Илья Ангел – Обходной путь (страница 33)

— Я, конечно, счастлив, что мне не нужно никуда тащиться, но чувствую где-то подвох, — пробормотал Томаш, начиная постукивать пальцами по столешнице.

— Герцогиня Катарина Эберви ждёт меня в аэропорту завтра утром, чтобы улететь в Англию вместе со мной. Алина присоединится к нам позже, она, в отличие от меня, не пренебрегает своими обязанностями. И какая сволочь сообщила этой старой кошёлке, что я родила дочь от представителя Древнего Рода, а не от случайного садовника? — Агнешка яростно стукнула кулаком по столу. — Хотя о чём это я? Разве не понятно, кто тот дятел? Чтоб этому Штейну под землю провалиться! Ванда, надеюсь, ты не будешь такой упёртой и тупой, как твой кузен.

— Мама…

— Эта старая клюшка успела рассказать об этом королю, чтоб им обоим икалось до бесконечности! — продолжала шипеть Агнешка, не слушая дочь. — Свора лицемерных тварей! Делают вид, что ненавидят магов, но всё ещё готовы пресмыкаться перед Древними Родами. В общем, готовьтесь, я должна буду представить вас ко двору.

— Герцогиня Эберви? Так это не придуманная личность? — Ванда уставилась на бабушку, начиная осознавать, о чём та говорит. — Алина? Это наша Алина?

— Нет, у меня же есть ещё десятка два Алин, которых я официально удочерила, — процедила Агнешка, допивая вино и ставя пустой бокал на стол. — Мне как раз припомнили тот позор на вечере у Моро, когда Роман с Алиной так друг друга подставили, и старой карге пришлось вмешиваться, подключив все свои связи, чтобы выпутать её из той передряги. Алина тогда не захотела возвращаться в Англию, вернувшись в Россию. Я её прекрасно понимаю, лучше бегать от Гаранина и его людей, чем встречаться с этой стервой. Да, Томаш, герцогиня всё-таки готова с тобой встретиться, чтобы обсудить ожерелье королевы Елизаветы.

— Вы антиквар? — неуверенно спросил Артур, прерывая напряжённое молчание, во время которого тёща с зятем прожигали друг друга неприязненными взглядами.

— Больше историк, — отвлёкся Томаш от мошенницы и повернулся к Артуру, сжимая в руке нож. — Я совершенно ничего не знаю об ожерелье и о том, где оно находится сейчас, так что мне нет нужды встречаться с вашими такими неожиданными родственниками… мама, — добавил он с издёвкой.

— Разумеется, ты не знаешь, потому что оно у меня. Именно тогда я познакомилась с Чарльзом… Я ведь была счастлива, выходя за него замуж, даже позволила себе мечтать о нормальной жизни…

— Мама, давайте оставим подробности вашей личной жизни столетней давности на потом. У нас же гости, — прервал её Томаш.

— В этой информации нет ничего секретного, и если бы ты хоть немного поднапрягся, то вполне мог всё разузнать о семье своей жены, — прищурилась Агнешка, яростно глядя на зятя.

— Артур, мне кажется, тебе нужно уйти, — решительно произнесла Ванда, поднимаясь из-за стола. — Прости, я не думала, что всё выйдет вот так.

— Ничего страшного, — попытался улыбнуться Артур, даже не скрывая облегчения от того, что может сейчас уйти. Ему предстояло ещё переварить информацию о том, что Ванда не только имеет косвенное отношение к английской аристократии, но ещё и является представительницей одного из сильнейших Древних Родов. Он поднялся из-за стола, протягивая руку Томашу, которую тот без колебаний пожал, всё ещё прожигая бабушку Ванды злобным взглядом.

Они с Вандой вышли в коридор, и он наклонился, чтобы поцеловать миниатюрную девушку, но она в последний момент слегка отвернулась, поэтому он привычно коснулся губами её щеки.

— Мне кажется, я не очень понравился твоему отцу, и он что-то хотел от меня услышать или сказать, но я так и не понял, что именно, — Артур дотронулся до щеки Ванды кончиками пальцев.

— Нет, всё нормально, — она закусила губу, глядя куда-то мимо него. — Это всего лишь отголоски моего неудачного первого брака. Я тебе завтра всё расскажу.

— Хорошо. Ты до Москвы как доберёшься? — спохватился Артур. — Тебе же завтра на работу.

— У меня есть… машина, точнее, у отца, — Ванда вовремя прикусила язык, чуть не проболтавшись про порталы, сделанные ещё Ромой всей её семье на крайний случай. Ничего не будет страшного, если она позаимствует у отца один из них.

— Ладно, тогда я поеду. Позвони, как доберёшься до дома, — напоследок сказал Артур и вышел из квартиры.

Ванда закрыла за ним дверь и вернулась в гостиную, едва сдерживаясь, чтобы не закатить полноценную истерику прямо с порога.

— Посторонние наконец удалились, так что, пожалуй, начнём всё с самого начала, — произнесла Агнешка, допивая очередной бокал вина.

Ванда подошла к столу и налила себе из той же бутылки, которую практически приговорила бабуля за неполные десять минут. Она села на своё место и потянулась за бокалом, но неожиданно Томаш стукнул её по руке, отодвигая вино подальше.

— Я сколько раз говорил, чтобы ты не пила в нашем присутствии, — серьёзно сказал он. — Не могу смотреть, как моя дочь протягивает руку навстречу алкоголизму. Не стоит уподобляться своей бабуле.

— Знаете, это уже ни в какие ворота не лезет, — Ванда вскочила на ноги, бросая салфетку на стол. — Устроили какой-то цирк. А ты вообще своими нелепыми сказками спугнула моего парня. Какая к чертям собачьим герцогиня? Я больше не собираюсь участвовать в этом фарсе. И да, папа, я уже не маленький ребёнок. Прошу меня простить, мне завтра рано на работу.

— А ну села! — рявкнула Агнешка, ударив ладонью по столу. — Пока мы не решим, что нам делать, никто не встанет из-за этого стола. Ты не забыла, деточка, где ты работаешь и кто ходит у тебя в лучших друзьях? Ты уверена, что хочешь попасть в этот гадюшник, прямиком в окружение английских спецслужб? Если нет, то садись, будем думать, как нам выпутаться из сложившейся ситуации.

Глава 16

Драгош Попеску поставил на стол пустую чашку и потянулся к утренней газете. Дела у него в последнее время шли не очень хорошо, и он уже не надеялся увидеть в прессе что-то хорошее для себя. Он с семьёй только накануне вечером вернулся из поездки в Будапешт, и сейчас в огромной столовой старого особняка царило уныние.

— Господин Попеску, утренняя почта, — в столовую вошла горничная и поставила на стол рядом с главой семейства поднос полный писем.

— Что это? — Драгош удивлённо посмотрел на служанку.

— Утренняя почта, — повторила девушка, наклонив голову.

— Я вижу, что это утренняя почта, — раздражённо перебил её Попеску. — Почему ты притащила письма сюда и… почему их так много? Ты вчера забыла принести мне почту?

— Все письма, скопившиеся за неделю, я вам передала вчера вечером, как только вы вернулись домой из отпуска. Эти пришли сегодня утром, и мне показалось, что это очень важно, поэтому я принесла их сюда.

— То есть те два письма от кредиторов, которые ты принесла вчера — это всё, что пришло за неделю? — уточнила сидевшая по правую руку от мужа Беата, мужеподобная женщина с резкими чертами лица и довольно внушительной фигурой. Драгош скривился и злобно посмотрел на жену.

— Да, дела у нас идут не так хорошо, как нам хотелось бы, но я не думаю, что это та тема, которую нужно обсуждать за завтраком, — процедил он и добавил, повернувшись к горничной и хватая первое письмо. — Можешь идти.

Прошла минута, потом другая, а Драгош всё читал и перечитывал письмо, изумлённо поднимая брови.

— Папа, твои кредиторы всё-таки добрались до этого дома? — осторожно осведомилась Диана, напряжённо всматриваясь в меняющееся лицо отца.

— Не уверен, — пробормотал он и сразу же выхватил из стопки второе письмо.

Беате надоело наблюдать за странным поведением её совершенно безынициативного мужа, умудрившегося за довольно короткое время растратить не только то, что сумел заработать в течение жизни, но и пустить по ветру активы, оставленные ему отцом. Она схватила газету и раздражённо открыла её.

Она сделала глоток крепкого и обжигающего кофе, прочитала громкий заголовок на первой странице и приступила к чтению самой статьи. Беата успела прочитать пару строчек, прежде чем поперхнулась проклятым кофе, который не успела проглотить. Она закашлялась, и остатки кофе полетели на сидевшую напротив неё Жозефину, отстранённо смотревшую перед собой. Они летали на Богамы, чтобы встретиться с её потенциальным женихом, но плачевное состояние дел её отца просто не оставило девочкам Попеску ни одного шанса на удачное замужество.

— Жозефина! — Девушка вздрогнула, когда Драгош заорал, что было для него совсем несвойственно. — Откуда ты знаешь господина Гаранина? Когда ты успела с ним познакомиться? Почему он хочет встретиться со мной и всеми вами в своём родовом поместье в России? А ты, Диана? Почему ты молчала, что господин Моро оказывал тебе знаки внимания?

— Я его не знаю, — хором ответили дочери и недоумённо посмотрели друг на друга.

— Зато я знаю, — прохрипела Беата и начала обмахивать себя этой пресловутой утренней газетой. — Это катастрофа! Ужас! Кошмар! Наша семья опозорена! Правильно мне говорил отец, чтобы я не связывалась с тобой, Попеску! Надо было слушать папу, — она швырнула газету на стол и откинулась на спинку заскрипевшего стула и приложила руку к пышной груди, а её муж схватил злополучную газету и принялся читать.

— «Женщины семьи Попеску произвели фурор на главном аукционе года», — прочитал Драгош и очень аккуратно положил газету на стол, поправляя галстук, потому что воздуха в лёгких ему явно перестало хватать. — Что это? — просипел он и снова схватил газету, начиная читать статью полностью, не обращая внимания на то, что написана она была явно впопыхах. — Произвели фурор… господин Моро остался под впечатлением… Паническая атака… Чудесное выздоровление Дианы Попеску… Скрылись в неизвестном направлении… Произошла кража, подробности инцидента не разглашаются… Мы покойники, — он положил дрожащей рукой газету на стол, делая глубокий вдох.