Илья Бигильдин – Племена Хионы (страница 2)

Ремни автоматически зафиксировали Адри обратно в кресле; теперь оставалось только ждать. Корабль скрипел, и вокруг возникло легкое потряхивание, но капсула уверенно держалась в воздухе, не поддаваясь внешнему воздействию. Шаттл медленно выходил из варп-скорости, и ионные двигатели отключились.

Через три секунды шаттл затрясло сильнее, казалось, что судно просто развалится, но через мгновение тряска прекратилась. Снаружи корпуса открылись окна иллюминаторов, расположенные практически со всех сторон зала экипажа.

Адри позволил себе приподнять голову, и его взору открылась Хиона. Это была планета ледяных пустошей и смертельных снежных бурь с бескрайним океаном пресной воды, скрытым под льдами. Планета тысяч душ, планета богов; с космоса она выглядела как бесконечное белое полотно с закрученными в спираль облаками. Даже издалека можно было разглядеть величественные, громадные горы, которые возвышались над поверхностью на тысячи километров. По всему необъятному радиусу она была обёрнута в кольца разрушенных гравитацией спутников, жёлтого и коричневого цвета.

Багровая звезда ослепляла Адри; её ярко-красный свет заполнял зал, проникая в каждую его щель. Это зрелище завораживало его, погружая в совершенно другой, загадочный и мистический мир. Теперь он осознал масштаб и величественность планеты. Неудивительно, что люди воздвигли её в культ божества – со стороны она действительно напоминала рай, манящий и недосягаемый. Её колоссальное влияние на умы людей породило глубокое преклонение и стремление духовно соединиться с ней, даже если никогда не удастся ступить на её поверхность.

Капсулы с погибшими сдвинулись с места, и под ними открылись люки, в которые они полностью погрузились. Внизу манипуляторы открыли их крышки, завязали руки, ноги и челюсти серой тканью. Одна из лап манипуляторов достала серый сатин с серебряными нитями и полностью обмотала тела. Вышедшие из капсулы трупы были доставлены в специальный отсек, где они продолжали парить в невесомости перед выходом в открытый космос.

Спустя мгновение выход открылся, и они вылетели, покидая пределы шаттла. Тела будут дрейфовать до тех пор, пока их замёрзшие останки не врежутся в случайный метеорит или пока их гравитацией не затянет сама планета, где они сгорят в её атмосфере. Для системы они были всего лишь погрешностью в статистике полёта.

Шаттл пристыковался к станции, похожей на ту, что находилась на орбите Земли. Через минуту двери шлюза открылись, и весь экипаж двинулся дальше к челноку. У Адри полностью вернулась память и все когнитивные функции, чего не скажешь о Клии. Она всё ещё находилась на восстановительном этапе своих нейронных связей, погружённая в своеобразный транс. Адри наблюдал за её состоянием и всячески пытался помочь, направляя её в нужные стороны для эвакуации из судна.

– Время отделение челнока от станции пять минут, зафиксируетесь в креслах экипажа. Время отделения челнока от станции пять минут … – продолжал повторять компьютер.

Девушка, найдя свободное кресло, смотрела на ремни своим уставшим взглядом, не понимая, с чего ей начать. Адри заботливо подлетел к ней и поочерёдно зафиксировал её тело на кресле. Она вежливо улыбнулась в ответ. Процесс восстановления был исключительно индивидуальным, поэтому члены экипажа старались поддерживать друг друга в этот трудный момент.

– Время отделения челнока от станции одна минута, – после этой фразы опять запустился метроном.

Адри быстро пробежал взглядом в поисках свободной точки. Метроном начал ускоряться, и ритм достиг нескольких ударов в секунду. Закрепившись на кресле, он стал ждать отстыковки челнока от станции. Здесь не хватало лидера, который бы контролировал процесс: многие члены экипажа всё ещё не восстановились и наугад прикрепляли свои тела к креслам. Но у него не было времени помогать им, нужно было позаботиться о себе.

Метроном затих, и с громким скрежетом челнок отделился. Включились двигатели. Членов экипажа несло в новый, неизведанный и абсолютно не похожий мир.

Планета была больше по размеру, чем Земля, а атмосфера находилась гораздо ниже. В течение десяти минут челнок падал на поверхность, не встречая никакого сопротивления. В иллюминаторе появились первые густые серые и белые облака, и челнок начал пронизывать их практически у самой тверди планеты. Он развернулся нижней частью навстречу ветровому потоку, и включились двигатели посадочной подушки.

Адри снова почувствовал первые симптомы перегрузки: помутнение сознания, звон в ушах, как будто его вдавливало в кресло. Некоторые члены экипажа потеряли сознание, и никто не решился привести их в чувства во время посадки – нужно было сохранять собственный контроль. Эти ощущения быстро проходили; они всё ещё находились в зоне разряженного воздуха, где сопротивление было минимальным.

Внезапно началась жёсткая тряска, казалось, что все стёкла иллюминаторов вот-вот лопнут. Адри повернул голову к Клии; на её лице читался дикий ужас и страх смерти. Он взял её за руку и попытался успокоить её взглядом.

Ещё через минуту челнок резко затормозил и плавно приземлился на твёрдую поверхность. Напряжение внутри резко упало, и стало заметно общее расслабление от пережитого. Адри ощутил гравитацию под ногами, расстегнул ремни и попытался встать. Внезапная пекущая боль охватила его стопы, и он рухнул обратно на своё место. Такие же симптомы наблюдали и другие новоприбывшие; никто не мог сделать свой первый шаг. Сосуды в конечностях медленно расправлялись, впервые за год он почувствовал атмосферное давление.

– Добро пожаловать на Хиону. Из–за присутствия менгира в атмосфере планеты, возможны головокружение и помутнение сознания. Эти симптомы пройдут через несколько часов, как только выработается толерантность. Если вас беспокоят остаточные симптомы анабиоза обратитесь к врачам на Ангараксе. Да здравствует диктатор Цейоний. Конец сеанса, – произнёс бортовой компьютер.

Через несколько минут боль в ногах постепенно утихла. Он смог без проблем подняться. Придерживая Клию, они вместе подошли к люку и ожидали его открытия. Двери разъехались в разные стороны, и внутрь влетел ледяной воздух. Следом за ним разрезал глаза яркий белый свет, отражающийся от снега. Адри прищурился, позволяя глазам привыкнуть к новому миру. Осторожно шагая, все вышли из челнока. Резкий запах ржавого металла ударил в нос юноше. Он осторожно ступал на снег, как будто боялся причинить боль планете. Менгир был рассеян повсюду; Адри чувствовал его – он придавал необычайный блеск поверхности, создавая впечатление ложной пульсации, как будто твёрдая основа была живой.

Снег уходил в горизонт, встречаясь с тёмно-синими облаками, которые полностью затмевали бежевое небо, на той стороне, где находился красный багрит. В голове у него повисло навязчивое чувство дежавю: всё было так знакомо, но как бы он ни старался, не мог найти ни одного воспоминания. Тучи завихрялись где-то в вышине, создавая красочные выпуклые узоры, казалось, что небесный купол вот-вот упадёт на них. Практически над экипажем скапливались тёмные, местами чёрные кучевые облака, а порывы ветра усиливались волнообразно с каждой минутой.

– Идите к экраноплану! – прокричал мужчина в грязно-сером кинезис-костюме, прикрывая маской лицо.

Внезапно Адри почувствовал, как его голова начала тяжелееть, и он ощутил мгновенный упадок сил. Его мозг стал обрабатывать колоссальное количество поступающей информации извне. Орган просто не был готов к такому воздействию; адаптационные механизмы отказывали, и все органы чувств начали работать вразнобой. Разум затуманился, словно его голову окутали полупрозрачной плёнкой, которую никак не убрать, как бы он ни старался.

Повсюду вокруг него слышались разговоры и крики людей; они «атаковали» его разум. Адри понимал, что всё это было исключительно в его голове: каждый раз, поднимая глаза, он видел образы людей, которые мгновенно растворялись в воздухе, оставляя белую дымку после себя. Он закрыл глаза и уши, но это не помогало. Получив огромную дозу менгира, его мозг кипел. Юноша упал на одно колено. Внутренний паралич распространился на всё тело; он не слышал ни себя, ни своих мыслей.

– Что с тобой? Вставай! – тянула его вверх девушка.

Но Адри её практически не слышал; её голос доносился будто из-под воды, приглушённый галлюцинациями и образами, посылаемыми его собственным мозгом. Он позволил себе поднять глаза на Клию: её лицо видоизменялось, казалось, что кожа на нём вот-вот исчезнет, обнажая все мышцы и кости черепа. Нужно было собраться и идти с остальными; люди впереди только оглядывались, все спешили к экраноплану. Превозмогая своё состояние, он сумел подняться, и движение оказалось резким, так что его кулон выскользнул из-под костюма.

Клия заметила это и удивилась: у человека, который прилетел с Земли всего несколько часов назад, оказался кулон организации, существующей исключительно на Хионе. Девушка решила не докладывать никому об этом, ведь подобное выглядело очень подозрительно, и спрятала кулон обратно под костюм.

Расстояние до транспортника составляло всего несколько десятков метров, но для юноши это было настоящим испытанием. Он старался идти вперёд, но ноги не слушались, как будто подчинялись чужой воле. Спустя несколько минут ему всё же удалось взять своё тело под контроль. Постепенно разум возвращался к нему, очищаясь от пелены, однако до двери самолёта Адри не мог открыть глаза: образы не давали ему покоя. С каждым новым порывом ветра они становились яснее, и наоборот. Потоки воздуха, похоже, несли с собой и менгир, выдувая его из далёкого источника.