми – самые крепкие бойцы шли вперед, орудуя дубинами и копьями, когда немного поодаль держались лучники и метатели дротиков.

Дагулы бросились на врагов. Многие кочевники владели ярью, поэтому в своих силах не сомневались. Но дикари теснили их. В ударах жителей джунглей не было ни капли яри, и все же они подавляли дагулов. Кочевникам казалось, что они дерутся не с людьми, а с дикими зверями – дикари сражались сильно и ожесточенно.

Те, кто полдня назад веселились под звуки гитар и флейт, те, кто кидали золото в мешок дагульского главы, пришли, чтобы устроить резню.

Для дикарей дагулы были безмерно богаты. Золото и драгоценные камни в глазах местных были бесполезными вещицами, но вот железо и оружие из него – совсем другое дело. И даже это меркло на фоне главного богатства кочевников – исцеляющего тела старика.

Трое дикарей подобрались к повозке. Дея уже стояла сверху.

– Мое! Не отдам! – прокричала она, выхватывая отцовскую саблю из ножен.

Против трех дикарей шансы у Деи были маловаты. Девушка шагнула назад, ближе к старику, и ненароком коснулась его второй рукой.

«Помоги мне!», – в сердцах подумала она.

Дикари кинулись на Дею. Убивать ее они не хотели, да и понятно почему. Но сейчас девушка не пускала их к главному богатству кочевников, поэтому выбора у дикарей не осталось.

И когда они уже вскочили на повозку, неожиданный ветер из-за спины Деи швырнул песок в глаза дикарям.

Девушка сделала шаг вперед и ударом сабли отсекла врагу руку. Остро наточенный металл на удивление тяжело рассек кость. Дея взмахнула саблей еще раз – и ударила точно по шее второго дикаря.

Однорукий из-за шока потерял равновесие и упал с телеги. Оставался последний, который протер глаза и с яростью бросился на Дею.

– Ай! Ай! Ай!

Из-за боя никто не услышал приближения всадников. Два дагула верхом влетели в лагерь, аркан обвился вокруг дикаря на телеге – и рывком стянул его с лошади.

– Мануш! Лачо! – обрадованно прокричала Дея.

Сила дагула – в его коне. Даже два всадника перевернули весь бой. К такому дикари были не готовы: лошади топтали и кусали, а их наездники с размаху били во все стороны.

Враги стали убегать. Все произошло ночью, и дикари исчезли так же быстро, как и появились, оставив после себя двадцать тел.

Дагулы тоже сильно пострадали: кочевники не досчитались десятерых.

– Что же делается-то? За что мы богов прогневили? – заголосили старые дагулки. Глава лишь махнул рукой – успокаивать или затыкать их сейчас не было смысла.

Потери были огромными. За ранения можно было не беспокоиться – дагулы подходили к старику и исцелялись даже от внушительных ран. Увидев это, Дея шепотом произнесла: «Спасибо тебе». Старик не только исцелял ее братьев и сестер, но и помог выжить – в совпадения Дея не верила.

– Подойдите оба, – сказал глава, когда шум в лагере немного поутих.

Мануш и Лачо шагнули вперед и упали на колени. Да, они, считай, спасли дагулов, да только Лачо не пошел за остальными, его не было в момент нападения – кто знает, сколько жизней потеряли кочевники без такого умелого бойца рядом? Мануш и вовсе был изгнан. Именно из-за него дагулы сейчас ехали по чужбине, из-за него потеряли десять своих братьев. Мануш это знал. И Лачо знал, что связался с изгнанником.

– Ты нарушил мой наказ, – сказал глава Манушу.

– Да, – кивнул тот.

– Из-за тебя мы здесь. Из-за тебя все эти смерти. Шамар умер, Михэй умер. Баро тоже умер.

Дея закрыла ладонями рот. Только сейчас она поняла, что старого дяди Баро нет рядом.

– Ты виноват, Мануш. Из-за жадности твоей и хвастовства твоего.

– Да, – вновь кивнул тот.

Глава молчал. Он думал, что нужно делать. По законам дагулов глава мог казнить Мануша своими руками прямо здесь, перед людом дагульским.

– Но не будь тебя и Лачо, могло бы нас совсем не остаться.

Глава вытянул палец вперед, указав на Мануша.

– Ты возвращаешься. Если что произойдет – убью тебя, Мануш. Убью и не пожалею. А тебя, Лачо, выгоню. Вы оба – хорошие конекрады. Но слишком молодые.

Милость главы была огромна. Изгнание – почти что смерть, и Манушу позволили вернуться с того света. Второй такой шанс получить невозможно. Мануш знал: многие вдовы будут коситься на него, многим он будет немил из-за долгой дороги по чужбине. Но что такое жизнь дагула? К смерти здесь относились куда проще. Мануш мог бы не приехать. Но приехал – и спас остальных.

С Деей он не говорил. Мануш знал – смысла в этом нет. Все изменила смерть дяди Баро. Дея любила поговорить с этим пожилым дагулом, и сегодня его не стало…

Всем было не до сна, уехали быстро. Под утро костры были готовы, и дагулы подожгли их, чтобы проводить погибших в последний путь.

– Прощайте, братья. Пусть ветер дарует вам свободу, – коротко сказал глава под громкие вопли дагулок.

Ливий пришел в себя во время боя. Не слыша и не видя, Волк тем не менее понимал – вокруг льется кровь и умирают люди.

Женщина тоже была рядом. Она сражалась…и защищала его. Ливий все это понял за мгновение – информации было в несколько раз больше, чем до этого. Женщине приходилось тяжело, но Ливий не мог узнать, сколько врагов и насколько они опасны. Волк даже не мог обо всем этом подумать. Единственная мысль, проскочившая в его голове, была: «Ей надо помочь».

Мог ли Волк сделать хоть что-то? Конечно нет. Единственное, на что Ливий был способен – это попросить о помощи. Вернее, пожелать об этом.

Ветер Ливий не ощущал. Но надеялся, что он дует, гоняя пустынный песок от бархана к бархану. Волк пожелал о помощи…И ветер помог.

Но этого Ливий уже не узнал. Он вновь провалился в небытие.

Альянс Светлых Сил. Когда-то организацию, которая выполнила миссию по уничтожению «Единства», практически расформировали, но с уничтожением Сильнара стало понятно – старый враг не повержен. И Альянс Светлых Сил возродился.

Собрания проходили каждые полгода. Спустя какое-то время организация расширилась, в нее вошли школы поменьше, поэтому и собрания разделились – на Большое и Малое. В Большом участвовали только школы Большой Десятки. В Малом – все остальные.

– Мы должны что-то сделать!

Валессиана, глава Рантара, взяла слово. Великий Культ Красного Бога становился лишь сильнее, и его пагубное влияние коснулось всех крупных школ.

– Если бы не ваша школа, проблемы попросту не существовало бы, – высокомерно сказал Ауреус, глава Златоглава.

Именно Рантар «призвал» Воплощение Бога Войны и не смог сдержать его в стенах своей школы. За годы на Валессиану сыпалось столько критики, что в начале она даже не ходила на собрания Большой Десятки. Но время шло, и Альянс Светлых Сил не хотел остаться без такой сильной школы, как Рантар. Критика немного поутихла.

– Пора что-то делать. Все мы боремся с культом, но необходимо нанести совместный удар, – взял слово Сизый Камень, глава Сизого Камня.

Великий Культ Красного Бога был огромной проблемой для всего Централа. Но, когда школы Большой Десятки начали воевать с культистами, все стало только хуже.

Никто не ожидал серьезных контратак. Да и чего ждать от культистов? Любая школа Большой Десятки имела в подчинении сотни высококлассных бойцов. Знали это и культисты – именно поэтому они атаковали тех, кто слабее.

Любую школу боевых искусств обслуживают. В обитель идущих свозят еду, материалы и инструменты. Десятки тысяч простых людей фактически работают на школы боевых искусств. И, когда шахтеров, селян и ткачей начали массово убивать, оставляя у тел недвусмысленные послания, люди напряглись.

Кто-то отказался от работы, кто-то решил переехать. Школы Большой Десятки стали испытывать трудности, но это было только началом.

Дальше начались атаки на учеников.

Школы Большой Десятки традиционно отпускали своих учеников набраться реального боевого опыта в Районе Войн. После роста силы культа и уничтожения Сильнара стало небезопасно отпускать будущее школ в столь опасные места.

Но без реального опыта не будет никаких идущих. Кто-то отправлял учеников вместе со старшими, которые не вмешивались и присматривали со стороны. А кто-то давал ученикам задания на относительно безопасных территориях – например, в Районе Ста Школ.

Удары культа стали полной неожиданностью. Учеников убивали со всей жестокостью, а порою культисты разбирались даже с присматривающими за молодой порослью старшими учениками. Длинная череда смертей ужаснула руководство Большой Десятки. Ученикам запретили покидать стены школ, а в Районе Ста Школ и Районе Войн искали культистов тысячи карателей.

Увы, это не приносило результата. На место одного убитого приходила целая сотня. Великий Культ Красного Бога повсюду трубил об убитых бойцах и запуганных лидерах известных школ. Это давало свои плоды.

– Что насчет «Единства»?

Вопрос задала та, которая молчала почти на всех собраниях Альянса Светлых Сил. Глава Лап Тигра, Дэйма по прозвищу Низкий Тигр, говорила так редко, что остальные порой забывали о ее присутствии.

– Это не первоочередная проблема, – сказал Ауреус. – Сначала мы должны разобраться с этими грязными культистами, потому что они угрожают нашим школам. С «Единством» разберемся тогда, когда наши тылы станут надежными.

Никто не хотел воевать с «Единством». Когда Сильнар пал, силы Централа здорово всполошились. Кто станет следующим? Куда «Единство» нанесет удар?