Илья Бриз – Враг государства (страница 34)

Эллимонконуэль тан Галанте, с трудом оторвавшись от такого сладкого действа, рухнула перед ребенком на колени, обняла, расцеловала в обе щечки, успев сообщить окружающим «Какой хорошенький», и в готовности склонила голову. Мальчик осторожно потрогал сначала одно ушко, потом другое, погладил и удивленно сообщил: — Настоящие. Теплые и мягонькие.

Императрица расхохоталась, вскочила на ноги, подхватила ребенка, опять расцеловала и предложила: — Давай дружить. Будешь трогать мои уши, сколько захочется.

— А карамельные орешки у тебя есть?

— Для такого хорошенького всегда найдутся, — осмотрелась, поднялась на возвышение, приказала, ни к кому конкретно не обращаясь: — Кресла моим гостям, — сейчас ей было плевать на этикет. Столько времени твердили, что вот это надо исполнять только так, а то строго этак. Делала, как указывали, и мечтала. Мечтала, что когда-нибудь снова увидит своего спасителя, с которым можно было забыть обо всем на свете, не говоря уже о ненавистном этикете. Мечтала и боялась, что Он ее забудет. А сегодня, когда начальник СБ на аудиенции сообщил вероятно самую большую секретную проблему империи, и что Он, единственный кто может решить эту проблему, вернулся. Вернулся не один, а с родственниками. Увидела и вдруг перестала бояться. Не забыл. Слетела к Нему как на крыльях…

Сама села на трон, когда все гости были усажены. Устроила на коленке ребенка, распорядилась принести орешков и только после этого начала знакомиться. Радостная, довольно улыбалась каждому представленному гостю. Чуть задумалась и предложила:

— И чего мы будем время тянуть? Пойдемте в пиршественную залу — надо отметить ваш приезд.

Устроилась между братьев, убедившись, что слуги позаботились о специальном детском креслице для ребенка.

Собственноручно подливала старшему в снифтер коньяк очень большой выдержки, соки младшему и даже сама осмелилась и выпила полбокала шампанского.

В общем, ночевал Костик в императорских покоях. И даже не терзался душевными муками, что спит с его точки зрения с малолеткой. А уж счастью самой императрицы утром просто не было предела — светилась как маленькое солнышко, с заметной радостью глядя вокруг своими миндалевидными карими глазками. Разве что часто краснела, что-то вспоминая, что выглядело весьма очаровательно на ее белой-белой, как только что выпавший снег, коже.

— И где вы, друг мой, такое старье откопали? — поинтересовался Костик, осматривая неработающую линию производства ядер для нейросетей. Нет, с точки зрения аграфов линия была совершенством, просто недостижимым для нынешних технологий Содружества. Но если истинный джоре сказал старье, значит старье. Блеф — это наше все. Парень уже прошелся ментосканером по всей линии и понял, что подобное оборудование для него пока недостижимо. Разве что при сканировании разобрался в некоторых технологиях джоре. Для большинства этапов производства требовалась идеальная чистота. Не более одной-двух молекул посторонних веществ на кубический дециметр объема. Корпус из сверхплотного дегазированного телепортацией сплава. Тем же способом удаление молекул всего лишнего и заполнение смесью сверхчистых инертных газов под очень высоким давлением. И уже в эту смесь помещалось оборудование. Оригинальное решение, позволяющее к тому же решить все вопросы с отводом лишнего тепла.

Костик с заметным любопытством не торопясь обошел весь подземный завод джоре, обнаруженный аграфами семь с половиной тысяч лет назад. Разглядывал установки, вслух поражаясь древности и якобы несовершенству техники, а на самом деле старательно ментосканируя оборудование — точные чертежи, примененные материалы. То есть с возможностью когда-нибудь в будущем повторить его. Ну а то, что не удастся…

— Граф, — посмотрел на председателя Тайного совета, проводившего для парня эту «экскурсию», — линию производства ядер я вам запущу. Дня три-четыре и будет как новенькая. Надеюсь, вы понимаете, что работа такого уровня должна быть соответствующим образом оплачена?

— Ваше императорское…

— Бридимир, — перебил на полуслове, выказывая на лице недовольство, — ну мы же договорились без полных титулов.

— Как скажете тан, — все-таки поклонился. — Честно говоря, я затрудняюсь в оценке вашего труда. Очень надеюсь, что она не ляжет неподъемным бременем на бюджет империи.

— Ну как можно, тан? Мы ведь друзья. Так, по мелочи возьму. Сотенки три тысяч ваших нейросетей для начала. Причем не обязательно самых последних поколений. Седьмого будет вполне достаточно. Парочку транспортных суденышек. Ну и, пожалуй, несколько заводиков по производству комбинезонов и комплектующих для них.

— И все? — удивился председатель.

— Куда больше? — покровительственно похлопал по плечу. — Разве что, — изобразил задумчивость, — сколько у вас здесь обнаружено нейросетей джоре? Точнее — сколько на данный момент осталось на складах? — пристально, очень пристально посмотрел прямо в глаза.

Бридимир тан Галанте понял, что даже малейшее сокрытие этой информации может очень плохо сказаться как на нем самом, так и на всей империи.

— Девять с половиной миллионов здесь и около двух в различных исследовательских центрах корпорации «Нейросеть». Эти центры территориально раскиданы по всему Содружеству.

— Маловато, ну да ладно. Распорядитесь об изъятии и немедленной доставке сюда. Это не в счет оплаты моего труда. Увы, но я вынужден реквизировать эти нейросети — они по определенным причинам просто опасны для нынешних разумных Содружества, — и ведь, ни на йоту не наврал. Вон, одна единственная нейросеть джоре на секретной станции арварцев чего натворила — ни станции, ни миллиона разумных как и не было.

— Наши специалисты убедились в невозможности их инсталляции и использовали исключительно для исследований при проектировании новых нейросетей.

— А вот с этим могу пойти навстречу. Графиня Коган немного отдохнет от длительного путешествия — месяца два-три, не больше — и поможет вашим специалистам.

Немедленно связался по ментоканалу с Наташкой: — Привет подруга! Тебе боевое задание: За восемь-десять недель поднимешь инженерные базы и все, что у нас есть по нейросетям до максимума. Затем окажешь шефскую помощь местным труженикам от науки — научишь запускать при инсталляции их поделок сначала тридцати двух битную информационно-адресную шину, позже и шестидесяти четырех битную. Скорость работы шины существенно не повышать. Ну, там еще что-нибудь по мелочи. Справишься?

— Как нефиг делать, — скорчила презрительную рожицу. — Сдаешь меня аграфам в аренду?

— Ну ты же сама хотела с ними близко пообщаться.

— А если я романчик-другой с кем-нибудь из них закручу? Есть такие лапушки…

— Сколько угодно. Только рожать от них не вздумай.

— Никогда! Деточки у меня должны быть умненькими с достойным для джоре базовым ИП.

— Молодец! — похвалил девушку. — В правильном направлении мыслишь.

Одновременно с общением по ментоканалу продолжал разговор с председателем Тайного совета:

— Одно суденышко — средний транспортник двенадцатого поколения — пусть сюда подгонят и немедленно начинают погрузку нейросетей и заводов. На втором таком же я после запуска линии в Центральные миры отправлюсь. Есть у меня там кое-какие дела. Ах да, кораблики требуется еще внутрисистемными ботами оснастить. Ты, друг мой, все хорошо понял? — надо не забыть потом проверить мозги этого Бридимира, не передавил ли?

«Не забуду, мой император» — подколола Сета.

Ремешком по голой заднице для профилактики?

«Ты только обещаешь» — оставила за собой последнее слово нейросеть джоре.

— Уверены? — перевел взгляд с младшей сестры, озвучившей предложение, на старшую.

— Полностью, — кивнула Катеринка. — Технология сполотов скачкообразного повышения ментовозможностей на несколько единиц нужна в первую очередь нам. То есть тем, у кого в голове нейросети джоре. Пообщаемся с их гуру, прикупим эти импланты «Эспер» с учебными базами.

— Еще и на этих людей-кошек, то есть мзинов посмотрим, — добавила Маришка. — Интересно, у них хвостики есть? Пушистенькие должны быть.

— Я те дам, хвостики! — шутливо погрозил пальцем. — Ладно, берите моего «Стрижика» и отправляйтесь. Идея действительно стоящая. А мне, увы, не разорваться. Закончу с мародеркой завода нейросетей джоре, прощальный бал с императрицей и через Центральные миры в королевство.

— С заводом-то не попадешься? — заботливо спросила старшая сестра.

— Нет, — отрицательно покрутил головой, — корпуса у всех установок цельные герметичные. Даже лучшими сканерами сполотов не просветить. Ну а то оборудование, что нам самим в ближайшем будущем не представляется возможным повторить, телепортирую в свои ПП-кармашки. Взамен, чтобы масса не изменилась, отправляю в корпуса разный железный хлам, что Володя с ближайшей свалки натаскал. Он у нас якобы интересуется историей техники.

Работу с линией производства ядер вынужденно растянул на целую неделю. Иначе никак не получалось стянуть с завода все то, что наметил для экспроприации в первый день. Да и ПП-кармашки у Костика были большие, но не бездонные же. Днем мародерил, вечером выгружал в отсеках первого полученного от аграфов среднего транспорта, набивая потом кармашки точно такой же массой металлолома. А на ночь ложился в медкапсулу — выматывался жутко, за пару часов такой пахоты теряя до килограмма живого веса. Без медкапсулы быстро не восстановить. Но за неделю справился. Теперь на Гардарике пусть спустя много лет, но появится свой завод, способный производить нейросети джоре.