Илья Ангел – Роковой путь (страница 11)

— Дмитрий Александрович! Лукас Рубио, корреспондент «Фландрийского вещания», начал трансляцию с места событий за полчаса до вашего появления! Сейчас его нет, по нашим данным, он задержан вашими сотрудниками. Вы что-то скрываете? Или это строгий контроль и цензура над средствами массовой информации?

Я сосредоточился на парне, задавшем этот вопрос достаточно громко, чтобы я обратил на него внимание. Молодой совсем, немного растрёпанный, с горящими от азарта глазами. Не удивлюсь, если это вообще его первый действительно важный репортаж, с которым он попал в эфир совершенно случайно.

— Господин Рубио был приглашён, чтобы организовать моё выступление на его канале, — ровно ответил я, глядя на журналиста, совершенно не смутившегося от моего пристального внимания. — Ни о какой цензуре и задержании речи не идёт. Как только закончится брифинг, и мы уладим все бюрократические вопросы, господин Рубио сразу же вернётся к своей непосредственной работе, — я понятия не имел, что сейчас творится в своеобразной допросной и сможет ли Рубио вернуться к трансляции, но по-другому ответить не мог, чтобы не нарваться на ещё более неудобные вопросы.

— Почему внутри оказались сотрудники СБ? Это совпадение или они были целью атаки? — прокричал Шелепов, и камера, как это было обговорено ранее, была направлена в этот момент на него.

— Сотрудники СБ находились здесь по служебной необходимости, не связанной напрямую с текущим инцидентом, — ответил я сразу же. — В настоящее время они помогают медикам обеспечивать порядок и соблюдение карантинного режима.

В этот момент я краем глаза уловил движение. Через огороженный периметр прошёл Ромка, остановившись недалеко от последнего ряда журналистов. Поймав мой взгляд, он поднял рацию и ударил по корпусу указательным пальцем. Сигнал был понятен: появилась какая-то информация, требующая моего срочного внимания.

— На этом текущий брифинг считаю оконченным. На все остальные вопросы ответит пресс-секретарь СБ — Евгения Литвинова. Все дальнейшие официальные заявления будут передаваться через нашу пресс-службу. Благодарю за внимание.

Я спустился вниз, попадая сразу в оцепление своих людей. Шехтер, Липняев и Соколов окружили меня, образуя своеобразный живой щит, оттесняя настойчивых журналистов, пытающихся добраться до меня и что-то уточнить. Я старался не обращать внимания на крики и вопли возмущённых репортёров, но сделать это было не так-то и просто. Когда мы добрались до палатки оперативного штаба, на меня обрушилась тишина, и я выдохнул от облегчения, схватившись за голову, стараясь унять стоявший в ушах гул.

— Я так понимаю, твоё отстранение всё же было обоснованным, — раздался рядом со мной голос Рокотова. Я открыл глаза и посмотрел в обеспокоенное лицо полковника, неопределённо пожав плечами.

— Ну уж лучше немного потерпеть головную боль, чем отправлять на растерзание к журналистам Гаранина, — невесело усмехнулся я. — Что у вас?

— С нами связалась Ванда, говорит, что у неё есть важная информация, но мы решили, что лучше её выслушать всем сразу, — ответил Рома, положив рацию на стол и нажимая кнопку связи. — Вэн, все на месте, что тебе удалось узнать? — тихо спросил Ромка, потерев глаза.

— У нас появились некоторые подозрения. Сразу скажу, что мы можем ошибаться, — послышалось из динамика какое-то шипение, в котором было плохо слышно Ванду. Она замолчала, после чего что-то щёлкнуло, и помехи ушли. — Меня нормально слышно?

— Теперь да, — ответил я.

— Хорошо. В общем, у нас есть подозрения, что устройство пронёс и установил Егор Власов. Лица по камерам, конечно, не видно, но Вадим его смог опознать. Его слова — это единственное, что у нас есть. С самим Власовым мы не говорили, решили, что сначала нужно всё рассказать и там уже определиться, что делать дальше, — быстро проговорила Ванда, в конце переходя на шёпот.

— У тебя есть только запись того, как кто-то, похожий на Егора, входит в техническое помещение и потом из него выходит, я правильно понимаю? — уточнил Ромка спокойным голосом, в котором проскользнули ледяные нотки. Он смотрел в стену перед собой, не обратив внимание на подошедшего к нему вплотную Рокотова.

— По факту, да, — с некоторой запинкой ответила Ванда. — Но у него была возможность стереть записи, у него был ключ, в общем, много что сходится…

Она замолчала, и мы отчётливо услышали раздавшиеся где-то в отдалении звуки: душераздирающий женский визг, грохот чего-то падающего на пол, нарастающий гул голосов.

— Ванда, что происходит? — резко спросил Ромка, переводя взгляд на рацию.

— Понятия не имею, — ответила она. — Мне нужно идти.

Связь резко оборвалась, хотя, скорее всего, Ванда целенаправленно отключилась.

— Этот Егор Власов вообще кто? — задал вопрос Егор, беря в руки карандаш и пододвигая к себе чистый лист бумаги.

— Это человек, которого я считал хорошим приятелем в мире, где дружбы не бывает, — проговорил Роман, в очередной раз за сегодняшний вечер проведя рукой по торчавшим в разные стороны волосам. — Я помог ему выбраться из трясины Гильдии в своё время. В общем, неважно. Мне нужно попасть внутрь и проверить всё, о чём говорит Ванда. И, если её опасения подтвердятся, только я смогу его быстро разговорить. Я знаю все его уязвимые места… Но я понятия не имею, что могло послужить причиной такого поступка.

— Неплохая идея, но и у нас появилась зацепка, — мы резко развернулись в сторону Эдуарда, стоявшего возле выхода из палатки. Похоже, кроме Вани, не выглядевшего удивлённым, никто не заметил, как он зашёл внутрь.

— Скажи, что Рубио сдал тебе заказчика со всеми потрохами, и этот кошмар скоро закончится, — спросил я у Эда, начиная мерить шагами свободное пространство.

— Не совсем, — уклончиво ответил он, проходя внутрь. — Рубио, конечно, подтвердил, что получал анонимные звонки с искажённым голосом и сообщения с неизвестного номера. Координаты, время, намёки на масштаб. Денис в СБ с Тимофеем пытаются что-то выяснить. Лучшим вариантом было бы оставить Рубио в эфире и подождать очередного сообщения от заказчика, но после того как какой-то мальчишка в прямом эфире задал вопрос: «А куда, собственно говоря, увели его коллегу?», надеяться на подобный подарок, я думаю, не стоит.

— Почему же? — пробормотал Егор. — Дима всё нормально обосновал, чтобы ни у кого не возникло ненужных вопросов. Ну, кроме руководства канала, конечно. Пускай Рубио выйдет и расскажет, как его поили чаем и кормили русскими пряниками, и совершенно ему не угрожали. Вы же ему не угрожали? — поднял Дубов на Эда красные глаза.

— Я? Нет. Денис, кстати, тоже. Он всего лишь предъявил ему обвинение в пособничестве террористам, потому что эта гнида ещё вчера знала о готовящейся атаке на отель. Наш главный следователь сказал, что будет требовать для него высшей меры. Вы знаете, Довлатов — самая настоящая находка. Он, даже будучи в плохом настроении, никогда напрямую никому не угрожает и вообще ведёт себя, я бы сказал, мило, что не свойственно для Тёмного мага, — подошёл к столу Эдуард, беря в руки исписанный Егором листок и внимательно начиная изучать написанное. — Кого я обманываю, я же в этом ничего не понимаю, — раздражённо произнёс Великий Князь и аккуратно положил листок на место.

— Проинструктируйте его, — кивнул я. — Скажите Рубио: если он сделает всё, что от него требуется, и применит все свои таланты, благодаря которым сможет заставить анонимного источника с ним связаться, я его помилую. Пойдёт, как свидетель.

— Дима, — я обернулся на прищурившегося Ромку и покачал головой.

— Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, но сейчас все методы, которые даже чисто теоретически могут привести к заказчику, хороши. Нам нужна сыворотка, которая у него наверняка есть. Это в первую очередь, всё остальное вторично, — как можно убедительнее произнёс я, хотя самому после того, что сказал Эд, хотелось отправить этого журналиста на рудники в компанию к бывшему министру финансов.

— Это твоё право. Но это как-то влияет на то, что нужно распутывать ниточку из отеля? — сложил Ромка на груди руки и с вызовом посмотрел на меня. — Никто, кроме меня, туда не сможет пойти…

— И ты тоже внутрь не зайдёшь, — перебил его Ваня. — Сейчас ты глава СБ. И это самая настоящая глупость так собой рисковать. Да я был против, когда туда Ахметова собралась. Ни один защитный костюм не может на сто процентов уберечь от заражения. У нас внутри уже есть люди…

— Это ты про Ванду с Вадимом? — немного повысил Ромка голос. — Ты сейчас серьёзно пытаешься рассчитывать на людей, которые в любой момент могут умереть? Я не буду собой рисковать, — раздражённо процедил мой заместитель. — Я не заражусь. У меня абсолютный иммунитет к этой дряни. И сейчас я впервые задумался над тем, почему я всё ещё здесь.

— Потому что твоя обязанность — координировать работу здесь, — вкрадчиво проговорил Рокотов, вставая перед Ромой и заставляя смотреть ему в глаза. — И кто тебе сказал про иммунитет?

— Наши умники буквально за полчаса до всего этого кошмара, — выдохнул Рома, проведя ладонью по лицу. — И пока мы спорим на ровном месте, время уходит. Вы же читали отчёт по вирусу.

— Хорошо, допустим, — Ваня отошёл от Ромки и резким движением достал свою рацию. — Ольга Николаевна, Рокотов беспокоит. Скажи, какова вероятность, что Гаранин заразится новой модификацией вируса?