Илья Фогелль – Орден «Чёрная Роза» (страница 2)

Примерно в это время подъехал Йозеф. Он не любил все эти проповеди, потому как прекрасно понимал, что в целом ничего не изменилось: и до, и после Святой Войны люди какими были, такими и остались, наличие его отдела – живое тому подтверждение. Нехотя покинув своё транспортное средство, капитан отправился в Собор с целью отвлечь Старшего Епископа от столь содержательной речи и уделить немного внимания теперь уже его проблеме. Для этого, правда, предстояло найти способ попасть внутрь. На счастье офицеру удалось поймать не слишком занятого монаха, который с должным почтением согласился выслушать его.

– Доброе утро. Меня зовут Йозеф Делвинк, я капитан ЗООУгЭ, вот моё удостоверение. Мне необходимо переговорить с епископом Остином, это очень важно.

– Простите, но вы как никто другой должны понимать, что прерывать воскресную службу Старшего Епископа нельзя, каким бы важным ни было ваше дело.

– Передайте епископу, что его дочь убили этой ночью. Я думаю, что в этом случае он сможет найти время для меня. – Лицо монаха из блаженного превратилось в наполненное ужасом. – Мне подождать здесь?

– Нет. Пойдёмте скорее за мной. – Развернувшись, монах засеменил к одному из черных входов в собор. Двери были на электронных замках, и у каждого служителя ордена был свой код допуска. Доверие во всей красе. – Идите за мной, только осторожно, не споткнитесь.

Монах вёл офицера плутающими коридорами несколько минут, но вскоре они вышли к месту за сценой, на которой стоял Остин и продолжал вещать своим последователям.

– Постойте здесь, я поговорю со Старшим Епископом. – Было заметно, что голос монаха подрагивал от волнения, хоть он и старался это скрывать. Не торопясь он вышел на сцену и, не поворачивая головы к слушателям, устремился прямиком к Остину. Подойдя на максимально близкое расстояние, монах тихо прошептал что-то ему на ухо. После чего второй, кратко ответив, вновь обратился к залу и продолжил свою проповедь. Монах же вернулся обратно за кулисы.

– Простите, капитан Делвинк, но Старший Епископ сказал, что он не может прервать чтение, так как оно для тех, кто ещё может повлиять на свою судьбу. Он обратится к вам лично, как только закончит.

– Что ж, я даже не сомневался. Епископ знает, где меня найти в случае чего. Покажите мне, пожалуйста, как выбраться отсюда, чтобы я отправился на поиски убийцы.

Монах молча вывел капитана на улицу тем же путём, что они пришли ранее. Обратная дорога явно заняла меньше времени, причиной тому была полная погружённость Йозефа в мысли о предстоящем расследовании и о том, как епископ отреагировал на новость о смерти дочери.

– Не серчайте на Старшего Епископа, у него есть обязательства и ответственность не только перед семьёй, но и перед всеми этими людьми, – начал объясняться монах. – В душе он, без сомнения, переживает, и, как только служба закончится, он с вами свяжется.

– Да, конечно, я буду ждать, а пока займусь делами. Будем надеяться, что к тому моменту, как у епископа появится время, я уже смогу передать ему не только скорбь, но и утешительные новости. До встречи.

– Всего вам хорошего, капитан Делвинк. Бог на вашей стороне, не забывайте этого.

– Надеюсь, что так, – тихо ответил сам себе Йозеф. – Может, хоть в этот раз он и правда поможет.

Добравшись до своей машины, капитан ещё раз бросил взгляд на возбуждённую толпу слепо верующих людей, внимающих каждому слову, покидающему уста старшего епископа. Капитан прекрасно понимал, что без подобных личностей, возможно, всё было бы ещё хуже. Народ необходимо держать в узде, найти для них точку опоры и убедить, что без неё они нормально жить не смогут. Тогда все их мысли будут направлены только на то, чтобы следовать новым заповедям, и у них не останется времени заниматься нарушением спокойствия. Жаль, что не все придерживаются этих постулатов.

07:30 – ЗООУгЭ

В отделении, как всегда, царило спокойствие. Это не означало, что у офицеров не было дел, просто все были людьми опытными и, конечно же, соблюдали основные правила приличия. Суматоха только сбивала с толку и мешала здраво мыслить. Помимо этого, в данный момент все оперативные сотрудники были собраны в зале для собраний, в котором проводился быстрый срез по имеющимся делам. Когда все текущие вопросы были решены и остались только лейтенант Гемельтон и его команда, Йозеф приступил к разбору свежего убийства.

– Что удалось выяснить за это утро?

– Мы опросили всех владельцев ночных заведений, и они согласились оказать всяческую поддержку следствию, – взял слово сержант Ламарк. – Видео с камер предоставят после обеда, ближе к вечеру.

– Прекрасно. Что по самому месту преступления, получилось отыскать хоть что-нибудь?

– Мы облазили всё вдоль и поперёк. Единственное, что удалось понять, – её убили не там, – продолжил доклад Итан. – Чёрт, да там даже следов никаких, кроме наших, нет.

– Негусто. Чуть позже сегодня, надеюсь, со мной свяжется епископ и приоткроет завесу тайны, хоть немного. Возможно, ему известно что-нибудь, что поможет нам в расследовании. – Йозеф явно недолюбливал вести дела с управляющими органами власти, но что поделать, выбора особого нет.

– Из отчёта экспертов, сердце было вырвано одним быстрым ударом. – Что касалось расследований, Гемельтон был достаточно дотошным, любил по нескольку раз заострять внимание на одних и тех же фактах. – Также патологоанатом подтвердил, что жертву убили не в этом переулке. Вероятней всего, что её привезли туда, просто чтобы скинуть тело, в какой-нибудь машине, возможно грузовике. Следов шин, однако, мы так же не обнаружили.

– Прекрасно, осталось найти грузовик или любое другое транспортное средство. Что-нибудь ещё? – Йозефу этого явно было мало, он хотел больше информации, ведь если его спросят вышестоящие чины, ему, по сути, нечего будет сказать, кроме как констатировать уже известные факты.

– К сожалению, это пока всё, – осторожно произнёс Итан. – В переулке камер нет, ровно как и на выезде из него. Окна жилых домов туда так же не выходят. На данный момент остаётся только ждать видео с местных заведений и надеяться, что это даст результат.

– Хорошо, – отрывисто ответил капитан, и его взгляд устремился за спины присутствующих. Все, кто это заметил, обернулись и увидели старшего епископа в сопровождении двух средних епископов. – Тогда продолжайте следствие, а я пока лично побеседую с мистером “Я веду проповедь”. – После этих слов он встал из-за стола и направился к гостям.

– Мистер Делвинк, рад вас видеть, – безрадостно поздоровался епископ.

– Мои соболезнования по поводу вашей утраты. Пройдёмте ко мне в кабинет, там мы сможем всё обсудить и принять какие-нибудь решения.

– Хорошо. Только вы должны понимать, что мне сложно будет чем-то помочь. – Горе было не наигранным, по крайней мере Йозефу хотелось в это верить, ведь в противном случае епископ мог только усложнить дело.

– Присаживайтесь, – предложил капитан, когда они зашли в кабинет, обставленный крайне сдержанно. Ничего лишнего: стол, два стула, книжный стеллаж, пара небольших пальмоподобных растений в углах. – Скажите, Остин, может, у вас недавно появились недоброжелатели?

– Признаюсь честно, несогласных с моим мнением, а значит, и с мнением всего нашего города, предостаточно. Вот только не думаю, что кто-либо из них способен на подобное. – Он говорил размеренно, но не так, как во время проповеди: так говорят люди, старающиеся тщательно выбирать слова, дабы не сказать лишнего или грубого. – Как мне кажется, вам не помешало бы обратить внимание на более серьёзных противников нашему новому режиму.

– Вы имеете в виду полукровок? – Йозеф очень любил задавать вопросы, на которые неловко отвечать, но самой главной была его способность, не дождавшись ответа, продолжить говорить. – Просто ими занимается другой мой лейтенант, и если там будет пахнуть жареным, то она это унюхает.

– Как мне кажется, этого более чем достаточно для успешного раскрытия преступления. Со своей стороны я постараюсь оказывать всяческую поддержку вашему отделению, особенно если вы отыщете этого грешника и покараете его.

– Безусловно, так всё и будет, в конце концов расследованием занимаются мои лучшие люди. От вас мне необходим список всех известных и возможных знакомых Илайды.

– Неужели вы думаете, некто, знающий её лично, мог совершить что-то подобное? – Епископ заметно напрягся на этом вопросе, и Делвинк отметил это наблюдение.

– Вам ведь известны все, кто общался с ней, не так ли? – Остин сдержано кивнув в ответ, сопроводив согласие коротким выдохом. – Я ни в коем случае не хочу бросить тень на знакомых Илайды. Однако долг обязывает меня проработать все возможные варианты, для того чтобы увидеть общую картину.

– Я понимаю ваше рвение и благодарен Господу за то, что вы на нашей стороне. Вы проницательный человек и, без сомнений, докопаетесь до правды. Виновник будет наказан, ведь Господь направляет нас только по верному пути. Если бы не все эти прихвостни сатаны, издревле склоняющие людей во грех… – При этих словах он осёкся и на пару секунд закрыл глаза, погрузив кабинет капитана в тишину. После чего протяжно выдохнул и продолжил: – Гневаться – это путь неверующих, путь грешников. Прошу простить меня за эту несдержанность.