Илона Эндрюс – Магия прорывается (страница 66)

Он улыбнулся мне.

— Я бы никогда не перестал искать.

И он не перестал бы. Он бы продолжал поиск, пока не нашел меня. Я в этом не сомневалась.

Он сунул руку в карман куртки и протянул мне что-то завернутое в тряпку. Я развернула ткань. Вторая половина «Погибели». Я представила, как вонзаю ее в глаз Хью. Или так или начать плакать, а я не буду плакать в Мишмаре.

— Ее можно починить? — тихо спросил Кэрран.

— Нет. — Однажды я уже отломала кончик, и «Погибель» отрастила его заново, но этот разрыв был прямо посередине. С моей саблей было покончено. Умерла старая подруга. Мысль об этом заставила меня съежиться. Я погладила лезвие. Это было так, словно часть меня была отрезана. Я чувствовала себя… обнаженной. — Даже если бы мне удалось как-то ее починить, у лезвия всегда будет слабое место.

— Мне жаль.

— Спасибо. Хью достал меня, и я потеряла бдительность.

— Не волнуйся, я тоже планирую достать его. — Он скрючил пальцы, как делал, когда у него были когти. — Ему это не понравится.

Долгую минуту мы сидели молча.

— Я принес твою вторую саблю, — сказал он.

— «Черкасса»?

Кэрран кивнул.

— Можно мне ее взять?

Он протянул руку и вытащил ее из кучи рюкзаков. Я вытащила слегка изогнутый металлический клинок из ножен и провела по нему пальцами. Не то же самое.

Кэрран подтолкнул контейнер с едой ко мне.

— Ешь.

— Снова кормите меня, Ваше пушистое Величество?

— Конечно, — сказал он. — Я люблю тебя. — Его слова заставили меня почувствовать тепло во всем теле.

— Я выяснила, как Хью телепортируется, — сказала я между укусами. — Он носит на крайний случай пузырек с водой на шее. Он разбивает его, вода смачивает его кожу, он произносит слово силы, которое телепортирует его к источнику воды. Как только процесс начинается, на несколько секунд ты становишься эфирным от начала и до конца маршрута. Он телепортируется только в крайнем случае… если придет техноволна во время перемещения, ему конец.

— Приятно знать.

— Было ли приглашение Джина подставой?

Кэрран пожал плечами.

— Я не знаю, но когда мы вернемся, я планирую спросить его. Он наш гость в Крепости. — То, как он произнес «гость», не сулило Джину ничего хорошего.

— Что случилось после того, как я пропала?

Кэрран прислонился к перевернутому стулу.

— Я гнался за Хью через поле, но он телепортировался прежде, чем я успел добраться до него. Я забрал его коня. Хочешь его?

— Его фризийца? Нет, спасибо. Он выглядит красиво, но из них получаются не самые лучшие верховые лошади. Тебе рассказали, что я ездила верхом на гигантской ослице?

Он моргнул.

— На ком?

— Гигантской черно-белой ослице. Она около двенадцати футов ростом и с плохим характером. Я оставила ее в конюшне Крепости. Я взяла ее напрокат, так что нам, возможно, придется выкупить ее, потому что я не вернула ее вовремя. Ее зовут Обнимашка.

С минуту он боролся с собой.

— Иногда голод имеет странные побочные эффекты…

— Нет, я подтверждаю, — сказал Роберт, его глаза все еще были закрыты. — Я видел Обнимашку. Длинные уши.

Глаза Кэррана расширились.

— Если мы выберемся отсюда, я бы хотела оставить ее, — сказала я ему.

— Если ты все съешь, я куплю тебе целое стадо гигантских ослов.

— Это самая странная взятка, о которой я когда-либо слышал, — сказал Роберт.

— Мне не нужно стадо, я хочу одну. — Я съела еще пасты Дулиттла. — Что ты собираешься делать с фризийцем Хью?

— Не знаю. Черт, я могу оставить его себе. Я буду ходить с ним повсюду, как с собакой на поводке.

Я рассмеялась.

— Ты ненавидишь лошадей.

— Не совсем так, — сказал Кэрран. — Я им не доверяю. Есть разница.

— Так что еще произошло после того, как я свинтила?

— Затем у меня возникла проблема, — сказал он. — Тебя не было, Хью исчез, и Гастек тоже исчез. Племя возопило о кровавом убийстве и бегало взад и вперед. Джим рассказал мне о Брэндоне и его выходке с водой. Мне нужно было больше информации, и я хотел знать, что внутри Брэндона сделало его таким глупым, поэтому я вскрыл желудок Брэндона и вытащил его кишки на глазах у Дженнифер. Я сказал ей, что, если она сдвинется хоть на дюйм, я сделаю с ней такие вещи, что то, что я сделал с Брэндоном, покажется цивилизованным и добрым.

Он потерял контроль. Я могла бы пересчитать по пальцам одной руки случаи, когда Кэрран позволял себе забыться, и они запечатлелись в моей памяти. Он гордился тем, что всегда держал себя в руках. Наконец-то я это сделала. Я свела Царя Зверей с ума. Должно быть, он либо очень испугался за меня, либо разозлился, либо и то, и другое. Я точно знала, что он чувствовал. Я не могла рычать, но если бы его телепортировали с того поля, я бы заставила всю Стаю съежиться и обмочиться.

— Дженнифер сбежала? — спросила я.

— Нет, спокойно стояла, пока он кричал. Брэндон не дал мне ничего конструктивного. Именно Барабас вспомнил, что Дженнифер пришла к тебе на встречу с этой бутылкой.

— Она не смогла этого сделать, — сказала я ему. — Я думаю, что она пошла на встречу, планируя это, но в последнюю минуту отказалась.

— Поскольку Брэндон не помог, я отдал то, что от него осталось Мэхону, и сказал Дженнифер, что теперь ее очередь. Она сказала, что я не посмею. Я заверил ее, что нет никаких проблем. Я схватил ее за горло и слегка встряхнул. Возможно, еще зарычал.

Роберт вздохнул.

— Он был в полуформе. У него выросли когти размером с моржовые клыки, и они были мокрыми от крови Брэндона. Его шерсть стояла дыбом, его рот был таким большим, — Роберт развел руки примерно на два фута, — у него вырос дополнительный набор клыков, а его глаза горели огнем. Он ревел так громко, что окна в Крепости вибрировали, и когда он заговорил, его голос звучал как у демона из ада. Я бы рассказал ему все, что угодно.

Я нежно провела пальцами по его заросшей щетиной щеке.

— У вас был сбой в контроле, Ваше пушистое Величество?

— Нет, — сказал Кэрран. — Я полностью контролировал ситуацию.

На другом конце комнаты Роберт покачал головой.

— Он держал Дженнифер в футе от земли все время, пока допрашивал ее.

— Ты задушил альфу волков? — Не то чтобы она этого не заслуживала.

Кэрран поморщился.

— Конечно, нет. Мне нужна была информация. После того, как я взял ее лицо в рот, мы договорились, что в ее интересах рассказать мне то, что я хотел знать. Потом открылись шлюзы, и оттуда посыпались всякие интересные вещи. К ней обратились пять месяцев назад, сразу после смерти Даниэля. Мужчина встретил ее в ресторане и сказал ей, что он из «Ледяной ярости», и что им нужна внутренняя информация. Сначала она посоветовала им отправиться в пешее путешествие, но потом началась паранойя. Когда мы уехали в Европу, они предложили ей панацею. Она приняла ее.

Она была беременна, одинока и напугана. Ее ребенок был также ребенком Даниэля, и она сделала бы все, чтобы ее ребенок не стал лупой. Но предать всех в Стае…

— Она начала снабжать их информацией о нас, — продолжил Кэрран. — Взамен они снабдили ее панацеей и другими услугами. Ты помнишь, что сгорел бизнес Фостера и Кары?

Фостер и Кара Хадсоны некоторое время были бетами Дженнифер. Она унаследовала их от Даниэля. Они владели небольшой текстильной фабрикой и магазином одежды, пока все не сгорело дотла, пока мы не отправились в поездку «давайте заполучим панацею».

— Поджог? Своих собственных бет?

Кэрран кивнул.