Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга десятая (страница 1)
Десять тысяч стилей. Книга десятая
Пролог
Когда-то великая деревня Охирон давно прекратила свое существование. Не осталось даже руин. А на том месте, где когда-то стоял Охирон, смотрели друг на друга два человека.
Мужчина за семьдесят с трубкой во рту изучал юношу перед собой. Пусть молодому человеку давно исполнилось тридцать, в глазах Мудрейшего он был всего лишь юнцом. Пыхнув трубкой пару раз, он достал ее изо рта и сказал:
— Узнал меня. Выходит, ты вернул наследие своего клана. А если быть точным — открыл наследие заново.
— Да, Мудрейший, — поклонился Ливий.
Слабый запах крови стелился над землей. Чуткий нюх Ливия уловил его — Волк повернулся к источнику и усилил свои чувства.
«Трупы. Тринадцать человек. Все ясно», — подумал Ливий и перевел взгляд на Мудрейшего.
— Спасибо, что защитили меня, пока я находился в Охироне.
— Еще что-то?
Мудрейшему не было никакого дела до спасения Ливия. Он убил идущих, которые попались ему на пути. И ему не требовалась никакая благодарность.
— Возьмите меня в ученики, — сказал Ливий вставая на колени и кланяясь до земли.
— Тогда иди за мной, — пыхнув трубкой, ответил Мудрейший. — Только трупы убери. И забери все ценное, что найдешь.
Глава 1
Горный капитан
«А ведь хорошо подготовились. Даже отлично. И собирались меня поймать — первый расчет был на это, а второй…Второй — как пойдет», — думал Ливий, собирая законную добычу Мудрейшего.
Поймать последнего охиронца пришли настоящие профессионалы своего дела. С собой они принесли не только оружие, но и разные инструменты для того, чтобы обездвижить и обезвредить Ливия. Сети из готана — самое простое и эффективное. Бола — метательное оружие из кожаного ремня с грузами на концах — для того случая, если жертва начнет убегать. Разумеется, и кожа, и грузы были сделаны не из самых дешевых материалов.
Дротики — со специальными крючками. Стрелы — с крючками поменьше. Парочка арканов. И, наконец, кандалы — целый набор из пепельного металла, испещренного магическими символами. Такие кандалы не смогли бы удержать Ливия. Но наемники не собирались доставлять свою добычу в целости и сохранности — скорее всего, Ливия довели бы до состояния «между жизнью и смертью», сковали бы, напичкали бы какой-то ослабляющей дрянью, а потом повезли бы к заказчику. «Дрянь» тоже была на месте — и та, которую можно применять в бою, и та, которая предназначена связанной жертве.
— Газ Вейго? — удивленно проговорил Ливий, рассматривая небольшую стальную ампулу.
«Смерть мастеров» — так называют этот газ. Вейго — очень редкий и очень эффективный. Вот только ампула была слишком маленькой. Такой объем газа не распылишь в помещении — можно только кинуть в лицо противнику. Зато подействует даже на Мастера.
Нашлись и инструменты для пыток. Видимо, наемники хотели не просто схватить Ливия, а и выведать что-нибудь ценное. Почему бы и нет, раз нужно схватить живьем?
У главного, который лежал с отсеченной одним ударом головой, был с собой целый арсенал: метательные топоры, два дротика, ахритовый кинжал, готановый топор и обернутый вокруг тела кнут. Остальные наемники были вооружены не так хорошо, как главный, но и у них нашлось немало хорошего снаряжения. То, что это наемники, Ливий понял сразу. У каждого убитого было кольцо на пальце — оскаленная морда вепря. Носить общий символ отряда — давняя традиция наемников.
«Все ценное забрал», — подумал Ливий. У идущих Централа не принято разбирать трупы, хотя на самом деле тела идущих — целый кладезь полезных материалов для ремесел и алхимии. Из костей главного наемника можно было бы создать хороший набор оружия. Из крови и плоти — произвести немало таблеток и зелий.
«Наверное, „Единству“ на такое плевать. Может, и этим наемникам тоже. Своих вряд ли разбирают, а убитых врагов — почему бы и нет? Всё деньги», — думал Ливий, копая одну за другой ямы.
Идущие Централа из больших школ могли разобрать тело на компоненты только в одном случае — если погиб высокопоставленный мастер из их рядов. Почему-то в некоторых школах это считалось нормальным. Умер лидер — клинки из его костей достанутся лучшим мастерам школы. И к этим клинкам будут относиться с наивысочайшим уважением. Ливий даже слыхал о школах, где хранятся целые коллекции оружия, созданные из десятков погибших глав. Такое за пару десятилетий не накопишь.
— Ну, покойтесь с миром или как вас там больше устраивает, — сказал Ливий, вонзая лопату в землю. Инструмент он сделал Меркурием из топора убитого наемника.
С трупами Ливий закончил. Но не закончил с наемниками в целом. В нескольких километрах от бывшего Охирона Ливий отчетливо ощущал небольшое убежище. И до этого Волк его не заметил. Дело было вовсе не в наследии Охирона: просто наемники, отправившись брать пленного, больше не заботились о маскировке.
— Лагерь их проверять?
Мудрейший кивнул.
«Вон оно, убежище», — подумал Ливий. Сначала ему показалось, что это вход в землянку, в которой и жили наемники. Но, подойдя ближе, Ливий понял, что перед ним наблюдательный пункт. А жили наемники еще дальше. И заметить их лагерь со стороны Охирона или храмов было попросту невозможно.
— Хитро. Теперь все понятно.
Ливий подошел к убежищу. Если бы наемники его закрыли, то пришлось бы поискать. Но убитые Мудрейшим оказали Ливию большую услугу.
Убежище — это выемка в земле, в которой поместятся два человека. Лежа, разумеется. Ничего особенного, если бы не материал, который закрывал убежище сверху.
Взявшись за край, Ливий потянул металлическую раму. Она надвинулась на убежище и полностью скрыла его.
— И не только внешне. Маскировочные пластины — больших денег стоят. И ощущение яри изолируют, и любые звуки. Отличная вещь!
Пластин было шесть. Ливий потянул в другую сторону, и со звуком «хрым-хрым-хрым» пластины стали наезжать одна поверх другой, открывая убежище полностью.
— Зрительная труба! Непростая, с магомеханической схемой. Так они легко могли следить за Охироном, и их никто бы не заметил. Просто и эффективно.
Сходил Ливий и в лагерь наемников. Там он нашел целую гору припасов, спальные мешки, даже отличную мебель, которую, видимо, наемники изготовили от безделия. Поручение Мудрейшего было простым — забрать все ценное. Но что можно считать ценным? Вот спальный мешок, например? Для кого-то на уровне Мудрейшего — да и на уровне Ливия — бесполезная вещь. Особенно если спальных мешков — тринадцать. Но Ливий решил, что понадобится все.
«Это небольшая проверка. По-хорошему я должен был взять разве что ампулу с газом Вейго. Что еще мне надо? Что надо Мудрейшему? Вариантов может быть только два. Первый — не брать ничего или не брать почти ничего. Второй — взять все мало-мальски ценное. Такой набор мебели я и сам сколочу за час. А вот спальные мешки — очень качественные. Мех явно не из обычного зверя добыт. Поэтому их можно назвать ценными», — размышлял Ливий.
Быстрыми темпами возле Мудрейшего появилась целая гора припасов.
— Все, — сказал Волк.
— Хорошо.
Мудрейший подошел к припасам и достал из них ящик. По запаху было ясно, что внутри — табак.
— Бери остальное и пошли.
Взгромоздить такую гору припасов на себя было тем еще цирковым номером. Ливий справился — и пошел вслед за Мудрейшим. Задавать лишние вопросы Волк не стал. Просто шагал, все дальше удаляясь от Охирона.
«Мы идем на юг. Я уже вижу, где заканчивается плато Трех Истин. Выходит, в горы?», — думал Ливий.
Где-то там, за горами, можно было найти перевал Блез. Вот только до него еще попробуй дойди. Двигаться по горам намного тяжелее, чем по ровной местности. А сейчас у Ливия был с собой огромный груз. Может, в этом и заключалась сложность, да только Мудрейший отлично знал, что даже гигантский баул не станет для Мастера проблемой.
«Вряд ли мы идем к Блезу. Мудрейший ждал меня здесь. Неужели он живет в горах?», — думал Ливий.
Вскоре плато Трех Истин осталось позади. Как и ощущение родного места. Теперь Ливий знал, что это было. На плато Трех Истин собирается светлый дух, который будто пронизывает тебя. Для обычного идущего — неприятно, для охиронца или монаха — лучшее чувство на свете.
Мудрейший шел спокойно, обычным шагом. Но Ливию приходилось бежать за ним Туманной Тропой, чтобы поспеть. Много раз Волк замечал такое за мастерами сильнее его. Но тут было нечто совершенно иное. Мудрейший не был быстрым. Просто он так хорошо шагал, что шел быстрее, чем Ливий с техникой передвижения.
«Как это вообще возможно? Это попросту нелогично!», — недоумевал Волк.
По горам два идущих пробирались минут двадцать, прежде чем добрались до цели похода.
«Корабль?».
Взобравшись на небольшую горную вершину, Ливий увидел самый настоящий корабль. И сначала даже не поверил глазам.
В кораблях Ливий разбирался. Перед ним стояло двухмачтовое судно с косыми парусами — грассеол. Такие суда и сейчас бороздили моря, но новые корабли строили иначе. Поменялась и сама идея корпуса, и паруса стали делать иначе. Не было даже паруса на носу, а ведь такой парус завоевал популярность еще лет пятьдесят назад.
«Наверное, грассеол принесли сюда давно. И…он невероятно большой, беш меня раздери!», — подумал Ливий, следуя за Мудрейшим, который спокойным и невероятно быстрым шагом спускался вниз, к кораблю.