Илья Бриз – Враг государства (страница 7)
«Объясни, дорогой, вот как ты умудряешься всегда находить верные слова при первом общении с незнакомыми разумными?» — как бы мимоходом поинтересовалась нейросеть джоре.
Девочка подумала, еще раз оглянулась на подбадривающую ее взглядом женщину, увидела частые кивки кузины, опять испытующе посмотрела на парня и на пару секунд все-таки неуверенно сверкнула неким подобием улыбки. И, похоже, испугавшись сделанного, юркнула за спину тетки.
— Благодарю, ваше королевское высочество, — делая шаг назад, поклонился Костик. — А сейчас прошу меня извинить — очень много работы, — еще отошел немного, опять поклонился и, только после этого повернувшись, ушел дальше вкалывать на ниве ремонта линкора.
«Думаешь, выясниться?»
Принялся за дальнейшее исследование хорошо повоевавшего корабля, одновременно раздавая команды искинам. Реакторный отсек — почти норма. Минимум семьдесят процентов от номинала способен выдать уже сейчас. Разгонно-маршевые двигатели — минматарские инженеры частенько совмещали обе функции, несмотря на резкое увеличение сложности производства и себестоимости в угоду надежности — выжимали из себя пока только сорок процентов тяги. После ремонта выдадут все восемьдесят пять. С управлением пока плохо, но на складах инженерного отсека маневровых движков хватало для полного восстановления системы. Бронекапсула ВИП отсека с роскошными каютами, собственной системой жизнеобеспечения, позволявшей находиться в отсеке не в комбинезонах, а в обычной легкой одежде, и даже с небольшим бассейном, вообще не пострадала. Что впрочем, объясняется намерением арварцев захватить линкор и его главную пассажирку. Поэтому в его направлении вообще не стреляли. Рабочего тела для движков и хладагента потеряли прилично, но для возврата к родным верфям хватит с гарантией. Энергощиты требовали кропотливой и муторной замены эффекторов. Но вот эта работа полностью «на совести» искинов.
А вот с ремонтом гипердвигателя возникли проблемы. И основные, и резервные блоки его управления были выбиты начисто. Оба склада, где находились запасные, выгорели дотла. Впрочем, как и малый промышленный синтезатор, способный изготавливать почти любую электронику молекулярного уровня. Цифровые функции блока можно было заставить выполнять почти любой искин. Но вот что делать с активатором, точнее с его отсутствием, парень просто не представлял. Вот чувствовал, что решить эти проблемы может, но пока не въезжал, как именно.
— Ее мать и старшую сестру долго насиловали с немыслимыми извращениями и убили на глазах девочки четыре года назад во время Нагрейского побоища, — грустно произнесла генеральша. — Вырезали большую часть королевской семьи, а ее оставили для предводителя мятежников. Но тут появилась я с третьим флотом и четырьмя дивизиями десантников. Спецотряд вытащил племянницу, но… — чуть задумалась и продолжила: — С тех пор девочка боится мужчин. Всех мужчин, за исключением отца. Что только ни делали, но все без реального эффекта. Сегодня больше часа уговаривала, что надо хоть как-то поблагодарить нашего спасителя.
Герцогиня заявилась только вечером. Константин успел перегнать линкор в относительно плотное астероидное облако. Ну как плотное — тысячи и десятки тысяч километров между громадными валунами. Но для сканеров исходя из размеров системы — плотное. Изредка попадались камушки с некоторым содержанием железа. Как следствие — обнаружить неподвижный ремонтирующийся корабль даже сканерами в активном режиме было практически невозможно. По расчету кластера искинов ремонт должен был затянуться на пять-шесть суток. Только после этого можно будет говорить об ограниченной боеспособности линкора с возможностью возвращения в королевство. Выход с активатором парень все-таки нашел. Не самый удачный вариант, но прыгать на четыре-пять систем можно будет с гарантией. Конечно активаторы для кораблей крейсерского класса и тяжей, что называется, и рядом не стояли. Спасло одинаковое подключение по внутризаводским стандартам королевства. Другое дело, что без варварски препарированного блока «Стриж» становился чисто внутрисистемным кораблем, но герцогиня при объяснениях по уже работающей внутрикорабельной сети клятвенно заверила, что при первой же возможности выйти на связь, новый блок доставят с королевских верфей со всей возможной скоростью.
А вечером ее высочество заявилась в предоставленную парню роскошную каюту с бутылкой отличного коньяка. Устроилась напротив Костика в низеньком кресле. Сама наполнила бокалы и произнесла тост за спасителя. Говорили о разном, но сначала женщина рассказала о предательстве одного из сановников, достаточно тонкой игрой организовавшего встречу принцессы с высокопоставленной подружкой на каком-то местном празднике у самого фронтира в Аратании.
— Что за подружка? — поинтересовался с нейтральной физиономией, уже практически зная, о ком идет речь.
— Да так, — отмахнулась генеральша, явно не желая говорить о принцессе Галанте. — Познакомилась на каком-то чате высочайших аристо Содружества. Нашлись общие интересы. С тех пор не разлей вода, — конечно минматарка употребила выражение на интере, но подсознание само переводило в привычные понятия.
— Полетели на праздник. Тут довольно сложная космонавигация. Удобнее через несколько систем фронтира проскакивать. Нарвались у этой никому не нужной звезды на засаду. Сразу больше десятка глушилок гипера. У меня в конвое лучшие экипажи королевства, — тяжело вздохнула, — были. А уж на этом линкоре, — налила себе полный бокал, приняла разом и, не закусывая, потянулась за сигаретами.
Костик предупредительно поднес огоньку, сам закурил, всем своим видом показывая внимание к рассказу.
— Тут еще эта новая концепция боя в Великой пустоте. Один пилот-оператор экстра-класса с парой десятков универсальных КИПов, включая тяжелые и торпедоносцы. Но не в условиях такого численного преимущества противника с очень мощной системой ГРЭБ[4]. Связь в клочья порвали сходу. Подавили напрочь. Все до одного офицеры и бойцы экипажа пошли пилотами на КИПы. Сама с девчонками в резервную рубку, как в самое защищенное место на корабле командовать боем отправилась. Поверь, я не просто так это таскаю, — указала на планки комбеза, где в числе многочисленных прочих были знаки пилота-эксперта малых, средник и тяжелых кораблей. — Дали арварцам, — употребила слово на интере, ближайшим аналогом которого было «просраться». — Но их было слишком много при, надо признать, вполне грамотном управлении. Мои бойцы выбили противника почти подчистую. Сами сгорели, но почти выбили, — грустно повторила. — И ни одной катапультированной спаскапсулы. Ну а дальше ты сам видел, — еще выпила. Посмотрела на Костика и восхитилась: — Но как ты тяжелый крейсер на такой скорости с одного выстрела тридцатимиллиметровки спалил?! Сказка! — вскочила. — Дай поцелую!
Вот чего парень не ожидал, когда женщина в генеральской форме приникла к его губам, так это огромного удовольствия от такой благодарности. Столько огненной страсти вдруг выплеснулось на него, что готов был немедленно разодрать на ней одежду и…
Опомнились они одновременно.
— Прости, — коротко извинилась, облизывая свои полные почти до крови искусанные им губы.
— Не за что. Если захочешь…
— Перестань, — почти спокойно прервала. — Откат после тяжелейшего боя. Понимаешь же, что будущего у нас нет и быть не может — слишком мы разные. Разве что напряжение снять? — совершенно непонятно было, кого она спрашивает. Его? Или, может быть, себя?
Через минуту абсолютно трезвая еще раз восхитилась: — Никогда ранее не видела такой точной снайперской стрельбы не в полигонных условиях, а при наивысшем напряжении битвы. Проси чего хочешь!
— Да за кого ты меня принимаешь?! Да… — возмутился. Захотел было грубо ответить, но был прерван совершенно спокойными словами.
— За человека, который, не раздумывая, пошел на смерть ради совершенно незнакомых ему разумных. Ну признайся же что, занимая позицию, был уверен больше в проигрыше, чем в победе?
«Умная женщина, — не выдержала Сета. — Даже я не смогла бы со стороны настолько точно оценить ситуацию».
— И после всего этого смеешь утверждать, что не высший аристо? Да ты, мальчишка, благороднее всех, кого я знаю, включая брата-короля. И хватит уже об этом. Давай просто поговорим как простые усталые бойцы после битвы. Ведь заслужили же толику отдыха?
Сама наполнила бокалы, улыбнулась обворожительно, посмотрела, как пригубил, сделала глоток и вдруг принялась излагать грустную историю семьи. Старший братец, конечно, еще тот самодур, но за своих — королевство, семью и народ глотку кому угодно перегрызет. Парень и не заметил, как перешел в общении с красавицей на «ты». Делились взглядами на жизнь, на Содружество. Хотя он больше слушал эту непозволительно красивую и, в то же время, мудрую женщину. Сами не заметили, как пролетело время. Пробили полуночные по корабельному времени склянки. Старинный обычай на королевском флоте — каждый час тихая короткая мелодия, если в каюте не спят. Зуна поднялась, махнула рукой, прощаясь, и направилась к выходу. Внезапно остановилась, повернулась, подошла и обожгла поцелуем.