Илона Эндрюс – Изумрудное пламя (страница 44)

Она встала.

— Приятно снова вас видеть, хотя мне бы хотелось, чтобы эта встреча произошла при других обстоятельствах.

— Это ужасная трагедия, — согласился Алессандро.

Шерил протянула мне руку, и я ее пожала. Ее пальцы были мягкими, рукопожатие слабым. Покончив со мной, она переключила свое внимание на Алессандро. Тот поцеловал ей руку и Шерил улыбнулась ему той улыбкой, которой обычно все женщины приветствовали Алессандро. Он улыбнулся ей в ответ очаровательной плутовской ухмылкой, которая говорила: «Да, со мной можно повеселиться». Я подавила желание дать ему подзатыльник.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Мы опустились в черные кресла. Шерил села обратно за свой стол. Меня поразило, как чуждо она выглядела на своем месте. Кабинет был роскошным, но настолько безличным, что выглядел почти постановочным. Серые стены, панели из каштана, черно-золотая цветовая гамма. Сугубо корпоративное пространство, лишенное личных штрихов.

Зуб даю, что это не ее постоянный кабинет. Часто используемые офисы, как и большинство занимаемых человеком помещений, накапливают личные вещи: фотографии, растения, безделушки, деловые подарки. Должно быть, она одолжила его для нашей встречи, скорее всего, у своего дяди, который отошел от дел и редко вовлекался в дела Дома, если верить отчету Берна.

Шерил не хотела, чтобы я увидела ее личное пространство. Она могла сделать это из соображений приватности, или же потому что этот офис был более удобным и впечатляющим, но я в этом сомневалась. Она поступила так, потому что ее постоянный офис мог многое мне о ней рассказать, а она этого явно не хотела.

Что ты скрываешь, Шерил?

— Это Рахул. — Шерил взглянула на крикуна с легкой улыбкой. — Он будет присутствовать на нашей встрече. Вы ведь уже встречались этим утром с Маратом? Как все прошло?

Она пыталась увести разговор в сторону. Я улыбнулась ей.

— Что вы скажете о мистере Казаряне?

Она поджала губы на полсекунды. Да-да, я проигнорировала твой вопрос и задала свой собственный. У тебя не выйдет рулить этим разговором.

— Чрезвычайно трудолюбивый мужчина, самоотверженный руководитель, прекрасный отец.

— Можете рассказать мне о Стивене Цзяне?

— Целеустремленный, — сказала Шерил. — Он происходит из прекрасной, очень уважаемой семьи с богатыми традициями. Очень умный молодой человек. Я не совсем понимаю, зачем вы задаете мне эти вопросы.

— Это помогает мне понять отношения между всеми вами.

— В таком случае, что Марат сказал обо мне?

— Ему интересно, не претендуете ли вы на причастие к лику святых.

Шерил прикрыла рот рукой и тихо засмеялась.

— Татьяна Пирс? — продолжила я.

— Моя племянница ходила с ней в школу. Они называли ее Татьяна Фирс. Это прозвище подходит ей и сейчас. Татьяна прямолинейна и превосходно справляется со стрессовыми ситуациями.

— А Феликс?

Лицо Шерил погрустнело. Она вздохнула.

— Феликс был всеобщим любимчиком. Он был словно брат, с которым вы мечтали бы повзрослеть. Наш лидер, если хотите. Мне ужасно жаль его детей.

— Можете рассказать мне о вашем дне 15 июля? Начиная с пробуждения.

Шерил нахмурилась.

— Какие-то дни вы помните, а какие-то нет. Это был обычный день. Я проснулась в семь, выпила кофе. Накануне Анна, моя домработница, купила помело, и я позавтракала одним.

Она говорила мягко. Ее тон не был кротким, скорее, вкрадчивым и достаточно тихим, чтобы повышение моего голоса сразу же заклеймило меня как грубиянку и невежду. Интересно.

— Я поговорила с моим сыном, Сандером, перед тем, как он ушел в школу. Он все пытается убедить меня, что тату на шее — это отличный подарок на день рождения. Мой шофер, Эван, забрал меня в половину восьмого и привез в семейную мастерскую. Весь день я провела там. — Она нахмурилась сильнее. — Я не помню, выходила я оттуда на ланч или же заказывала его.

Она заказала клубничный салат с лососем в бальзамической кленовой глазури. Люди Августина подтвердили это у ее секретаря.

— Я оставалась в мастерской до пяти или шести.

Она ушла в 16:42. Мастерская Кастеллано была примерно на том же удалении от Дыры, что и здание Мортонов. Если бы они направлялись в Дыру, она обогнала бы Феликса на двадцать минут. Достаточно времени, что вывести из строя охранное оборудование.

— Куда вы поехали после работы? — спросила я.

Следователь «МРМ», назначенный для расследования этого дела, подтвердил, что Шерил была дома к семи, но «МРМ» не могли объяснить два с половиной часа времени Шерил, начиная с того момента, как она вышла из офиса, и заканчивая тем, как дорожная камера засекла ее, когда она свернула с шоссе Ай-69 по пути к своему дому в Мемориальной деревне.

— Я легко поужинала и выпила парочку коктейлей с подругой в «Машраффс».

— Как зовут вашу подругу?

— Глория Невилл.

Я скрыла улыбку.

Глория Невилл происходила из старого и могущественного Дома. Как и Берн, она была Магистром экземпляриа — магом образцов, но специализировалась на экономике. Она анализировала структуры рынка и предсказывала глобальные экономические сдвиги. Ей было уже за шестьдесят и за свою жизнь она заработала кучу денег для множества людей. В глазах техасских магических тяжеловесов она была безупречным свидетелем. Они доверяли ей свои деньги.

Шерил только что совершила ошибку.

— Куда вы отправились после?

— Домой. — Шерил вздохнула. — Трудно это признать, но, несмотря на все наши усилия, проект рекультивации Дыры застопорился. Это меня сильно беспокоит.

— У всех нас есть такие проекты, — вставил Алессандро.

Она ответила ему благодарным взглядом. На мгновение они остались одни в комнате, два богатых предпринимателя, разделяющих понимание трудностей ведения бизнеса. Что-то укололо меня, и я поняла, что это ревность. Я затолкала ее подальше.

— Вы видели переднюю комнату этого офиса, — продолжала Шерил. — Название нашего Дома синоним надежности. Мы решаем проблемы. Я решу проблему Дыры, но ее решение требует каждой унции моего внимания. После целого дня концентрации в мастерской я едва могла связать два слова. Глория была слишком добра, чтобы не упомянуть об этом во время нашего ужина, но я уверена, что выглядела словно покойница, и, вероятно, говорила так же. Я еле-еле добралась до дома, заснула и проснулась около девяти, потому что мой сын забеспокоился, что у меня будет болеть спина от сна на диване.

Она рассказывала много подробностей.

— Ваша самоотдача достойна похвалы, — восхищенно заметил Алессандро.

— Я делаю все, что в моих силах.

Скромность, Шерил, твое второе имя.

— Это дело касается не только меня, — сказала она. — Это касается нашего семейного наследия.

— Какого рода был конструктор, который вы запустили в Дыру?

Услужливое выражение на лице Шерил приобрело слегка оскорбленное выражение, будто я оскорбила ее, но она была слишком добра, чтобы не заметить этого.

— Это была экспериментальная модель под рабочим названием «Кракен». Он предназначен для оценки окружающей среды и устранения биологических угроз.

— Марат упомянул, что вы потеряли контроль над Кракеном. — Я подобрала свои слова очень тщательно.

Шерил подалась вперед, но ее голос остался спокойным, терпеливым, и чуть ли не покровительственным.

— Нет, я потеряла связь с конструктором. Заверяю вас, ни одно из моих созданий никогда не выходило из-под моего контроля.

Вот оно, легкое, как перышко, прикосновение Рахула. Он был двойственным — не только визгуном, но и телепатом, вероятно, Значительным низкого уровня в обоих случаях. Двойственность делала его опасным. Он пытался уловить мои поверхностные мысли. Шерил только что нарушила протокол. Сканирование разума другого мага было основанием для возмездия. Это было похоже на то, как если бы тебя ощупывал незнакомец.

Я послала свою магию наружу. Она росла из меня, ее усики извивались, как виноградные лозы, тонкие, едва заметные, обвиваясь вокруг Рахула.

— Тогда где же конструктор сейчас? — поинтересовалась я.

— Пропал в Дыре.

— Насколько большим он был? Я не видела его модели в вестибюле.

— Мы выставляем только те конструкторы, которые прошли стадию прототипа.

Щупальца моей магии проскользнули сквозь защиту Рахула. Ментальные маги защищались от того, что знали, особенно от своей собственной разновидности магии. Рахул построил вокруг своего разума оболочку, скрывающую его мысли и защищающую от прямого нападения. Он ожидал увидеть таран. Но виноградные лозы не ломались, они росли, изгибались и находили опору в самых маленьких расщелинах. Они расползались вокруг да около и, в конце концов, проскользнули внутрь.

Шерил щелкнула по клавиатуре ее ноутбука. На стене загорелся цифровой экран, демонстрируя конструктор. У него была длинная, острая голова, покрытая металлическим панцирем, за которым следовало сегментированное тело, как у многоножки, заканчивающееся мощным хвостом с плавником. Это напомнило мне какую-то инопланетную креветку.