Илона Эндрюс – Магия объединяет (ЛП) (страница 10)
Моя магия вернулась. Если бы у нее был голос, она бы взревела.
— Ты не можешь считаться ни с какой властью, кроме своей собственной. Даже сейчас тебя гложет то, что этот город принадлежит мне. Ты не можешь отпустить его. Ты строишь козни, манипулируешь и давишь на меня, и когда я буду вынуждена ответить, ты успокоишь свою нечистую совесть, сказав себе, что ты дал мне выбор. Если бы только я согласилась с твоим вопиющим пренебрежением к твоему собственному слову, ничего бы этого не случилось. Ты притворишься, что это действительно моя вина. Это твоя, отец. Твоя собственная сестра предпочла умереть, чем жить в мире, который ты хотел создать.
Его рука метнулась вперед, но я видела это за милю. Он был магом, но я была профессиональным убийцей. Пощечины не случилось. Роланд уставился на мою руку, блокирующую его.
— Я сейчас уйду, отец. Я приду за Сайманом. Ты забрал его у меня, я заберу его обратно, и тогда мы будем квиты, и тебе придется сделать выбор.
Я повернулась и сошла со стены. Больше нечего было сказать. Люди разбегались с моего пути. Двое бойцов со стены исчезли. Над замком бушевал шторм, клубились темные тучи. Меня это ничуть не волновало.
Дерек и Джули ждали меня, неподвижно стоя в людском хаосе, пока люди Роланда пытались защитить замок от усиливающегося ветра. Лицо Джули было бескровным. Она держала поводья наших скакунов, пытаясь удержать их на месте, пока они с растущей паникой смотрели на бурю. Выражение лица Дерека ничего не выражало, будучи плоским и бесстрастным. Его глаза сияли желто-зеленым. Он был на грани насилия. Я прошла мимо них, вышла за ворота и направилась к кресту. Они последовали за мной. Отец все еще был там, где я его оставила, наблюдая.
Я посмотрела на Дерека и указала на крест. Он переместился за него.
Я представила лицо отца на дереве, сделала шаг и нанесла боковой удар ногой в основание креста. Я вложила в него всю свою силу и ярость. Дерево треснуло. Я пнула его снова, и снова, и снова. Крест упал вместе с человеком на нем, и Дерек поймал его. Я вытащила нож из ножен и перерезала веревку на лодыжках и запястьях Железного пса. Дерек снял его с креста и перекинул через спину Обнимашки. Я вскочила в седло и поскакала, Дерек и Джули последовали за мной.
Позади нас, скрыв солнце, забурлили черные тучи.
ГЛАВА 3
КОГДА МЫ ПОДЪЕХАЛИ к месту встречи, группа Кэррана пополнилась двумя новыми членами. Барабас, чьи колючие волосы стояли дыбом, играл в карты с Эвелин, одной из скаутов Джима.
Элла посмотрела на Железного пса, перекинутого через мое седло.
— Это не печенье.
Кэрран увидел мое лицо, и выражение его лица ожесточилось.
— Как там мосты? — крикнул Барабас.
— Мостов нет.
Барабас открыл рот и закрыл его со щелчком.
— Когда он придет? — спросил Кэрран.
— Не знаю.
Дерек снял Железного пса с ослицы. Человек Хью выглядел мертвым.
Дерек легонько шлепнул его по лицу.
— Эй.
Ресницы мужчины дрогнули.
Дерек поднял глаза.
— Воды?
Один из наемников передал ему флягу, и Дерек поднес флягу ко рту мужчины.
Заключенный ожил и, схватив флягу, стал пить.
— Не давай много, — сказала я, слезая. — Иначе его вырвет.
— Кто это? — спросил Кэрран.
— Заместитель Хью.
Кэрран долго смотрел на меня.
— Что именно было сказано? — спросил Барабас.
— Я сказала отцу, что он должен вернуть Саймана. Он выдал мне этого мужика в качестве утешительного приза. Роланд приказал ему убить несколько человек. Железный пес отказался, поэтому отец решил пытать и медленно убивать его. Затем отец снизошел до того, чтобы объяснить мне, что когда люди не слушаются, происходят подобные вещи. Я высказала ему, что я думаю об этом.
Барабас на мгновение зажмурился.
— Как он это воспринял?
— Посмотри за мою спину.
Барабас взглянул на бурю, бушующую на востоке.
— Я знал, что должен был пойти с тобой. Это моя вина. Он говорил что-нибудь об объявлении войны или о том, что придет за тобой?
— Нет. Он пытался дать мне пощечину.
— Он что? — зарычал Кэрран. Его глаза стали золотыми.
— Он попытался дать мне пощечину. Я заблокировала ее и сказала, что верну Саймана, мы будем квиты, и тогда ему придется решить, что он будет с этим делать.
— Он сказал что-нибудь еще? — спросил Барабас.
— Нет.
Железного пса вырвало водой на землю.
— Итак, никакого объявления войны сделано не было. Мы можем с этим работать. — Барабас выдохнул.
Да, верно.
— Я не хочу с этим работать.
— Я понимаю. — Оборотень кивнул своей рыжей головой. — Вот почему я бы посоветовал тебе избегать разговоров с отцом, пока мы развязываем этот узел, и, надеюсь, предотвратим погружение города в ужасную войну с массовыми жертвами.
— Да, конечно, это все моя вина.
— Именно, — сказал Барабас. — Все, что тебе нужно было сделать, это зайти туда и просто поговорить с отцом.
Просто?
— Знаешь, чего мне не нужно, Барабас? Мне не нужно, чтобы ты критиковал то, как я
Наемники дружно отступили на шаг назад.
Кэрран положил руку мне на плечо.
— Будь осторожна, Кейт, — сказал Барабас с непроницаемым выражением лица. — Проявляется твоя магия.
— Ты знаешь, где я его нашла? — Я указала на Железного пса. — Я сняла его с креста. Там было еще тридцать таких же.
— Тридцать два, — произнес хриплый голос.
Я обернулась. Железный пес сел, открыв светло-серые глаза.
— Тридцать два человека, — тихо повторил он. — Им потребовалось три дня, чтобы умереть.
— Поскольку он отказался убить их, мой отец заставил его наблюдать. Это то, с чем ты просишь меня вести переговоры, Барабас.
— Именно поэтому нам нужно, чтобы ты вела переговоры.
— Меня тошнит от того, что ты командуешь мной на моей собственной земле.
— Хватит, — сказал Кэрран.
Барабас сделал шаг назад.
— Мы поговорим об этом в другой раз.