Илья Ангел – Тёмный маг. Книга 2. Начало пути (страница 2)

– А мне сесть не предложишь? – открыл рот отец года.

– Ты пришёл сюда без приглашения. Как видишь, количество кресел ограничено. Не думаешь же ты, что я уступлю тебе своё? – холодно произнёс Саша, не сводя пронзительного взгляда холодных голубых глаз с Гаранина. Почему-то я никогда не замечал такого арктического холода в его глазах, которые сейчас стали почти стальными. – Что тебе здесь нужно?

– Я узнал, что ты здесь, и решил поздороваться, – Гаранин прислонился к стене и мерзко улыбнулся.

– Если бы мне необходимо было встретиться с тобой, Георгий, я бы сам нашёл тебя. В крайнем случае, прислал бы приглашение присоединиться к нам с Данилой.

– Когда твой сыночек меня сегодня чуть не убил, я его тоже не приглашал присутствовать при моём разговоре с сыном, – Гаранин скрестил руки на груди. Я же перевёл взгляд на Рому. Он сидел и смотрел перед собой невидящим взглядом, сгорбившись, стараясь казаться меньше.

Я содрогнулся: неужели эта выходка Гвэйна привела к такому наказанию. Теперь меня эта картина будет преследовать каждую ночь всё ближайшее время.

– Надо же, школа действительно начала действовать на мальчика положительно. – Саша скупо улыбнулся. – Он уже начал разбираться с первого взгляда в том, кого не мешало бы пристрелить. – Отведя взгляд от Гаранина, он повернулся к Роману. – Рома, посмотри на меня. – Парень вздрогнул и уставился на Сашу. – Сколько тебе лет?

– Шестнадцать, – Роман говорил с трудом, глядя, как заворожённый, на моего! отца.

– Прекрасный возраст, – Саша мягко улыбнулся, медленно подошёл к барному столику, налил в стакан минеральной воды и протянул Роману. Рома словно под гипнозом, не сводя с него напряжённого взгляда, принял стакан и послушно сделал глоток. – Знаешь, я жду, когда Димке исполнится шестнадцать. У меня даже припасена бутылочка отличного шампанского на этот случай. Я думаю, что вы могли бы подружиться. Он на самом деле очень добрый мальчик. Однажды Дима с настойчивостью, достойной лучшего применения, учил грамоте малолетнего преступника. Всё пытался направить его на путь истинный. И самое удивительное, знаешь, что? – Рома отрицательно покачал головой, а Саша закончил с лёгким удивлением в голосе. – У него почти получилось.

– Наумов, ты что, за столько лет в заботливого папашу ещё не наигрался? – снова подал голос Гаранин-старший.

– Мне никогда это не надоест, – взглядом Александра можно было заморозить небольшое озеро.

– Я пришёл поговорить о твоём сыне. Ты вообще в курсе, что он причинил огромный ущерб моему здоровью и репутации. Это было низко – натравливать на меня свою собаку! – Гаранин повысил голос.

– Бывает, – Саша равнодушно пожал плечами. – Постой, что ты сказал? Собаку? Хм, ладно, с этим позже разберёмся. Так зачем ты пришёл сюда, я пока не уловил причину?

– Я требую…

– Нет, Гоша, требовать ты не можешь, – Саша развернулся и вплотную подошёл к Гаранину. – Ты, кажется, забыл, с кем сейчас разговариваешь. Или собака моего сына так сильно повлияла на твой мозг? Ты можешь вежливо попросить, я же, в свою очередь, могу рассмотреть эту просьбу, если у меня будет хорошее настроение. Вот только настроение у меня сейчас портится с каждой секундой.

– Твой сын унизил меня! – прошипел Гаранин.

– Насколько я понял, на тебя напала собака, а не мой сын. Если ты не можешь постоять за себя и пасуешь перед какой-то собакой, кто виноват кроме тебя самого в твоём унижении? – Саша отошёл от него к столику и принялся изучать этикетки на бутылках. – Это всё, что ты хотел мне сказать?

– Ты об этом пожалеешь. Если ты не можешь повлиять на своего избалованного отпрыска, то это может сделать кто-то другой, ты никогда не думал об этом?

– Сейчас я думаю только о том, что здесь очень глубокое красивое озеро, с очень разнообразными рыбами, а ты, говорят, у нас рыбак? – Саша резко развернулся и оценивающе посмотрел на Гаранина. – Ты действительно хорошо подумал, прежде чем идти сюда и пытаться угрожать моему сыну? Гоша, лучше иди и подумай ещё раз, если не хочешь, чтобы я пригласил тебя пойти порыбачить. Говорят, пираньи в это время года сами выскакивают из проруби. И вот ещё, Гоша, если я узнаю, а я узнаю, поверь мне, что ты свои садистские потребности удовлетворяешь не в специфическом борделе, а за счёт своего сына, на рыбалку ты поедешь раньше, чем тебе хотелось бы. А теперь убирайся отсюда, пока можешь сделать это красиво, то есть самостоятельно. Будет неловко, если Даниле придётся выкидывать одного из своих гостей с помощью охраны.

– Роман, пойдём, – процедил Гаранин сквозь зубы и уставился с ненавистью на сына. Рома начал было вставать, но Саша подошёл к нему, положил руку на плечо, не позволяя подняться из кресла.

– А вот Роман останется здесь. Мне нужно кое-что обсудить с твоим сыном, Гоша. Данила, почему вот это ещё здесь?

Демидов кивком головы указал на дверь и пожал плечами. Гаранин стиснул кулаки и быстро вышел из кабинета. Дверь за ним мягко закрылась.

Тогда я навалился на преграду и открыл проход на всю ширину. Хватит уже здесь сидеть. А то не ровен час ещё кого-нибудь принесёт. Кивнул Гвэйну, и мы синхронно вошли в кабинет.

Наступила гнетущая тишина. Прямо театральная пауза. Я, не задерживая ни на ком взгляда, направился к выходу, через который совсем недавно вышел Ромин папаша.

– Дима, стой!

– Я стою, – обернувшись, уставился на Сашу. – Вот только давай ты не будешь мне заливать про то, что просто случайно проезжал мимо, торопясь на деловую встречу, и решил заскочить на минутку, чтобы поздороваться.

– Думаю, нам с тобой нужно поговорить. – Саша продолжал стоять возле стола. Даже не подошёл и не поинтересовался, откуда я выполз, и почему у меня рука платком замотана. Только сейчас я заметил, что ткань была пропитана кровью, которая, судя по всему, останавливаться в ближайшее время не собиралась.

– Да уж, поговорить нам не помешало бы. – Я закусил губу, почувствовав, что по щеке готова покатиться предательская слезинка. – Рома, пошли, – я повернулся ко всё ещё находящемуся в прострации Роману.

– И куда ты собрался? – мягко спросил меня Саша.

– В его комнату. Я оставлю с ним Гвэйна. Он никого к Роме не подпустит, будь уверен. А нам, наверное, действительно надо поговорить. Думаю, тебе не нужно показывать, где моя комната находится.

– Отличный план, – Саша улыбнулся, а потом повернулся к Роману. – Иди пока, отдыхай, я тебя скоро навещу.

Рома молча встал и направился в мою сторону. При этом он не отводил взгляда от Александра. Его шатало, а когда мы уже вышли из кабинета, я с ужасом понял, почему он прижимает руку к груди, и то и дело делает судорожные вздохи. Судя по всему, у Романа было сломано ребро, или несколько рёбер. Я обхватил его за талию. Ромка навалился на меня, при моём гномьем росте это было сделать не проблематично. Вот так придерживая его, я направился прямо по коридору почему-то в свою комнату.

Глава 2

В своей комнате я сгрузил Ромку на кровать. Когда я его уложил, он сквозь боль пробормотал:

– Я так и знал, что проводить с тобой каникулы, идея так себе, – он закрыл глаза, и мне показалось, потерял сознание.

Гвэйн сразу запрыгнул следом и лёг, вытянувшись вдоль тела Романа, привалившись к нему.

– О, Прекраснейшая, Рома, очнись, да очнись же ты, – я тронул его за плечо, но Гаранин не отреагировал. – И что мне с тобой делать?

Соскочив с кровати, я заметался по комнате. Не знаю зачем, но начал перебирать те немногочисленные вещи, которые лежали в комоде. Мне стало жарко. Я снял тёплую бордовую рубашку, которую надел поверх шёлковой, перед тем как идти искать Лео, и со злостью бросил её на кровать. Рубашка упала рядом с неподающим признаков жизни Романом. Из внутреннего кармана выпала книга. Чёрт, я о ней уже благополучно забыл.

Мой взгляд остановился на названии: «Становление Тёмной империи. Лазаревы». Везде эти Лазаревы. Скоты, без совести и страха. Ни заклинания их не берут, ни зелья никакие на них не действуют. Экспериментаторы хреновы! Не удивлюсь, если узнаю, что они с генами своего потомства экспериментировали ещё в утробах матерей. А то и до того, как потомство попадало в эту самую утробу. Я схватил книгу и отбросил её к стене. И тут меня осенило. Зелья!

– Заживляющее зелье, – пробормотал я. – Нужно найти заживляющее зелье. Если этот скот, Ромкин папаша ему рёбра сломал, то вполне мог и другие внутренние травмы нанести. Охранять, – приказал я Гвэйну. Волк посмотрел на меня и вяло махнул хвостом. Я же выскочил в коридор и сразу же столкнулся со спешащим куда-то дворецким.

– Стойте. – Дворецкий остановился и окинул меня высокомерным взглядом. – В этом мавзолее найдётся заживляющее зелье? Оно мне очень нужно.

– Конечно, господин Наумов, – чопорно ответил дворецкий и его взгляд остановился на платке, всё ещё украшавшем мою руку. – Вам его принести?

– Да желательно бы. Иначе, зачем бы я вас о нём спрашивал? – раздражённо ответил я.

– Если вы подождёте здесь, господин Наумов, то я его вам сию минуту доставлю, – и дворецкий словно растворился в коридоре.

Прошло чуть больше одной минуты, когда у меня за спиной раздался голос.

– Вот, господин Наумов, ваше зелье. – Я подскочил на месте от неожиданности и резко развернулся. Передо мной стоял дворецкий, появившийся совершенно с другой стороны, и протягивал флакон. – Вам нужно что-то ещё?