Илья Бигильдин – Племена Хионы (страница 5)

Отрывок из комментариев к очередному отчёту высшему совету ТЭРА от первого главы города Ангаракс Валери Флавиана 2341 год н.э.

Они подошли к сферическому модулю, расположенному в нескольких десятках метров от места их встречи. Этот модуль был значительно больше по размеру по сравнению с обычными жилищными блоками и казармами. Голубые стеклянные панели переливались на фоне звезды, меняя цвет от ярко-голубого до почти чёрного.

По всей территории были проложены каменные дорожки, соединяющие различные строения. Некоторые из них были выполнены из прозрачного стекла, изнутри покрытого конденсатом. Адри удалось рассмотреть зелёные растения внутри и людей в белых костюмах, занятых работой. Это были теплицы, достаточно большие, чтобы вместить по несколько десятков человек. Судя по всему, там проводились селекционные эксперименты по выживанию растений, привезённых с Земли.

Адри поднял взгляд. Панели на её поверхности двигались автоматически, каждая из них подстраивала угол наклона, чтобы максимально эффективно улавливать свет звезды, поглощая как можно больше фотонов.

– Стой тут! – резко скомандовал мужчина.

Он подошёл к железной двери и приставил свой большой палец к датчику, спустя несколько секунд она отворилась. Кивком он показал, чтобы Адри двигаться вперёд. Их встретил небольшой тёмный коридор, по всей видимости это не был основной вход в модуль.

– Бери, надевай себе на голову, – резко обратился к Адри мужчина, протягивая небольшой складной дугообразный механизм.

– Что это? – решил спросить Адри.

– Головной веер, его используют для казни, – с ухмылкой произнёс незнакомец.

Адри подчинился – в этот момент было слишком опасно использовать влияние, к тому же его спутник не проявлял агрессии. Он надел устройство на голову, и веер раскрылся, закрыв глаза и затылок, а датчики плотно прилегли к его голове. Незнакомец крепко взял его за руку выше локтя и повёл по коридорам. В темноте было трудно понять, куда они направляются, но Адри постепенно запоминал контуры тела незнакомца и маршруты, мысленно фиксируя повороты и общий путь на случай, если придётся бежать.

Он полностью ощущал его присутствие, понимал его настроение и цели. С выключением зрительного восприятия ментальная эмпатия заработала с новой силой. Незнакомец явно вёл его к кому-то важному внутри сферы-модуля, возможно, к человеку старше по возрасту или выше по статусу – в любом случае, он относился к нему с уважением, словно к старшему брату. В голове пульсировали перемежающиеся эмоции, выдавая состояние спутника: спокойное и целеустремлённое, но вместе с тем и нетипичное для него волнение, которое давно не посещало его. Человек – существо многогранное, базовые эмоции делятся на подтипы, которые, объединяясь, формируют сложные эмоциональные конгломераты. Они активизируются в зависимости от ситуации, и сейчас у незнакомца пробудился старый, давно подавленный импульс. Адри понимал, что это как-то связано с ним.

Он открыл ещё несколько дверей, и Адри понял, что они вошли в просторную закрытую комнату. В воздухе витал специфический запах ржавого металла. Менгир был где-то рядом – его сознание ощущало это. Сейчас Адри осознавал, что открыл в себе новые способности. Лишившись зрения, он мог чувствовать пространство, в котором находился, и примерно определять его размеры и количество людей вокруг. Без этого артефакта на Земле он не смог бы так анализировать информацию. Мужчина резко усадил его на стул.

– Кого ты ко мне привёл? – спросил более высокий мужской голос и другого.

– Я нашёл его рядом со святыней, при нём не его личный кулон. – шёпотом доложил незнакомец.

– Ты знаешь протокол, узнай откуда у него реликвия и поблично казни его, – ответил второй голос.

– Он сказал, что клон достался ему от матери, возраст соответствует, – продолжал незнакомец, – я решил тебе это будет интересно Тиберий.

Их разговор происходил на расстоянии от Адри, но он сумел уловить каждое слово. Более того, сквозь головной веер он различал их очертания. Эмоциональное состояние второго собеседника резко изменилось – его охватила озадаченность. В следующее мгновение он потерял его из виду. От его силуэта остались лишь размытые, асинхронные частицы, словно тот испытывал весь спектр эмоций одновременно. Это усложняло задачу: определить местоположение и понять его чувства было крайне трудно. Однако, несмотря на это, сохранялись доминирующие сигналы в его эмоциональном потоке.

– Ты спросил, как звали его мать? – спросил второй голос у мужчины.

– Её звали Инес! – не выдержав прокричал юноша.

Мужчина, который его сюда привёл резко подошёл к нему чтобы снять кулон, но Адри смог крепко взять его за руку. Цвет его контура на лице резко поменялся, в непонимании мужчина отошёл от юноши. «Он меня боится, я чувствую исходящий страх» – думал Адри.

– Феррис, отойди от мальчика. Если он тот о ком идёт речь, то абсолютно бесполезно наличие веера на его голове, сними, быстро! – проворчал голос в дальнем углу.

Осторожно, одним нажатием в районе затылка он сложил весь механизм. Перед Адри предстал худой мужчина с безупречной осанкой, одетый в длинное синее одеяние на застёжках спереди. Первое, что бросилось в глаза юноше, – массивные надбровные дуги, создававшие впечатление сверлящего и недовольного взгляда. Пышные седые усы и небольшая, также седая, ухоженная бородка придавали ему авторитетный вид. Он казался властным человеком, способным поставить на колени любого, кто решит перейти ему дорогу.

Комната была полностью окутана светом багровой звезды. Светофильтры, встроенные в оконные рамы, регулировали пропускную способность видимого излучения. В данный момент фильтр был настроен на определённый спектр, заливая внутреннее пространство комнаты насыщенным жёлтым и красным цветом. Адри сидел напротив стола с открытой дисплейной панелью. Рядом с ним в воздухе зависли левитирующие роботы-ассистенты, по форме напоминавшие двояковыпуклые полупрозрачные эллипсоиды. Их основная функция заключалась в запечатлении происходящего как внутри помещения, так и снаружи, передаче информации внутри стен города, а также в простейших манипуляциях с магнитными полупроводниками. Графеновый аэрогель служил отличной основой для создания их корпуса. На стене справа от юноши располагалось множество различных сенсорных датчиков, отвечающих за разнообразные функции, включая открытие прохода в соседнее помещение.

– Дай мне добровольно твой кулон, я проверю его индивидуальность. Дальнейшие наши действия зависят от этого, – предложил седой мужчина.

Адри обратил внимание на незнакомца, который его привёл. По его глазам было видно, что он улыбается, но остальная часть маски скрывала его лицо. Незнакомец словно находился в предчувствии того момента, когда раскроется правда о кулоне, и было очевидно, что Феррис не верил своему пленному. Адри же не был уверен в подлинности этой реликвии и решил полностью отдаться на волю случая. Седой мужчина, которого, как оказалось, звали Тиберий, знал его мать. После того как юноша назвал её имя, поток транслируемых эмоций изменился: теперь в нем преобладали озадаченность и даже небольшое волнение. Но без проверки индивидуальности кулона Тиберий всё равно не скажет ничего определённого.

Юноша снял кулон и отдал мужчине. Тиберий подошёл к стене и нажал на один из сенсорных датчиков. Из стены выдвинулась небольшая железная платформа с воронкой внутри. Мужчина положил кулон внутрь, и платформа закрылась.

– Кодировка данных внутри кулона, уникальна, она записана на матрице внутри никсилитовой пластины и возможность проверить данные существует только на Хионе. Благодаря этим данным мы распознаём принадлежность определённого человека к ордену, это важно так как на разных уровнях имеется доступ к информации различной секретности…

– Ты ведь знал её, верно? Знал мою мать, – перебил его Адри.

Мужчина молчал, смотря на проблески света из аппарата.

– Я знаю ты видящий, и ты сам уже знаешь ответ на этот вопрос. Но нужно соблюдать протокол, – тихим голосом ответил мужчина.

Спустя минуту сканирование завершилось.

– Да Адри, я её знал – произнёс старик.

Юноша был ошеломлён что он знает его имя. Собеседник вынул кулон из механизма и протянул его обратно владельцу. Юноша поднялся со стула и зашагал в его сторону, как бы он не старался Адри не мог считать его эмоциональный вектор. Тиберий то и дело уходил в крайности от радости и гордости до полной опустошённости, словно он выбирал оптимальную эмоциональную модель.

– Мне с моим помощником необходимо обговорить твоё появление здесь, нам нужно решить какие действия следует принять на твой счёт, необходимо соблюсти протокол. Прошу меня извинить, – сухо ответил Тиберий.

Они оба покинули комнату войдя через дверь справа. Там находилось помещение для переговоров, но гораздо большего размера с небольшим круглым столом и девятью стульями.

– Кодекс Аммонитов запрещает передачу индивидуальных реликвий любому другому человеку, нарушение этого правила карается смертью, – начал Феррис.

– Ты прав Феррис, таков кодекс, – согласился Тиберий, – однако, кулон не был украден, и владелец этой реликвии не был убит человеком, который сидит перед нами. Кулон был передан добровольно, что приравнивается к передаче своих полномочий доверенному лицу.