Илья Бриз – Зверь над державой (страница 44)

Если ложусь в четвертом часу ночи, то к семи утра просыпаюсь прекрасно выспавшимся. Быстро привожу себя в порядок. Хорошо, что здесь наконец-то начали выпускать одноразовые бритвы. В четверть восьмого бужу поцелуем свою любимую. Светка довольно потягивается, возвращает поцелуй и идет умываться. Копуша. Совершенно не понимаю, что можно делать столько времени в ванной? Но к восьми она все же проскакивает к себе в комнату, завернутая в полотенце. Почему-то терпеть не может халатов. А если домработницы нет дома, то и без полотенца, задорно сверкая своими прелестями. Вот ведь бесенок! Знает, что утром на ласки нет времени, но без этого не может! Ей обязательно надо меня немного поддразнить. Быстро одеваться Светланку я научил. Если хочешь завтракать вместе со мной, то изволь поторапливаться.

Вот на завтрак у нас уходит много времени. Целых полчаса. Болтаем потому что. Не можем мы без разговоров жить.

– Егорка, а почему?…

– Ешь давай, чудо мое кареглазое! Смотри, в школу опоздаешь с такими темпами, – говорю я, отлично зная, что в школу моя Светка не опаздывает никогда и учится на одни пятерки. Обещание отцу надо выполнять. Черт знает что! Люблю и ласкаю почти как женщину, а воспитываю, как ребенка. И, что самое удивительное, счастлив безмерно!

– А наш Женя-Егор растет не по дням, а по часам, – с удовольствием констатировал Коган.

– Да уж, – ответил Викентьев, – не успел генерал-лейтенанта получить, уже генерал-полковник. Нам с тобой, Пал Ефимыч, такие звания и не снились. Я и сам не заметил, когда не я ему, а он мне задания стал давать.

– Не завидуй, Юра, – улыбнулся полковник, -ты, может быть, еще быстрее в тех условиях смог бы подняться. Хочешь туда? Но учти, Катерина с твоим будущим сыном здесь останутся.

– Ну уж нет! Катеньку я даже ради звезд генералиссимуса не брошу. Мне с ней и тут неплохо.

– То-то же. А говорил я не о звездочках на погонах, а про профессиональный рост Синельникова. Как он разработал и виртуозно провел операцию с Брауном? Ладно, со стратегической оценкой ситуации перед тем совещанием мы Синельникову помогали, но вариант шантажа коалиции возможным подрывом рудников в Швеции и Норвегии он сам придумал.

– Оттяпать Канаду и поделить со Штатами – это тоже самостоятельная идея Егора. Да и операцию с дискредитацией Англии и восстанием в Индии он тоже сам провернул. Мы ему здесь только техническими аспектами помогли. А ведь действительно, стремительный профессиональный рост налицо, – согласился с куратором Викентьев.

– Знаешь, Юрь Саныч, у меня такое ощущение, что у Егора не только память улучшилась, он вообще другим стал.

– В смысле? – не понял директор проекта.

– Характер. – Коган достал сигареты и закурил. – Я ведь его личное дело тщательно проштудировал. Не был он никогда таким инициативным.

Викентьев задумался. Тоже закурил и только после этого сказал:

– А знаешь, Пал Ефимыч, ты, пожалуй прав. Я вспоминаю, каким он был в учебных лагерях рубахой-парнем, но вот первым в авантюры никогда не лез. Это ты точно подметил. Тут еще эта любовь внезапная.

– Почему внезапная? – удивился полковник. – Ты забываешь, что Синельников там уже два с половиной года.

– Да все я помню, но мозг-то перестраиваться не хочет. Все оценивает по меркам этого мира, – констатировал директор.

– Ты-то сам давно с Катериной познакомился? -усмехнулся Коган.

– Действительно, кажется, только вчера, а теперь свою жизнь без нее и не представляю. Только три дня прошло, как Катя улетела, а я уже скучаю, – признался Викентьев. – Я где-то читал, что нормальный мужчина подсознательно выбирает себе спутницу жизни, похожую на его мать. Катенька и правда похожа немного на мою маму, а чем, интересно, руководствовался Женька, влюбившись в дочь Сталина?

– Ну, знаешь ли, у тебя и вопросы. Здесь он свою мать знать не мог. В детский дом попал прямо из роддома, насколько я помню по личному делу Воропаева. Там Синельников стал сиротой в четыре года. С учетом того, что, по его же уверениям, Егор полностью восстановил память реципиента, то… – полковник задумался, – А может быть, твоя теория и работает.

– Она не моя. Говорил же, вычитал где-то, – поправил директор. – Но вот то, что сам Сталин разрешил им жить вместе, когда ей только что четырнадцать стукнуло…

– Вот это как раз не очень меня удивляет. Тогда были совершенно другие взгляды на жизнь. И не надо так думать о Виссарионыче. Что значит, «сам Сталин»? Пойми Юра, все исторические личности – это в первую очередь люди, и ничто человеческое им не чуждо. Любовь к детям в том числе.

Коган задумчиво постучал пальцами по столу, а потом неожиданно спросил:

– Слушай, Юрь Саныч, ты ту мою просьбу выполнил?

– Какую? – не понял вначале Викентьев, но тут же сообразил. – Это когда мы из Пулково ехали и за нами хвост был?

Полковник молча кивнул.

– Выполнил и даже перевыполнил, – с некоторой гордостью сказал директор.

– Это как? – удивился Коган.

Собрал в одном месте файл-сервер на восемьсот терабайт и подключил автономный аппарат пробоя. Ну и таймер на месяц запрограммировал. Если в течение этого срока таймер не сбросить, то весь пакет автоматом пойдет туда. А информация на винчестерах автоматически обновляется по тем кодам, что ты, Пал Ефимович, мне тогда дал.

– Молодец! Отлично придумал.

– Только… – Викентьев немного стушевался, – информация по проекту там отсутствует. – Увидев недовольный взгляд куратора, он тут же добавил: – Она несколько в другом месте.

– Арчи, какого черта ты вытащил меня с рыбалки? Да еще в поздний вечер субботы. То, что вы там нашли по «Зверю», вполне могло подождать до понедельника. Или хотя бы до утра.

– Сэр, я уверен, что вы, ознакомившись с моим отчетом, сразу забудете и про рыбалку, и про то, какой сегодня день недели. – Голос Арчи звучал непривычно глухо. На его лице читалась целая гамма чувств, но главным образом – растерянность.

– Даже так? Что там такое с этим проектом – контакт с зелеными человечками? – Сарказм в голосе начальника отдела был очень заметным.

– Н-не совсем, сэр… Честно говоря, я даже не знаю, что делать… Тут такой уровень… Я, получив эту информацию, понял, что нам придется зачищать всех, кто хоть что-то знает об этом… Потому что… – Парень явно все еще не отошел от шока.

– Арчи! Арчи!!! – Тихое звяканье стекла и характерное бульканье. – Какого черта ты мямлишь?! Выпей! Приди в себя и расскажи, в чем, прах побери, дело?!

– Ф-фух… Извините за срыв, сэр! Давайте я изложу вам все в том порядке, в каком все это происходило.

– Ну что ж, давай рассказывай по порядку.

– Если помните, мы решили зацепить Логинова-старшего, чтоб через него выйти на его сына, формально второго, а фактически – третьего человека в «Звере». Не буду утруждать вас описанием деталей. Операция прошла как по маслу: нам удалось вынудить отца вызвать к себе сына, а когда тот приехал, мы предоставили Логинову-младшему весь материал на их семейку. Почти вся наша агентура над этим компроматом трудилась в поте лица. И не зря… Молодой Логинов быстро сообразил, что если его начальство получит эту информацию, то их с отцом уберут в любом случае. Поэтому он согласился сотрудничать с нами и рассказал все, что знал.

– И чем же таким занимается «Зверь», что тебя это так… хм… взбодрило?

– Вот, – парень выложил из дипломата папку, – ознакомьтесь с переводом разговора.

– Да-а-а, снова эти русские выкинули фортель, – сказал, прочитав документ, начальник отдела и задумался. – Надо же, параллельный мир… Да еще с такими установками – время там быстрее идет… К тому же этот обмен разумов – никогда не думал, что идея Шекли[35] будет осуществлена.

– Не совсем обмен, сэр. Как следует из рассказа Логинова, тело донора умирает, а его сознание полностью подавляет сознание реципиента.

– Да какая разница! Это уже детали… Да и вообще, этот, как его Логинов назвал? Проект «Зомби»?Так вот, этот проект «Зомби» в данном случае – лишь удачное приложение к «Зверю». Хотя этот всплывший проект – наш недочет, разведка прошляпила его в свое время. И кто знает, сколько еще таких проектов у этих чертовых русских под сукном лежит? – Теперь уже старший самостоятельно пытается выйти из шока. Через какое-то время ему это удалось. – Итак, Арчи, что мы имеем?

Молодой сотрудник тут же вытащил из дипломата еще одну бумагу и, поглядывая в нее, начал говорить:

– Первое. Проект «Зверь» представляет собой двусторонний информационный контакт с параллельным миром. Контакт инициируется с нашей стороны с помощью некоей установки. Второе. С помощью «Зверя» русские в перспективе получат новые технологии. Третье. Саму установку сделать довольно просто, но найти нужные числовые коэффициенты простым перебором за приемлемый период времени не представляется возможным при данном развитии вычислительной техники. Четвертое. Коэффициенты знают трое – Горин, Малышев и Викентьев.

– Стоп, а Коган, выходит, их не знает? – перебил агента начальник отдела.

– Нет, сэр. Если помните, Логинов говорил, что один раз видел, как Горин полковнику что-то со своей флешки вводил в ноутбук, чтобы тот к установке в тот раз мог подключиться.

– Значит, трое… Ну что ж… Поднимай всю нашу русскую агентуру. Любым способом надо добраться до кого-то из этих троих. Но без моей санкции ничего не начинайте!