Илона Эндрюс – Изумрудное пламя (страница 37)
Матерь Божья.
Чье-то присутствие коснулось моего разума, чужое, странное, но разумное. Паника поднялась во мне, и я наступила на нее, стараясь не шевелиться.
Сознание коснулось меня. Мы установили связь.
Человеческий разум был локализованным, сконцентрированным присутствием, иногда просто пятном света, иногда яркой звездой. Это же было как облако, как буря с пучками света, пойманными в сияющем эфире сознания. Этот разум был повсюду, рассеянный по Дыре, растянувшийся тонкими нитями… скопление звезд там, едва заметная вуаль здесь, текучий, движущийся… не разум улья, а единое огромное сознание, протягивающее ко мне тонкий усик самого себя.
По моей спине пробежал ледяной холод. Я смотрела в пресловутую Бездну, а она смотрела на меня в ответ.
Я захлопнула свой ментальный щит.
Разум перемещался, растекался, тянулся ко мне, пытаясь восстановить связь.
Взрыв сотряс воздух позади здания. Цветок закрылся, и щупальце исчезло под водой.
Я развернулась и поплыла к пандусу, быстрее, чем когда-либо в жизни. Моя рука сомкнулась на металлическом поручне. Я подтянулась на пандус и побежала, хлюпая на ходу, вверх по дорожке и вокруг здания.
Алессандро стоял на мостках, вытягивая цепь обеими руками. Под ним бурлила вода. По болоту расплылось неоново-зеленое пятно.
Алессандро дернул цепь, мышцы на его руках напряглись. Цепь подалась, и Марат выскочил из воды, схваченный под мышками петлей цепи.
Щупальце из растений и металла вырвалось из воды вдогонку за Маратом. Алессандро бросился вперед с материализовавшимся в его руках огнеметом, и струя пламени лизнула щупальце, опаляя его.
Марат глубоко, прерывисто вдохнул. Магия исходила от него, как звон гигантского невидимого колокола. Водоворот тьмы развернулся в десяти футах над нами и закрутился, сверкнув голубой молнией в его центре.
Портал призывателя.
Тьма взорвалась ослепительно белым светом, и в воду из портала повалили серебристо-голубые рыбы — пять футов в длину, с тупыми головами, защищенными костяными пластинами. Они захлопали огромными ртами с зазубренными клыками, достаточно длинными, чтобы прокусить мне ногу.
Рыбины высыпали в воду и болото забурлило. Сияющая зеленая кровь фонтаном хлынула на поверхность. Куски растительной материи и странной белой плоти всплывали и исчезали в пастях беснующихся рыб.
Алессандро швырнул огнемет в сторону, выпрямился и увидел меня. На его лице отразилось удивление. Он обернулся, увидел насаженного на шип охранника, и оскалился.
— Что произошло?
Марат взобрался на мостки.
— Ну все. Ты доигрался, сукин сын!
Все вокруг нас пришло в движение. На берегу что-то соскользнуло в воду. Слева, дальше в болоте, началось какое-то волнение. Я потянулась к нему своей магией и увидела, как движется Бездна, течет к нам, будто сияющая амеба, почуявшая свою добычу.
— Каталина? — развернул меня Алессандро.
— В этом болоте живет существо, — прошептала я, стараясь не упускать из виду необъятное сознание, плавающее вокруг нас. — Оно повсюду. Оно приближается. Нам нужно уходить.
— Взять его! — заорал Марат рыбообразным существам, молотя кулаком по перилам. — Достаньте этого ублюдка! Порвите его на части, чем бы он ни был!
Алессандро схватил меня за руку и бросился бежать по металлическому настилу.
— Эй! — крикнул вслед нам Марат.
Мы продолжили бежать без оглядки. Мгновением позже за нами последовал тяжелый топот Марата.
Глава 10
Как только мы втроем добрались до основного моста, ведущего к острову «ПРД», служба безопасности взялась за дело. Нас окружили и сопроводили до безопасного места вооруженные огнеметами охранники, недобро поглядывающие на болото. Отголоски разума в трясине угасли, но от этого мне не стало легче.
Охрана доставила нас в главное здание. Здесь парамедик завернул нас в покрывала из фольги, несмотря на тридцатиградусную жару, и провел всех в кабинет Марата на первом этаже, где ловко разрезал джинсы Марата. Небольшие металлические капли усеивали ноги призывателя, впившись в его плоть.
Алессандро наклонился, положив руку мне на плечо и приблизив лицо к моему. Со стороны бы показалось, что он меня утешает.
— Что происходит? — шепнул он.
— В этом болоте живет чужеродный разум, владеющий телепатией.
Какую-то секунду он переваривал услышанное.
— Расскажи мне об этих шипах.
— Телекинетик на дальней дистанции, вероятно, Превосходный. Он запустил как минимум дюжину шипов, из чего следует, что он готовился нас убрать. Я добралась до его разума, и он сбежал.
Алессандро кивнул и выпрямился, задумавшись.
Если бы Марат хотел нас убить, он бы не стал использовать телекинетика. Во-первых, случись что с нами, он был бы первым подозреваемым. Во-вторых, будь он достаточно тупым, чтобы попытаться нас убить, то он бы нас просто пристрелил и приказал своим охранникам скинуть трупы в воду, где чудовища, обитающие в Дыре, расправились бы с нами без следа. В-третьих, телекинетик и пальцем не пошевелил, чтобы его спасти. Нет, телекинетик должен был принадлежать Аркану.
Парамедик, худощавый и темноволосый белый мужчина лет тридцати, достал набор пинцетов и ведро, и уселся на пол. Он подцепил первую металлическую каплю с волосатой голени Марата. Призыватель поморщился. Серебристая капля растянулась и заерзала в пинцете.
Алессандро шагнул вперёд, перехватил руку парамедика и рассмотрел извивающееся создание.
— Металлическая пиявка.
Он отпустил его руку, и тот отправил пиявку в ведро и вытер кровь с ноги Марата.
— Одна есть.
Парамедик выглядел совсем не удивлённым, вытягивая металлическую пиявку из ноги своего босса.
— Сколько раз вам уже приходилось это делать? — спросила я.
— Не отвечай, — процедил Марат.
— Нет уж, будьте добры ответить. — Даже насквозь промокнув в болоте, Алессандро мастерски перевоплотился в Превосходного с непререкаемым авторитетом в голосе.
— Терренс, — предупредил Марат.
Парамедик перевел взгляд с Марата на Алессандро, и снова на Марата.
— Я здесь
Терренс сглотнул.
— Семь или восемь раз. Такое бывает, если люди падают в воду и выживают.
— Сколько людей не выжило? — спросила я.
Парамедик раскрыл рот, покосился на Марата и ответил:
— Несколько.
Верность. Виктория ее уважала. На этом моменте она бы дала об этом знать, а затем отбросила всякие церемонности и раскрыла его разум. Она позволила бы ему его сохранить, потому что верность заслуживает поощрения, но оставила бы его всхлипывающим, свернувшимся на полу калачиком. Ему понадобились бы недели на восстановление.
— Сейчас вернусь. — Я встала и вышла из комнаты забрать из Носорога холщовый мешок.
Возвращаясь обратно, я услышала доносившиеся из-за приоткрытой двери голоса и остановилась послушать.
— …ты ее потрахиваешь или как? — прорычал Марат. — Ландер в курсе? Потому что старому алкашу это не понравится.
— Ты жив только потому, что она попросила меня тебя спасти. Я бы бросил тебя тонуть.
— И чё? Выписать тебе за это медаль?
— Я хочу, чтобы ты ответил на ее вопросы.
— Потому что ты ее трахаешь, да?
Голос Алессандро стал опасно спокойным.
— Повтори, что ты сказал.