Илона Эндрюс – Магия прорывается (страница 78)

— Тогда я иду с вами. — Томас схватил свой рюкзак.

— Ты не можешь пойти, — сказал Кэрран спокойным голосом. — Если ты пойдешь, он умрет. Условие Роланда, не наше.

Томас бросил сумку и двинулся вперед, расправив плечи. Его глаза стали зелеными. Его ноздри раздулись.

Кэрран преградил ему путь.

На секунду я подумала, что Томас столкнется с ним, но альфа крыс остановился в дюйме от Кэррана. Двое мужчин поравнялись. Томас был шесть футов три дюйма, и он был сложен так, словно мог толкать грузовики, но в драке Кэрран взял бы над ним верх.

Золото залило радужки Кэррана.

— Посмотри на меня. Это прямой приказ. Оставайся на месте. Если ты уйдешь, тебе придется пройти через меня.

Они долго смотрели друг на друга.

— Отойди, — сказал Кэрран тихим голосом.

Томас развернулся на пятках и выругался.

— К югу от нас вампиры, — сказала я. — Я собираюсь установить оберег крови. Он будет защищать вас до тех пор, пока держится магия. Джестер-Парк находится менее чем в двух часах езды на машине. Оставайся на месте. Мы вернемся.

Гастек сел на своем одеяле.

— Что происходит?

— А если вы не вернетесь? — спросила меня Андреа.

— Тогда вам, возможно, придется пробиваться с боем, — сказал Кэрран. — Люди Роланда обещали нам безопасный проход, но я им не доверяю, и вы тоже не должны.

— Сколько вампиров? — спросил Джим.

— Около двухсот. — Я вытащила «Саррат» из ножен, порезала себе руку и начала проливать кровь на снег вокруг них.

Краска отхлынула от лица Андреа.

— Двести. Проще простого.

— Кто-нибудь скажет мне, что происходит? — потребовал Гастек.

Последние капли крови соединились с первыми. Магия исходила от меня, собираясь в кровавый круг. Я разорвала связь. Красная стена взметнулась вверх и исчезла. Кровавый оберег был готов.

Позади меня захрустел снег. Я обернулась. Ко мне шагал Лэндон в изодранном красном плаще, который казался рваной красной раной на фоне снега.

Гастек открыл рот и снова закрыл его.

Лэндон остановился в нескольких футах от меня. Ветер трепал его плащ и длинные темные волосы.

— Я иду с ней, — сказал Кэрран.

— Это невозможно, — сказал Лэндон.

Кэрран ухмыльнулся, и я почувствовала желание отступить назад.

— Неужели Роланд боится того, что я могу сделать? Неужели я такой страшный?

— Запугивание меня или его ничего не даст, — сказал Лэндон.

— Скажи ему, что если он когда-нибудь любил мою мать, он поймет, — сказала я.

Лэндон что-то пробормотал себе под нос. Мы ждали. Ветер впивался в нас ледяными клыками. Когда описывают драматические противостояния в снегу в историях, никто никогда не заикается о том, что отморозил задницу. Я прыгала как мячик, пытаясь согреться. Стало бы еще более драматично, если бы от меня начали отваливаться кусочки.

— Он повстречается с тобой, — сказал Лэндон. Гастек поднялся.

— Мистер Стефанофф, — сказал ему Лэндон. — Мы высоко ценим ваши услуги и поведение во время этих мероприятий. Как только магия спадет, за вами приедет машина.

Знакомый рев зачарованного двигателя прокатился по равнине. Серебристый «Лендровер» выскользнул из-за дальних деревьев, направляясь к нам. Мы с Кэрраном направились к нему. Лэндон следом.

— Ты упомянула о Калине, — сказал Лэндон. — Ради твоего же блага, я надеюсь, что ты настоящая.

Глава 17

ЛЭНДОН ВЕЛ МАШИНУ. Я ехала на переднем сиденье, а Кэрран занял заднее. Если дела пойдут плохо, я отвлеку внимание Лэндона, а Кэрран разорвет ему глотку.

После восхода солнца вокруг засверкал снег. Мимо нас проплыли руины еще одной заправочной станции, обледеневшие за зиму. Внутри «Лендровера» было тепло. Я сбросила куртку перед тем, как сесть в машину, и ехала с комфортом, а «Саррат» в ножнах лежал у меня на коленях. Он станет моим особым подарком отцу. Если у меня будет шанс ударить его.

От мыслей о нашей предстоящей встрече у меня заныли зубы. Давление было слишком сильным. Мне хотелось, чтобы Лэндон остановил машину, чтобы я могла побегать кругами по снегу так быстро, как только могла, просто чтобы сбросить немного энергии. Я ограничилась тем, что гладила ножны «Саррат».

Я не могла победить отца, теперь я это понимала. Проблема была в том, что я понятия не имела, какой выбор мне это оставляло.

— Он претендует на Атланту? — спросила я.

— Нет, — ответил Лэндон.

Итак, притязания не сбывались, что означало, что я все равно должна была как-то предотвратить это.

Мимо проскочила старая вывеска. «I-80 Восток».

Лэндон взглянул на меня. Его умные глаза задержались на моем лице.

— Ты из апачи? — спросил Кэрран с заднего сиденья

— Навахо, — сказал Лэндон.

— Я думал, племена не одобряют некромантию, — заметил Кэрран.

— Есть такое. Им не нравилось то, что я делал, поэтому я нашел того, кому это нравится.

Как однажды выразился Хью, в этом была величайшая сила моего отца. К нему стекались отверженные и неудачники. Он нашел идеальное место для каждого из них и вдохновил их на величие. За исключением того, что его величие вело к смертям, страданиям и тирании.

Лэндон смотрел на меня. Если он продолжит пялиться, мне придется показать фокус или что-то в этом роде.

— Что?

— Ты не такая, как я ожидал, — сказал он.

— А кого ты ожидал? — спросила я.

— Кого-то с большим… присутствием, ты же кажешься обычной.

— Простите, я что должна была приехать на черном внедорожнике, надеть брючный костюм за две тысячи долларов и поджечь свой меч на бис?

— Ты выглядишь ужасно, чего и следовало ожидать после Мишмара, — сказал Лэндон. — Но ты просто не такая, как он. Лицом вы похожи, но это может быть случайным совпадением. С ним, когда ты в его присутствии, и он счастлив, это все равно, что стоять на солнце. Все твое существо поднимается. Когда он тобой недоволен, это все равно, что попасть в снежную бурю. Он замораживает тебя, и нет ничего хуже. С тобой, — Лэндон покрутил рукой передо мной, — я ничего не получаю.

Приятно знать, что мои магические щиты были на месте.

— В том-то и дело, — сказал Кэрран. — Предполагается, что ты ничего не получишь. Дай ей шанс воспользоваться своим мечом, и ты передумаешь.

Лэндон посмотрел в зеркало заднего вида.

— Ты, однако, именно то, чего я ожидал.

— И что же это? — спросил Кэрран.

— Простой человек, который думает, что все можно решить с помощью меча.

— Похоже, тебя оскорбили, — сказала я.

Кэрран улыбнулся.