Что поседел на почве флирта
И мир не мирт, а литр спирта
Что расхотел.
«Весь день сегодня поливает…»
Весь день сегодня поливает,
Везде трясутся в беготне,
Но дождь, конечно, понимает —
Все совершенно похер мне.
Для всех поэтов, горечь сплина
Мужицкий способ разузнать,
Что самка самодисциплины
Не будет мозг тебе сношать.
Идем, качаемся и дышим,
И пишем, что мол за окном,
Отполированные крыши
Уходят в космос за вином.
Приморцы (Рыбаки Севера)
Стул заскрипел —
оглохли автострады
луна хрупка.
Ее рука
сама трезвонит в рынду.
Трал полон рыбы,
рытвины морщин
определяют опыт
на глазок
на закусь
под педали,
что попадали
под седалища мужчин.
Пакетик чая —
чань морей открытых,
маяк тревожен
беспокойством о забытых,
луна хрупка,
на мостике покой.
Оформив груз
аппортом в порт приписки,
от солнца блики,
лица близких,
самых близких —
к ним прижимаются
соленою щекой.
«В капюшоне хорошо…»
В капюшоне хорошо,
Снега мокрого пушок
Пролетает мимо,
Медленно, лениво.
Саперави кружка ждет,
Утром в лужах будет лед
Отражать полеты
Птиц и самолетов.
Там, где умирают поезда
Мы прошли по утренней росе,
И тропа, виляющая змейкой,
Оборвалась где-то на косе,
В почве сочной, в паутине клейкой.
Ивняка тугие плети на плече
Просят поклониться водоему,
Пыль висит на солнечном луче,
Придавая значимость объему.
Если проползти еще едва,
То трава раскроется немного,
Там, где начинается вода —
Старая железная дорога. 
