Илья Чистяков – Бесконечное лето (страница 10)
«Уважаемые жильцы! В понедельник 22 февраля в 14:00 к нам приедет трактор для уборки снега! Прозьба, всем владельцам автомобилей убрать машины с прилегающей к дому территории на время расчистки, и оставить свой телефон на торпеде автомобиля. Администрация ТСЖ № 18», – гласило объявление в лифте.
Раньше, во время спуска или подъёма, я успевал исправить все ошибки ручкой, вынося их на поля и ставя оценку, как в школе. Однако меня быстро вычислили, взяв обещание более не унижать самооценку председателя правления. Я с сожалением покорился.
Свежая тарабарщина напомнила мне, что сегодня выходной, а значит шансы приехать к самолету вовремя увеличились. В такси очень сладко и приторно пахло освежителем воздуха, тщетно пытающимся заглушить сигаретную вонь. Я забрался на заднее сидение, и мы поехали. Таксист обнадёжил: несмотря на погоду, дороги пустые, и он доставит меня в аэропорт за сорок минут. Я расслабился и посмотрел на книгу, которая до сих пор находилась у меня в руках.
«Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом – ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело – ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак»7.
Может, и я дурак? Холден в отличие от меня хотя бы знает, чего хочет в жизни. А я…
– Любите читать? – неожиданно задал вопрос водитель.
Есть две профессии, для которых умение начать непринуждённую беседу является неопровержимым преимуществом – бармены и таксисты.
– Вообще я очень необразованный, но читаю много, – с неприкрытой иронией ответил я. Совсем не хотелось с кем-то сейчас разговаривать.
Извозчик, похоже, пропустил моё остроумие мимо ушей и продолжил:
– Хорошо, что хоть кто-то из молодёжи ещё читает…
– А вы сами когда последний раз книгу читали? – не дав ему закончить, выпалил я.
– Да-а-а… я как-то… газеты больше…
Разговор зашел в тупик, и я не желал его продолжать. Зачем обсуждать всем известные и понятные факты с незнакомым человеком, которому это тоже неинтересно и который пытается завести беседу только для того, чтобы развлечь меня?
Мне кажется, что в какое угодно время были те, кому читать нравилось, как и те, кто читать вообще не любил. Другое дело, что в наши дни помимо книг появилось множество других источников информации: телевизор, компьютер, телефон, радио… Так что можно не иметь дома ни одной книги Диккенса и при этом знать всё его творчество. Или проводить всё свободное время в планшете или ноутбуке за изучением физики или истории, не открывая учебник. Конечно, чаще всего люди тратят время перед экраном на менее полезные занятия. Но за всех не скажу, конечно.
Что касается меня, то я конченый «консервант», как называет меня Виктор. Я никогда не совершал покупки через интернет, не пользовался беспроводными наушниками, ношу только механические часы со стрелками. Моим телефоном нельзя оплачивать продукты в супермаркете, потому что для этого у меня есть большой толстый кошелёк с наличными и мелочью. В какой-то момент жизни я перестал ленно проводить своё время, пялясь то на всякие новомодные технические штучки в интернете, то на блестящие шмотки в витринах. Перестал сидеть целыми днями за компьютерными играми и тратить деньги на чипсы. Сперва, я осознал, что мне необходимо учиться, а потом – трудиться. Наверное, я просто вырос.
Я всё реже отрывался от работы ради того, чтобы отдохнуть, прикупить что-нибудь, развлечься. Безостановочно гнал и гнал куда-то вперёд и вверх, доказывая что-то – себе, родителям, окружающим. А тем временем, словно ярко-красное заходящее солнце, исчезало за горизонтом моё счастливое детство, и чем дальше оно пряталось, тем сильнее я зарывался в работу и всё меньше и меньше обращал внимание на окружающий мир, не успевая следить за техническими новинками. Расслаблялся, лишь когда пылесосил пол или мыл посуду, когда ходил в магазин или в гости к друзьям, когда занимался спортом или читал. И считал, что это отличный отдых, но как оказалось, для всех остальных эти занятия были непосильной тяжестью. Поэтому появились роботы-пылесосы, посудомоечные машины, бесплатные доставки всего, чего угодно, хоть жвачки, хоть автомобилей, всевозможные онлайн-чаты, видеохостинги и мессенджеры… В конце концов, даже супер-пояса для похудания: носи их, ешь сколько угодно и худей.
Сколько же свободного времени появилось у шести миллиардов людей, и куда им его тратить, пока одна половина земного населения ожидает доставку какого-нибудь хлама, а вторая её осуществляет? Хочется верить, что на что-то полезное, потому что в голову сразу же приходят слова отца: все нехорошие поступки и дурные мысли – от безделья.
Я убрал книгу в рюкзак. Меня всегда окружают книги: дома, на работе, в машине, в поездках. Несмотря на то, что они часто занимают много места, я предпочитаю бумажные издания и продолжаю ходить в букинистические магазины, чтобы пополнить свою библиотеку. Не могу читать с монитора, очень быстро устают глаза. К тому же электронные книги, даже при всём их удобстве, не доставляют мне той радости, которую я получаю, держа в руках настоящую книгу. Это похоже на ритуал, когда я подробно изучаю обложку, аннотацию, титульный лист. Прежде чем начать читать, могу познакомиться с биографией автора и историей создания произведения (или освежить их в памяти), бегло пролистав несколько статей в интернете. А когда мне попадается какой-нибудь редкий экземпляр или издание, я чувствую себя самым счастливым человеком на свете.
Как это ни банально, но лучшим подарком я считаю книгу. И если человек мне действительно близок, и я хочу ему добра, то обязательно подарю ему умную книжку из своей коллекции. Не жалею собственных книг для хороших людей. В своё время на этих же страницах я сам находил ответы на свои вопросы, размышлял о прочитанном, обогащался внутренне. Дарив их, надеялся, что они точно также послужат новым хозяевам и помогут им с решением их проблем.
Неприкосновенности подлежат лишь особо дорогие и редкие вещи. Например, моё собрание книг по Крыму, включающее в себя более сорока томов: путеводители, записки путешественников XIX века, сборники стихов, посвященных полуострову, легенды и предания, репринты древних изданий – в общем, всё то, что найти в магазинах Йоханнесфельда невозможно.
Книги из моего детства я тоже бережно храню: «Футбол» из серии «Я познаю мир» 1996 года, «Атлас мира для школьников» 1998 года, который я залистал до дыр, изучая страны мира и их города.
– Привет, мам, – мы уже выезжали из города, когда мне позвонила мама. Я стараюсь звонить родителям несколько раз в неделю: всё-таки, растить ребёнка семнадцать лет подряд, а потом в один момент лишиться его, отпустив в большую жизнь – тяжёлая потеря. Жаль, что заходить в гости так же часто, как и звонить, у меня не получается.
Увольнение с работы немного выбило меня из привычной колеи, введя в больший философский транс, чем тот, в котором я пребываю обычно, поэтому я уже несколько дней не разговаривал ни с отцом, ни с мамой. Вспомнил об этом только теперь, увидев входящий звонок.
– Привет, Саш. Что-то ты давно не звонил. Всё в порядке?
– Да-да, всё хорошо, мам. Извини. Что-то насыщенная жизнь в последние дни: поздно ложусь и рано встаю. Закружился, – я смотрел в окно автомобиля на сугробы и падающий в свете уличных фонарей снег. Почему-то вспоминалась родительская баня: она находилась в 20-25 метрах от дома, и, чтобы попасть в неё, нужно было улицей миновать сарай и гараж. Зимой, собираясь туда, я никогда не надевал на себя верхнюю одежду. Шёл прямо в том, в чём был: майка и шорты. Бежал в валенках, задыхаясь от морозного воздуха, и останавливался на середине пути, где свет от фонарей мне не мешал. Поднимал голову вверх и смотрел на небо, где бесчисленным множеством ярко сияли звёзды. В городе такое увидеть невозможно: слишком много уличного освещения. А в деревне от звёздного сияния захватывало дух. Я стоял, любуясь этим великолепием, и ловил снежинки носом. Потом находил Большую медведицу, желал ей доброй ночи и бежал дальше.
– Что-то случилось на работе? Как дела? – приятно было слышать её спокойный голос.
– Да нет, всё как всегда. Разгребал дела перед отпуском. Вот, наконец, вырвался. Еду в аэропорт, – я не собирался её огорчать новостью о своём увольнении, ведь она вздумает переживать. Расскажет отцу. Тот начнёт анализировать всю мою жизнь и тоже расстроится. Позвонит мне. Будет долгий разговор: точнее, я-то буду долго молчать, а вот отец станет много говорить. И как результат, расстроюсь я…
– Ой, а я забыла, что ты в отпуск собираешься! Куда ты всё-таки решил ехать?
– В горы. Я ненадолго, всего на пять дней. Сяду в Харвине, потом в Долину Свободы, на Пик Данте. Может быть, поднимусь до Северной Короны. Я пока не решил, мам. Как у вас дела?
– Потихоньку. Работа, дом, работа. Вчера весь день прибиралась, пирогов напекла, в бане мылись. Сегодня чистила снег несколько раз, да всё без толку: валит и валит. У нас таких узких тропинок во дворе никогда небывало. Отец завтра трактором расчищать будет, сказал.