Илона Эндрюс – Судьбоносные клинки (страница 19)
— Я сейчас вернусь.
Он повернулся и зашагал обратно под дождь, наполовину скользя, наполовину топая, добрался до ближайшего ствола душителя толщиной с его ногу и постучал по нему кулаком.
Он схватил его, напрягся и потянул срубленное дерево ко входу. Рамона выбежала из храма, схватилась за другую сторону, и они втащили его по пандусу внутрь.
Рамона вытерла дождевую воду с лица.
— Блестящий план. Только он мокрый, и у нас нет возможности его разжечь.
— О да, маловерно. Ты знаешь, как разводить костер?
Она фыркнула.
Вместе они разрезали душителя на бревна и сложили их в алтарной чаше, образовав грубую пирамиду со щепками в центре и более крупными бревнами по краям.
Рамона отступила назад и выжидающе посмотрела на него.
— Я жду чуда.
Он порылся в своей сумке, вытащил маленький нож и порезал себе руку.
— Что ты делаешь? — Она действительно казалась обеспокоенной.
Он поднес руку к сфере и сжал порез. Несколько капель крови упали на камень. Он присел на корточки и толкнул окровавленный шар большим пальцем, пытаясь повернуть его в нише. Он сопротивлялся. Он надавил сильнее. Каменный шар повернулся, унося с собой его кровь.
Что-то щелкнуло под алтарем. Нефритово-зеленое пламя вырвалось из скрытого отверстия в центре чаши, лизнуло поленья душителя, и они вспыхнули теплым оранжевым пламенем.
Рамона уставилась на него.
— Как?
— Это нефритовое пламя с триггером, который реагирует на человеческую ДНК и гемоглобин. Оно будет гореть всего около пяти минут или около того, но это все, что нам нужно. Огонь — нечастое явление природы. Вода течет свободно, доступная всем, но чтобы обуздать огонь, требуется жертва. Технический прогресс начинается с огня, и если не быть осторожным, можно обескровить планету досуха, заставляя беспрестанно гореть огонь.
— Откуда ты вообще это знаешь?
— Мой дедушка показал мне это, когда я был маленьким. Ему нравилось узнавать странные вещи. Посмотри на дым.
Она наклонила голову, наблюдая, как тонкая струйка дыма касается потолка храма и растворяется в нем.
— Он поглощается?
Матиас кивнул.
— Строители не верили в напрасную трату энергии. Температура в куполе остается примерно одинаковой круглый год.
— Очаровательно. — Она достала из сумки аптечку. — Дай мне свою руку.
— Это царапина.
— И мы находимся в дикой местности. Ее нужно простерилизовать и заклеить, иначе в нее попадет инфекция. А после того, как я закончу с твоей рукой, мы осмотрим и твою ногу.
Он бросил на нее возмущенный взгляд.
— С моей ногой все в порядке.
— Ну да, ну да. И хромаешь ты забавы ради?
— Я сказал…
Она потянулась к его левому колену, и он дернулся в сторону, едва не упав.
— Хватит дурака валять, — сказала она. — Если твое колено выйдет из строя, я не смогу тащить тебя всю дорогу до цивилизации. Ты слишком большой и слишком тяжёлый. Давай сюда свою руку и не заставляй меня повторять дважды.
Он протянул руку и позволил ей возиться с ней.
ГЛАВА 7
Дождь продолжал идти, не прекращаясь. Рамона смотрела, как он пропитывал лес, погруженный в ночные тени. Тут и там биолюминисцентный мох и лишайник светились призрачным серебром и лимонно-желтым, очерчивая крупные ветви деревьев. Убаюкивающий шум капающей воды смешивался с треском поленьев в костре. В этом лесу, полном дождя и темноты, их храм был сухим оазисом тепла и света.
В паре метров от нее на полу, под теплым одеялом спал Матиас. Она свернула свое и засунула его за спину, прислонившись к стене. Она запихнула еще подушку, чтобы поддержать свою ноющую спину. Все ее тело было похоже на один сплошной синяк.
Они снова вышли под дождь сразу, как только она обработала порез на его руке, и собрали несколько ветвей эванера, нарезав их на бревна. Душитель горел хорошо, но быстро прогорал, отлично подходя для интенсивного обогрева, но не для поддержания огня. Им же нужно было его поддерживать, иначе придется резать себя каждый раз, когда тот будет угасать.
Они переоделись в сухую одежду — она в легкий спортивный костюм, свободную рубашку и брюки из теплой, но дышащей ткани, а он в боевой костюм, который облегал его мощное тело как перчатка. Она изо всех сил старалась не пялиться.
Они объединили свои запасы. Матиасу, выбегая из шаттла, удалось прихватить аварийный комплект. Он дал им две бутылки с фильтрацией, двухдневный рацион, термоодеяла, портативное зарядное устройство, аптечку первой помощи и салфетки, за что она была бесконечно благодарна.
Они выпили храмовой родниковой воды, пропустив ее через фильтры в бутылках, набрали про запас, а затем Матиас растянулся на полу храма и почти мгновенно заснул. Она была поражена, что он продержался так долго, несмотря на травмы и этот безумный спринт по нелепому особняку Дрюэри. Ее задел всего один выстрел из звуковой пушки, но удар почти раздробил ее кости. Он принял два. Когда она осматривала его колено два часа назад, оно было размером с красный персик и такого же цвета. Она ввела ему коктейль из противовоспалительных обезболивающих и ускорителя заживления. Если ему удастся избежать падения на колени в течение следующей недели или двух, он будет как новенький.
Она взглянула на его распростертую фигуру. У него было интересное, резко вычерченное лицо, лишенное всякой мягкости. Матиас обладал хладнокровным лицом убийцы. Даже когда он не пытался запугать, он излучал естественную мрачность, которая обещала скорейшее и жестокое возмездие.
Но прямо сейчас, во сне, он был расслаблен. Выражение его лица утратило свою суровость. Когда он забывал хмуриться, Матиас становился красивым мужчиной.
Она задавалась вопросом, каково это — поцеловать его? Какими будут его глаза, когда она прикоснется к его губам? Если она растопит лед и выпустит огонь, насколько жарко он будет гореть?
Рамона вздохнула. У нее не было привычки обманывать себя. Ей нравилось смотреть на него и слушать, ей нравился ход его мыслей, а когда он оттаивал, проявляя редкие проблески юмора, ей было трудно не замечать этого.
Она посмотрела на лес, дрожащий за серой завесой дождя. Когда она была юна, до Габриеля, до помолвки, которой она не хотела, и брака, который ей пришлось пережить… когда та Рамона мечтала о будущем муже, она представляла себе кого-то в точности похожего на Матиаса. Он был всем, чего она хотела. Компетентным. Умным. Опасным. Решительным. Верным.
Последнее сильно задевало. Она могла бы простить Габриелю много грехов, если бы только он был верен. Если бы только он заботился о ней. Она изголодалась по любви. Она изо всех сил старалась запустить секо-генераторы в производство, а теперь же она перегорела. Больше всего ей нужен был партнер, на которого она могла бы положиться. Вместо него у нее был Габриель.
Оглядываясь на последние четыре года, ее жизнь показалась ей мрачным, черно-белым наброском. Цвет не исчез за одну ночь. Это было медленное, постепенное выгорание, вызванное небольшим выбором.
Но прямо сейчас жизнь заиграла красками. Она была избита, в синяках и без сил, но мир снова был ярким. Дело было не в Матиасе, хотя определенно он стал катализатором. Дело было в перспективе свободы. Жизнь сошла с наезженной клеи. Ей пришлось взять ее под свой контроль. Это издевательство над браком, который висел у нее на шее, как ярмо, должно было закончиться. Она не знала, каким будет ее будущее, но Габриель не станет его частью.
И Матиас тоже. Он Баэна. С этим ничего нельзя поделать. Она должна выбросить его из головы.
В любом случае, она знала его всего лишь день.
Он выставил перед ней руку, чтобы защитить ее.
— Который сейчас час? — спросил Матиас.
— За несколько минут до полуночи.
Он сел, поморщившись. Обезболивающее, должно быть, перестало действовать.
— Есть какие-нибудь успехи со связью?
— Да.
Он изучал ее лицо.
— Да ладно.
— Прямо над нами на средней орбите находится крейсер вандалов. Они утверждают, что один из наших спутников получил механическую неисправность, столкнувшись с их кораблем. Они «выполняют ремонт».
— Они вырубили спутник, чтобы убедиться, что мы не сможем позвать на помощь, сбили нас, и теперь ждут, чтобы понять, выжили ли мы или нет.
— Что подводит нас к тому, что Управление орбитальным движением (УОД) пробило брешь в их планах, запустив запасной спутник, поэтому у нас есть связь, и они заставили их перейти на более высокую орбиту, но крейсер остался висеть над нами.
— Ну, это хороший план. — Матиас вытянул раненую ногу и поморщился. — Сколько времени пройдет, прежде чем УОД переведет их на другую полосу?
Она улыбнулась.
— У них есть три цикла, чтобы выполнить требование, или УОД прибудет к ним, чтобы самостоятельно оценить и устранить любые повреждения. Это оставляет нам несколько вариантов. Во-первых, мы можем подать официальный отчет и потребовать начала расследования.
— Мимо, — сказал он.