Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга двенадцатая (страница 29)

– Потерпят, – с усмешкой сказал он. – И я больше не хочу получать никаких вызовов, все равно откажусь.

Последняя фраза предназначалась примату. Почему-то Ливий был уверен, что его услышат.

Дерзкий новичок, прорвавшийся на пятый этаж с одного наскока. Что подобный потомок джиннов сделает на следующий день? Конечно же отправится бросать вызов Королю.

Такого новичка можно и не пустить. Во-первых, ему самому можно бросить вызов, украв драгоценное время. А во-вторых, Король может сразиться с кем-нибудь из своих приближенных. Простая схема, но так можно держать любого потомка джиннов на этаже месяцами, если не годами.

Ливий не собирался играть по чужим правилам. Он отменил вызов, больше никто не мог вызвать его на бой в этот день. В Перевернутую Башню Волк пришел, чтобы стать сильнее. Именно этим он сейчас и занимался.

Красные таблетки вызвали внутри Ливия взрыв стихии. Огонь был сильным. У Ливия не было Воли Огня, поэтому Таблетки Первородной Стихии раскрылись во всю мощь. Казалось, что огонь пылает прямо в желудке, достигая кончиками языков сердца. Но никакой боли не было. Наоборот: от огня внутри было приятно.

«Никогда нельзя забывать, что пламя – не только оружие, но и союзник, – подумал Ливий. – Всю историю человечества огонь кормил и согревал людей».

Это была вторая таблетка. Ливий выпил третью и четвертую, и огонь продолжил свой рассказ. Сделав отступление о своей роли союзника, пламя обратилось к демонстрации мощи.

Казалось, что огонь охватил все тело. И все же это не было однородным чувством. Пусть пылало всё, Ливий ощущал отдельные атаки огненных языков. Казнь через сожжение – одна из самых страшных, и Волк хорошо понимал почему. Пламя, даже атакуя все тело, наносило не один удар, а сотни. Где-то температура была выше, где-то меньше. Иногда пламя не касалось кожи, жаря в других местах, но, когда вновь возвращалось к пытке – вызывало каскад боли.

Пусть Ливию и было больно, все же он не горел на самом деле. Не пришлось блокировать ощущения – никто в Перевернутой Башне не хотел, чтобы потомки джиннов погибли от шока.

– Эффективно, – с улыбкой сказал Ливий.

На этом подготовка не закончилась. У Ливия оставались Таблетки Первородного Эфира.

– С их помощью потомок джиннов может стать сильнее. Интересно, а люди вообще могут их принимать? Сейчас проверим.

Таблетка отправилась в желудок. Сначала не происходило ничего особенного. Казалось, что никакого эффекта и вовсе нет, Ливий едва не успел расстроиться, как вдруг поток неудержимой энергии хлынул в его тело.

«Сильно!».

Содержимое таблетки было не только ярью. Магия, Воля, даже давление разума – будто внутрь таблетки поместили частичку личности.

Но при этом личность была очень, очень сильной.

Подавляющая мощь воздействовала на всё сразу. Ярь текла в тело, на разум будто положили ментальный кирпич, а планеты Внутреннего Парада слегка светились.

«Не только смешанная ярь! Еще небесная и земная, будто взятая из природы!», – ошарашенно подумал Ливий. Он и представить себе не мог, что это вообще возможно.

По яри в Ядре пробежало волнение. Тело скрутило от боли, разум попытались раздавить, а планеты едва не пробудились сами по себе. Это не было действием препарата. Скорее это было его побочным эффектом, ведь таблетку проглотил не потомок джинна.

– Ужасно, – сквозь зубы прошипел Ливий.

Его тренированный разум и прочное тело выдерживали любое давление. Ливий применил Желтый Флаг и Волю Пустоты, и побочки таблетки исчезли. Разумеется, они продолжали существовать, но Волк их не замечал. Все равно, что выпить зелье, подавляющее головную боль. Может, голова болеть и перестанет, но проблема никуда не денется.

Прошло около часа, прежде чем Волка отпустило.

– Это может быть опасно. Не думаю, что обычные люди пьют эти таблетки, – выдохнул Ливий, приводя разум в порядок.

Последствия оказались серьезными. Ливий посмотрел на оставшиеся девять таблеток – и проглотил еще одну.

Может, обычным людям и пришлось бы худо, но Волк легко мог справиться с негативными последствиями. Упускать возможность было бы глупо.

Поглощение Таблеток Первородного Эфира продолжалось до следующего утра. Сначала Ливию было жалко, что он отдал десять пилюль Фелаху, но вскоре понял: побочные последствия еще десяти таблеток можно было и не перенести.

– Я смог немного развить Ядро. Как давно я этого не делал.

На Стадии Осаждения есть четыре шага, и Волк прошел только первый. У Ливия была генерация, Ливий поглощал ярь из воздуха, но это не помогало развивать Ядро. Все дело было в том, что Стадия Осаждения требует небесную и земную ярь. Для развития стоило бы сесть в медитацию и раскрутить воронку. Увы, у Ливия давно не находилось для этого времени, поэтому развитие Ядра застопорилось.

И вот, наконец, появилась возможность быстро шагнуть вперед, пусть и не без риска.

Разумеется, на следующий день Волку вновь бросили вызов.

– Отказываюсь, – улыбнулся Ливий, нажимая на нужное слово.

Второй день отказа. Можно было только представить, как от такой наглости звереют обитатели пятого этажа. Сегодня появился не только лист: у ног Ливия возникла миска, полная инжира и сладостей, а рядом с ней стоял кувшин вина.

– Даже кормят. Отлично.

Поев, Ливий встал на ноги. Он закончил со всеми таблетками, настала пора переходить к другим тренировкам.

Воля Огня. Ливий плохо понимал ее, зато знал, что такую Волю однозначно можно назвать атакующей. Вода и Земля – для защиты. Ветер – универсальная стихия. Огонь и Молния – для атаки. Все просто. Молнию Ливий смог освоить из-за специфики своих приемов, тот, кто пользуется Императорскими ударами и даже владеет Гектой, хорошо понимает, что значит уничтожать врага за удар. Но Огонь был другим.

Шквал атак, обрушенный на врага – вот чем был Огонь. У Ливия имелось кое-что похожее в арсенале, коронный прием Сильнейшего, Красный Флаг, но Волк слишком редко им пользовался. Бой возле дворца Императора Востока был хорошим. Увы, его оказалось недостаточно.

«Мне не хватает «наступления». Я слишком привык подстраиваться под ситуацию, я должен прочувствовать, каково это – заставлять других подстраиваться под меня», – подумал Ливий, поднимая с пола затту, клинок, который получил за бой с Королем второго этажа.

– Было бы неплохо освоить Волю Меча, – сказал Ливий, взмахивая оружием. Рукоять была слишком короткой, чтобы держать ее двумя руками.

Волк покачал головой.

– Вспоминая то, как я осваивал Волю Посоха, быстро не получится. Хотя кто знает? Но есть кое-что поважнее, чем Воля Меча.

Воля Концентрации. На нее Ливий вдоволь насмотрелся на Востоке: многие самураи оттачивали Волю Концентрации, делая свои клинки еще смертоноснее. Хироюки научил Волка специальной технике под названием Дыхание Концентрации. С ее помощью самураи рода Тайфу могли быстро осваивать нужную Волю, и наконец-то настал момент, чтобы воспользоваться техникой.

Ливий резко вдохнул. Его разум был чист, в нем не осталось ни единой мысли. Ливий расслабленно и медленно выдохнул, сосредоточив все свое внимание на клинке.

Волк взмахнул мечом.

В этом и была суть Дыхания Концентрации. Кому-то потребовались бы сотни тысяч повторений, чтобы хоть немного приблизиться к открытию Воли. Ливий уже прошел половину пути. Он умел очищать разум для первой части техники, и, пусть и не владел Волей Концентрации, обладал острым вниманием, поэтому и со второй частью техники проблем не было.

Оставалось только повторять.

Для того, чтобы процесс стал еще эффективнее, Ливий возжег курильницу. В ней хранилась измельченная трава тама и еще семь ингредиентов, о которых Волк даже не слышал. Но, судя по листу с наградой, этот состав внутри курильницы мог помочь с концентрацией.

Лист на соврал. Как только Волк вдохнул аромат трав, внимание стало еще острее. Тогда Ливий начал делать взмахи заттой, сосредоточившись на процессе.

Время текло, руки, по которым за долгие часы не пробегала даже маленькая дрожь, упорно повторяли удар. Ливий ни о чем не думал в момент резкого вдоха и концентрировал все свое внимание в момент долгого выдоха.

Перед Волком появился лист.

– Уже утро, – сказал Ливий с разочарованием. Пусть он и тренировался целые сутки, Воля Концентрации не появилась, как и Воля Меча.

Ливий посмотрел на ладонь.

– Интересно, почему? Неужели уровень концентрации у каждого свой? Не думаю, что мое внимание уступает самураям с Волей Концентрации. Выходит, все индивидуально. Если для стихий планка у всех одна, то с духом подобное не сработает.

Вызов можно отменять три дня, на четвертый придется сражаться. Сейчас как раз был третий день – и Ливий без раздумий согласился на бой.

Ждать четвертого дня – значит, оказаться в тупике. «Пусть думают, что я осторожничаю и согласился на бой, потому что знаю соперника», – подумал Ливий.

Противника звали Юмал. Имя отличалось от того, что было в первые два раза, поэтому Ливий был уверен: этот Юмал слабее Джоэсса, предыдущего кандидата на бой. Король хотел выманить Волка из комнаты, поэтому подослал подходящую наживку. И Ливий клюнул на нее, соглашаясь сыграть.

– Неплохой клинок. Увесистый.

За сутки тренировок Волк успел привыкнуть к затте. Стоило подумать, как ею сражаться. Ливий сделал просто: немного поразмыслив, он взмахнул клинком шесть раз с разных направлений.