Илья Бигильдин – Племена Хионы (страница 9)

По приезду в город Орест сразу направился в цитадель Аммонитов, стоящую почти на краю сферообразного зеркального модуля. Ему необходимо было доложить о том, что он узнал, выразить свои мысли и догадки единственному человеку, которого командор считал своим другом. Он зашёл внутрь и добрался до личного кабинета Тиберия.

– Прецептор! – прокричал Орест. Он метался из стороны в сторону, продумывая ход своих мыслей.

С правой стены от мужчины выдвинулась дверь, из неё вышел высокий черноволосый мужчины с вытянутым лицом и бородой вокруг рта, в чёрно-синем длинном плаще доходившем почти до пола.

– Тебя можно поздравить с успехом? – воодушевлённо спросил Тиберий.

– Поселение очищено, мы нашли детей и доставили их сюда как вы и приказывали прецептор.

– Отлично, – улыбнулся Тиберий.

– Но…– Орест сглотнул. – Старейшина откуда-то знал про мою дочь, откуда он мог знать про это? – глаза Ореста были напуганы.

Взрослый человек был напуган даже несмотря на многолетнее служение интересам ордена и достаточно внушительный опыт работы на Земле. Озадаченность нарисовалась на лице собеседника, он спокойно прошёлся к своему столу и присел на кресло, затем скрестил руки перед собой.

– Что именно тебе сказал старейшина? – спокойно спросил Тиберий.

– Он меня провоцировал, спрашивал, что с моими детьми, почему не помог дочери, – задыхаясь ответил Орест. – Как он мог про это знать, но как?!

Тиберий нахмурился.

– Ты думаешь, что старейшина был видящим?

Орест резко остановился, он был недоразумении от вопроса. В любое другое время он бы ответил, что это всё сказки и полный бред, но сейчас его мнение находилось в крайне шатком положении.

– Возможно, прецептор. Я как будто разговаривал не с человеком, старейшина как будто видел меня насквозь и давил на все возможные слабые места, – продолжал убеждать Орест. – Кто это если не видящий?

Тиберий оценивающе смотрел на своего командора по зачистке.

– Я очень сомневаюсь Орест. Насколько мне известно, видящие не могут читать мысли они не в состоянии понять, что конкретно ты сейчас думаешь. Они только могут улавливать эмпатические сигналы, поступающие с твоего мозга. Тебя, наверное, интересует вопрос откуда он мог знать про твою дочь? – пристально на своего собеседника смотрел Тиберий.

Лидер продолжал метаться из стороны в сторону. Своими вопросами прецептор оценивал неожиданное для него поведение достаточно хладнокровного человека. Орест судорожно кивнул на поставленный вопрос.

– Гоминиды очень хитрые, я считаю, что старейшина мог каким-то образом собрать о тебе информацию. Не представляю, как, но мог. Ведь не только я знаю о твоём горе верно?

Орест задумался, возможно прецептор был прав. Он в одно мгновение почувствовал, как с его плеч упал невыносимо тяжёлый груз.

– Я … я не могу вспомнить, прецептор, – неуверенно ответил Орест.

– Уверен не я один, Бланшар тоже знает об этом. Твоя дочь лежала в медицинском крыле в отдельном боксе для инфекционных больных. Разумеется, это разрешение я получил от гроссмейстера, Орест, – Тиберий поднялся с места и подошёл к своему командору. – Веди себя достойно, не поддавайся на эмоции. А теперь скажи мне где дети?

– В одном из «Буранов», – ответил Орест.

– Высади детей в крыле Б, там, где комната тишины.

– У вас какие-то планы на детей, прецептор?

– Не переживай дети не пострадают. Мне нужны организмы имеющую высшую нервную деятельность, а у детей развита нейропластичность лучше, чем у взрослых, тем более у детей, рождённых здесь. Они с младенчества контактируют с менгиром, я считаю своим долгом обследовать их когнитивные и умственные способности. Проведу несколько тестов, задам вопросы, проведу ассоциативный ряд, ничего особенного.

– Моя к вам просьба не причиняйте им вред, они лишь заложники обстоятельств, только и всего.

Тиберий подошёл вплотную и положил свои руки на плечо своему подчинённому.

– Я тебе обещаю Орест, дети будут в целости, после того как я закончу мы их завербуем, и дети будут существовать бок о бок с орденом. Мы вырастим новое, доверенное поколение. Сейчас в планах у ботанического корпуса постройка теплиц и проведение различных экспериментов с растениями, я уверен им там будет комфортно. – Спокойно и рассудительно ответил Тиберий.

Командор слегка улыбнулся и зашагал к выходу. Он отдал приказ пригнать «Буран» к месту, указанному прецептором. Петляя между модулями, транспортник доехал практически вплотную к чёрной матовой двери. Солдаты, ожидая снаружи, по одному выгружали детей. У них были зафиксированы руки, а на головах располагались веера; они старались действовать аккуратно, чтобы не нанести детям никакого вреда.

Один из мальчиков, примерно семилетнего возраста, выскользнул из рук взрослого и побежал вглубь города, не замечая, куда он бежит и что у него под ногами. Орест жестом указал солдатам догнать его.

– Без вреда, понял меня солдат! – жёстко отрезал командор.

Феррис всё ещё находился в бессознательном состоянии, когда его под руки донёс военный в специальную комнату с мягкой серой обивкой и оставил там. Таких комнат в модуле Аммонитов было множество; они были возведены заранее для подобных заложников. Тиберий вынашивал планы на детях из племён уже несколько лет, и ему оставалось лишь дождаться подходящего момента. Гоминиды были почти всегда предусмотрительны: захват такого количества детей – это не более чем случайность, везение и крайне неудачное стечение обстоятельств для них.

Инес, как и всех остальных, оставили в комнате, сняв с неё головной веер и развязали руки. Солдат оставил её одну в безжизненной серой тюрьме, коробке, из которой не было выхода. Когда она очнулась, её охватила злость и глубокая обида за всё, что произошло. За один день она потеряла всех своих родных и всё своё племя. Девочка металась из стороны в сторону, крепко сжимая кулаки, а затем бросилась к двери и ударила её кулаком. Ужасающая боль пронзила её руку; в порыве ярости она могла что-то себе сломать, но это уже не волновало её. Её двигала только месть за себя, свою семью и всех доставленных сюда детей.

Спустя некоторое время Инес успокоилась и села в угол камеры, положив голову на руки. Так она просидела несколько часов, практически не шевелясь. Она думала о том, как изменилась её жизнь, и страх овладел ею из-за полного непонимания того, что её ждёт дальше, что придумает орден. Инес знала о них: разговоры в племени о их действиях на приграничных территориях ходили давно. Единственный путь уйти с этого места лежал по поверхности, и именно так поступила примерно половина её племени. Старейшина хотел отправить детей в последнюю экспедицию, потому что, по словам шамана, погода должна была быть максимально благоприятной для передвижения. Но орден опередил их: как только на поверхности исчезают тучи, снижается ветровой поток, электроника почти перестаёт сбоить, и можно использовать инфракрасный спектр для поиска людей подо льдами. Племя, в котором она жила, воспитало её быть сильной и никогда не сдаваться; нужно всегда бороться за право своего существования, за право находиться среди людей.

Внезапно внутри включился синий свет, и в самом верху открылись небольшие овальные диски. Приглядевшись, Инес увидела завихрения воздуха на потолке, словно комнату наполняли газом. Её охватил страх и паника, и она резко подбежала к двери, начав биться кулаками о её поверхность.

– Выпустите! Выпустите меня! – кричала девочка.

В эту же секунду диски закрылись, она повернулась и пристальнее стала разглядывать их, хотела убедиться точно ли они закрыты и перестала ли быть подача газа. Внезапно она почувствовала одурманивание своего разума, будто сверху её накрыли полупрозрачной пеленой блокирующей её мысли и мышление. Инес упала на колени, а затем на левый бок. Открыв дверь в комнату вошли двое людей в белых костюмах с замкнутой подачей воздуха. Один из них проверил пульс на сонной артерии у девочки.

– Всё в порядке, забираем её, – приказал он голосом через фильтр внутри костюма.

Напарник аккуратно поднял Инес, и они оба вышли из комнаты.

Глава 4

«Сущность человека остаётся неизменной даже на далёкой планете. Мы можем покорять космос и открывать новые миры, но наши внутренние демоны остаются с нами. Как же это странно, что на фоне бескрайней вселенной, мы продолжаем вести себя так же, как и на нашей родной Земле. Не стоит иллюзий – технологии и знания могут изменить наш мир, но не сущность нашего бытия»

Отрывок из личных записей гелианда Харуна 2460 год н.э.

– Добро пожаловать домой, мальчик мой, – протягивая руки произнёс Тиберий.

Его кабинет в модуле ордена изнутри уже освещался жёлтым светам поднявшегося над горизонтом светила. Адри только что сказал ему своё решение, он согласился рискнуть и остаться с людьми, которым его врождённый дар будет полезен, да и сам возможно он обретёт внутреннюю свободу скинув с себя оковы бессмысленного существования. Старик протянул руки, АДри неуверенно подошёл и обнял его.

– Я искреннее рад, что ты нашёл в себе силы вернуться, – тихо произнёс Тиберий.

– Мне стоит вернуть кулон? – спросил Адри

– Оставь себе, теперь это твоя личная реликвия. Если хочешь мы сможем сделать тебе твой собственный. В любом случае позже тебе нужно будет присягнуть на верность Аммонитам, это обычай, через который должен пройти каждый.