Илья Бриз – Враг государства (страница 18)

— Во-первых, наша чистая победа в информационной войне. Повальное бегство арварских чиновников в «родные пенаты» привело к рекордному падению цен на продукты питания в их империи. Разве что сорок две тысячи до дому не добрались. Корпорация «Шарон, Шарон и сыновья» именно за столько доказанных случаев уже выплатила премиальные.

Водка по ощущениям оказалась как холодная вода из горной речки. Только через несколько секунд почувствовав приятное тепло в животе, понял, что градусов в ней хватает. Маринованные грибочки оказались очень к месту.

— Не воруют? — мимоходом поинтересовался, нанизывая на вилку лук с селедкой.

— Смысла нет. По договору им полагается пять процентов с каждой выплаты. Твоя герцогиня не просто так этих юристов рекомендовала — очень порядочные люди.

— Очень порядочные, — хмыкнул, наполняя стопку. На этот раз только до половины. — Торговались за каждую копейку при заключении договора, — опрокинул в себя, в этот раз все-таки сразу почувствовав заявленные сорок пять градусов. Вот тут пельмешки оказались в самый раз. Тем более что вдруг накатил самый настоящий голод. Творчески отдался процессу, слушая рассуждения нейросети джоре.

— Сначала в Содружестве был кратковременный взлет цен на продукты. В Арварии строго наоборот, сбыта-то не было. Потом частные фирмы сориентировались, и стали за бесценок скупать продукцию с немедленной отправкой в остальные государства Содружества. В результате все устаканилось с результирующими оптовыми ценами на девятнадцать процентов ниже, чем до начала нашей войны. Бюджет Арварской империи потерял около тридцати пяти миллиардов кредитов. Несомненная победа!

Сие событие было отмечено еще половиной стопки холодненькой беленькой. Костик повторил и маринованные грибочки, и селедку под лучком, так как вторая порция пельменей уже кончилась.

— Ну и самое главное сегодняшнее событие, просто венчающее наше покидание Центральных миров, — Сета с гордым видом встала, а малый универсальный дроид на вытянутых манипуляторах принес от синтезатора поднос с круглым тортиком. В центре мерцала колеблющимся огоньком одинокая свечка.

— Дунь за меня, пожалуйста, — попросила нейросеть джоре.

Год. Всего лишь один год, как Сета осознала себя личностью. Или целый год, если судить по случившимся за это время событиям. Много это или мало?

Пятисуточный прыжок вытащил «Стрижик» достаточно далеко от границы Центральных миров и империи Галанте. Вышел из гипера на краю системы под энергокамуфляжем. Осмотрелся. Очередной красный карлик. Несколько безжизненных планет и газовый гигант. Пара станций-заводов и военная база. Не то чтобы аграфы очень уж любили воевать, но порядок на своих территориях поддерживали. Взял курс на базу на маневровых движках, не отключая камуфляжные генераторы. Поменял информацию в ИД-блоке нейросети на вообще несуществующие в Содружестве данные — пусть аграфы голову поломают. Вышел на связь по внутрисистемной аппаратуре гипера.

— Я Мих Крив. Прошу ответить любое официальное лицо империи Галанте.

Раз повторил, другой, третий. Ни ответа, ни привета. Разве что несколько боевых крейсеров ринулись от военной базы в разные стороны, буквально полосуя всю систему активным излучением сканеров. Ну, они меня так до скончания веков искать будут. Заново вышел в эфир, несколько изменив обращение.

— Я Мих Крив. Прошу ответить любое официальное лицо империи Галанте. Имею важную информацию.

Вот теперь хватило одного повтора. На экране появился аграф в форме капитана первого ранга. То ли сам командир базы, то ли один из замов — для генерала или адмирала эта база патруля явно была мелковата.

Рожа у каперанга — как лимон прожевал только что. Очень высокомерный тип.

— И что тебе надо, презренный пират?

— Для начала я не пират. Бежал из рабства на захваченном у арварцев корабле. Потому и ответчик отключен. У меня на борту ребенок вашей расы.

Некоторая заинтересованность проявилась-таки.

— И что ты, Мих Крив, за него хочешь?

— Я? — изобразил удивление, — ничего. Просто считаю, что дети должны жить со своими родителями.

— Откуда он у тебя?

— Обнаружил в медкапсуле, давно израсходовавшей картриджи. Были небольшие проблемы со здоровьем. Вылечил. Десяти-двенадцати лет. Может чуть больше — я не знаток вашей физиологии. Сейчас спит в ней.

Секунды раздумывания.

— Отключай камуфляжные поля и лети к базе на маршевых. Огня открывать не будем. Если не лжешь, Мих Крив, никаких отрицательных последствий не будет. Слово тана Урсаниеля Ингланора.

— Принято.

Выполнил предложенное и еще раз посмотрел на экран, превращенный в зеркало. Темный шатен с очень короткой стрижкой. Самому сложно узнать Константина Гуревича. За месяцы, что тащился по Центральным мирам и без медкапсулы изменил цвет волос. Подстригала Сета с помощью малого универсального дроида. Она же «рисовала» картинку для шоу, демонстрируя меня любимого без каких-либо изменений.

Пара тяжелых крейсеров, обнаруживших «Стрижа» на своих экранах, рванула на перехват. На всякий случай врубил щиты на максимум, но огня они не открыли. Пристроились по бокам и чуть сзади. Вблизи базы тормознул, встал на указанное место и застабилизировал кораблик. Крейсера ушли, но ПКО базы могло расстрелять мой рейдер в секунды. На связь вновь вышел каперанг: — Дай допуск стыковки медицинскому боту. Передашь ребенка врачу. После его обследования и опроса — свободен.

Коротко и ясно. Бот подвалил через несколько минут. Очень аккуратно пристыковался. В шлюз «Стрижика» вошла аграфка в форме капитана и с медицинскими эмблемами на груди и петлицах. С плохо скрываемым презрением вопросительно взглянула. Говорить с бывшим рабом явно не желала.

Ну, на нет и суда нет. Поднял медкапсулу, вывел из режима гибернации, дав команду на инъекцию безвредного транквилизатора, открыл, посмотрел. Спящая девочка вызывала жалость. Бедный ребенок, все в жизни строго по этикету. Потому и балаболила без умолку, как только ненадолго свободу почувствовала. Осторожно завернул в одеяло, поднял, поцеловал в лоб. А вот капитанша сначала в соляной столб превратилась — узнала ребенка. Отмерла, благодарно взглянула — спеси, как и не было — низко поклонилась и бережно приняла принцессу на руки. Не отрывая любящего взгляда от ребенка, покинула шлюз.

Через пару минут после отстыковки бота стволы ПКО базы смотрели куда угодно, но не на «Стрижика». Еще через четверть часа капитан первого ранга вновь появился на экране. Тоже без каких-либо следов высокомерия. Склонил голову как равный перед равным.

— Как мы можем отблагодарить вас, тан Мих Крив?

Уже тан. Девчонка явно успела выложить все, что знала и не знала. Впрочем, ничего другого ожидать от ребенка было нельзя.

— Или… — замялся, не зная как реагировать на практически пустую информацию в ИД-блоке нейросети. — Или уважаемый тан, но не Мих Крив?

— Не думаю, что это имеет большое значение, — улыбнулся в ответ. — Пусть будет Мих Крив.

— Желаете оставаться инкогнито? Ваше право. Но отныне вы, тан, желанный гость в нашей империи. И все же, какие-либо потребности?

Как там Портос говорил? Дерусь, потому что дерусь? Ну а я…

— Я нынче просто путешествую.

Каперанг сам все предложит, куда он денется.

— Тем более. Лоции, заправка, необходимые расходники? Какая-нибудь информация? — Урсаниель Ингланор был сама любезность.

Парень сделал вид, что задумался.

— Пожалуй соглашусь. Заправка, расходники по списку. Лоции? Не территории Содружества, только известное вам окружающее пространство, — зачем запрашивать лишние и явно секретные данные? Подробные навигационные карты он давно получил от своей генеральши. — Информация? Разве что историческая. В частности — конструкции с программным обеспечением медкапсул первых поколений. И может быть древние технологии изготовления картриджей для них.

Получил все за пару часов. Плюс — еще один блок опознания со встроенным допуском на любые объекты империи Галанте и… бутылку коньяка полу тысячелетней выдержки лично от каперанга.

На вопрос о направлении движения пожал плечами, сказав только одно слово «Путешествую».

Разогнался и ушел в гипер. Теперь, больше ни на что не отвлекаясь, домой на Землю. Сам себе не верил, что через полтора месяца — быстрее было никак — увидит сестер.

Глава 5

В империи Галанте разгорался скандал. Жуткий скандал! Но знали об этом всего какие-то два десятка старых умудренных опытом столетий аграфа. Именно те, кто сейчас реально правил империей.

А всего-то древний обычай, ставший законом в императорской семье. Все потому, что один из первых властителей аграфов подписал весьма логичный с первого взгляда указ. Решительный был император, крепко держащий власть в стремительно развивающемся государстве. Умный, волевой, молодой — ну что такое полсотни лет при тогдашней средней продолжительности жизни аграфов не менее полутора сотен лет? Подписал подсунутый ему первым советником указ в спешке — очень уж много было работы. Подписал, не понимая, что этим он ставит крест на власти практически всех будущих императоров. Сущность указа была проста. Наследовать высшему руководителю государства должен не старший ребенок в его семье, а дин из самых младших, включая внуков и правнуков. Независимо от пола, но обязательно достигший возраста пятнадцати лет. Основное назначение указа — предотвратить частую смену власти. Скончается, скажем, давно уже дряхлый в свои сто шестьдесят три года император, а наследует ему старшая ста тридцати трехлетняя дочь, сама уже забывшая, когда у нее менопауза случилась. Ну и какой толк будет от такой императрицы, сосредоточенной на своих болячках и пра-пра-правнуках? А по этому указу на трон вступает молодой принц. Уже вполне разумный, достаточно хорошо понимающий, что он делает. Мало опыта и знаний? Так на то есть «Тайный совет», все члены которого назначались действующим императором или императрицей задолго до смены власти. Ну не додумал заваленный работой император, что воспитывать, учить и направлять юного властителя будут очень опытные аграфы, сами весьма охочие до власти. Так и получилось в результате, что император царствует, но никак не правит. Появление нейросетей только усугубило эту ситуацию. Возможности влияния на юного властителя резко возросли. С учетом резко увеличившейся продолжительности жизни аграфов от трехсот тридцати до трехсот девяноста годов — многократно. Вот так и получилось, что реально империей правил не представитель семьи Галанте, гордо восседающий на троне, а небольшая группа не очень молодых, но весьма опытных высокоученых аграфов, как правило — представителей высших кругов аристо.