Илона Эндрюс – Магия торжествует (страница 46)

Евдокия наклонилась и ткнула Марию вязальной спицей. Пожилая женщина вздрогнула, моргнула, увидела меня и закатила глаза.

Я должна была сформулировать его аккуратно.

— Люди Серенбе были убиты ради их костей. Я хочу знать, кто это сделал и зачем.

Сиенна откинулась назад. Поток магии запульсировал от двух других женщин. Она подняла руки, выглядя как лебедь, собирающийся взлететь. Ее глаза остекленели. Улыбка растянула ее губы. Использование магии доставило Сиенне неподдельную радость.

Она отшатнулась. Дальняя стена исчезла.

Перед нами расстилалось поле битвы, люди в иссиня-черных доспехах сражались против людей в современном снаряжении. Огонь оставлял длинные следы на поле, вырываясь на высоту десяти футов. Запах обугленной плоти ударил мне в нос. Воздух наполнился металлическим запахом крови. Я вдохнула его и ощутила вкус человеческой крови на языке. Мгновение — и я оказалась там, в гуще резни. Люди рвали друг друга, их лица были искажены яростью и ужасом, эмоции были настолько первобытными, что бойцы выглядели как актеры в масках в гротескной пьесе.

Пот, кровь и слезы пропитали пространство вокруг меня, а за всем этим была стена огня.

Что-то взревело на другом конце поля боя. Я стала протискиваться туда. Лезвия сверкали на солнце, рубя и кромсая. Меня обрызгало кровью. Человеческие кости, лишенные плоти, раскалывались у меня на глазах, превращаясь в порошок.

Если бы только я могла подняться повыше…

Сражающиеся разошлись. Передо мной выросла гора трупов. Я стала взбираться на нее, перелезая через тела, липкие от засыхающей крови. Почти добралась. Почти.

Я взобралась на вершину. Вдалеке золотая колесница прорвалась сквозь ряды бойцов. Отец… Раздался еще один низкий и ужасающий рев, подобного которому я никогда раньше не слышала. Я обернулась и увидела два глаза, ярко-янтарные и горящие, уставившиеся на меня из темноты, поднимающейся над схваткой. Темная фигура налетела на меня справа на двух больших крыльях. Это выглядело смутно знакомым, почти как если бы…

Огонь поглотил все, его жар опалил меня.

Свет исчез, и стена появилась снова. Сиенна была неподвижна.

Я ждала.

Никто ничего не говорил.

— Это все? — спросила я.

— Это все, что я смогла увидеть.

— Итак, большая битва, кровь, пламя, человеческие кости и все горит?

Она кивнула.

— Это ничего не объясняет.

Сиенна развела руками.

— Есть ли пророчество?

— Ко мне ничего не приходило.

Чушь собачья. Всегда было пророчество.

— Я хочу вернуть свои деньги, — сказала я.

— Ты нам ничего не заплатила, неблагодарная, — сказала мне Мария.

— Это бесполезно.

— Извини, — сказала Сиенна. — Это не точная наука. Если я узнаю что-то еще, я дам тебе знать.

Мне очень хотелось стукнуться головой обо что-нибудь твердое, но вокруг ничего не было.

— Мой отец мобилизует силы. Возможно, он продвигает свои планы вторжения.

Евдокия перестала вязать.

— Насколько ты уверена?

— Об этом сообщили как разведчики Стаи, так и наши. Как у вас обстоят дела с Белой колдуньей?

Сиенна заерзала на своем сиденье.

Евдокия поджала губы.

— Есть сложности, — сказала она.

— Не должно быть сложностей. Вы обещали мне, что проведете этот ритуал. Он не убивает моего сына или моего мужа. Если он вторгнется, и мне придется покончить с собой, я хочу быть уверена, что все не напрасно. Мне нужно самой сходить и поговорить с этой колдуньей?

— Нет! — сказали Евдокия и Сиенна в один голос.

— Почему нет? — Они что-то скрывали.

— Это дело ведьм, — сказала Евдокия. — Если ты сунешься туда, размахивая мечом, ты все испортишь. Мы обещали тебе ритуал, и мы его выполним. Катя, когда это я не делала того, что обещала?

Опять по-русски назвала. Божечки.

— Я просто хочу убедиться, что в худшем случае я умру не напрасно.

— Мы справимся с этим, — сказала мне Сиенна.

Мария захихикала. Две другие ведьмы посмотрели на нее.

Она сплюнула на пол.

— Ты злобная мразь. И всегда ею останешься. Я надеюсь, что все вы погибнете в огне.

Евдокия тяжело вздохнула.

— Потрясающе, — сказала я. — Приятно пообщаться. Спасибо за продуктивную встречу. С нетерпением жду следующей.

— И еще кое-что, — сказала Евдокия. — Несколько рыцарей Ордена попросили поговорить с нами.

— Местные?

— Нет, из другого города.

Пособник рыцаря Норвуд обошел всех.

— Они пытаются сместить Ника Фельдмана с его поста главы местного Ордена. Он продолжает указывать на мое существование, и им это не нравится.

— Мы позаботимся об этом, — пообещала Сиенна.

Я повернулась и вышла из черепахи. Снаружи воздух был свежим и сладким. Деревья поблескивали на сумеречном ветерке, когда небо остывало после яркого заката. Жуки-светлячки летали тут и там, крошечные точки света в воздухе цвета индиго.

Роман встал передо мной.

— Ты планируешь покончить с собой?

Дерьмо. Я и мой длинный язык.

— Нет.

— Объясни.

Я вздохнула.

— Мой отец восприимчив к магии ведьм. Она даже старше его, в некотором смысле примитивна, но очень могущественна. Эрра сказала мне, что самым трудным противником, с которым он когда-либо сталкивался, за исключением войны, в которой погибло большинство членов нашей семьи, была ведьма, и эта женщина чуть не убила его. План состоит в том, чтобы собрать ковены вместе на поле боя и провести ритуал, который направит их объединенную силу в одного человека. Я не могу быть этим человеком. Во-первых, я недостаточно обучена. Во-вторых, главный герой в этом сценарии действует как призма, концентрируя и направляя силу наружу. Я паршивая призма. Мое тело просто накапливает магию.

— Дай угадаю, — сказал он сухо. — Белая колдунья — хорошая призма?

— Лучшая, что они знают. План состоит в том, чтобы уговорить ее на это. За исключением того, что твоя мама и другие ведьмы пытались, но ничего не добились.

— Ты и твой отец связаны. Если они убьют его, ты тоже умрешь, — сказал Роман. — Это глупый план.